Час расплаты (ЛП) - Пекхам Каролайн - Страница 121

Вряд ли это была первая фотография, которую девушка прислала мне в нижнем белье, но в ней было что-то такое, чего я не мог понять.

Это должно было быть довольно просто. Девушка присылает полуобнаженные фотографии — не такой уж тонкий намек на то, что она хотела в моих штанах. Но Рокси не была открытой книгой. Она не предлагала мне эту фотографию; я заставил ее показать мне, во что она была одета. И она бы не моргнула. Потому что она, черт, никогда этого не делала. Грязные ботинки были ее способом вывести меня из себя и сказать, что это не сексуально. Даже несмотря на то, что она потерпела ужасную неудачу, если бы это было ее намерением. Я никогда в своей гребаной жизни так пристально не смотрел на фотографию. О чем была эта улыбка? Почему она послала это? Какой бы она была на вкус? «Черт». Если она хотела, чтобы я попался на крючок, она меня поймала. Я просто не знал, хочет ли она меня.

Я добрался до ворот перед Поясом Астероидов, где жили преподаватели, и набрал код ключа, который прислал мне Лэнс. Затем нырнул внутрь, выбрав обходной путь через шале, окружающие комплекс, чтобы не проходить мимо бассейна, где мог слышать шум голосов и плеск. Я догадался, что это означало, что преподаватель уже начали празднование Затмения.

Я добрался до задней части дома Лэнса и толкнул дверь во внутренний дворик, когда вошел. Я почувствовал, как в тот момент, когда вошел в его заглушающий пузырь, его магия скользнула по моей коже, как ласка.

— Лэнс? — позвал я, оглядывая открытое пространство, но его не было видно.

Я напряг слух и услышал, как работает душ, поэтому направился за пивом, пока ждал. Я посмотрел на часы. Я опоздал на двадцать минут, а это означало, что он пришел еще позже. «Мудак».

«Я должен был пойти за Рокси».

Я побарабанил пальцами по ноге и осушил свое пиво, крепко засунув Атлас в карман. Солнце быстро садилось, и я чувствовал, как Луна тянет меня действовать. Она хотела, чтобы я нашел ее.

Я закрыл глаза, оставаясь неподвижным благодаря чистой силе воли.

Когда я больше не мог этого выносить, я направился за еще одним пивом.

Лэнс приятно проводил время в душе.

Звук плеска и пронзительный смех донеслись до моего слуха снаружи, и я пересек комнату, отдернув занавеску в передней части дома, чтобы посмотреть на бассейн.

Я нахмурился, когда увидел слишком много сразу бледной кожи и целую кучу грудей преподавательниц. Это выглядело так, как будто преподаватели готовились к гребаной оргии. Половина из них уже была обнажена или носила стринги и плавки, что должно было быть незаконным. Была причина, по которой большинство из них оставались одетыми в твидовые блейзеры, и я чертовски жалел, что не остался в своем маленьком пузыре свободного пространства, где никто из них никогда неоголялся.

— Кто хочет заставить мой вертолет взлететь? — Громко позвал профессор Вошер, балансируя на конце трамплина для прыжков, двигая бедрами так, что его член раскачивался кругами.

Я с гримасой опустил занавеску, жалея, что не могу стереть эти образы из своей головы.

— Наслаждаешься видом? — спросил Лэнс, смеясь, когда вошел в комнату в джинсах, его голая грудь все еще была влажной после душа.

— У меня теперь шрамы на всю жизнь, — простонал я с отвращением.

— Ну, я получил гребаное приглашение в этот маленький кусочек ада, так как, по-твоему, я себя чувствую? — Пошутил Лэнс, двигаясь вперед, чтобы обнять меня.

На этой неделе у нас было не так много времени наедине, и это всегда делало нашу связь немного сильнее, когда мы воссоединялись. Знак Весов на моей коже весь день зудел, умоляя меня найти его.

Я крепко обнял его, выдохнув, положил голову ему на плечо и просто стоял, обнимая его несколько мгновений. Мы перешли ту грань, когда усомнились в том, как эта гребаная штука заставляла нас относиться друг к другу после всех этих лет, и я был просто рад, что это никогда не заходило дальше случайных объятий.

Я попытался отстраниться, но Лэнс не отпустил меня, его клыки задели мою шею, когда он тихо зарычал.

— Ради всего святого, Лэнс, — пробормотал я, прижимаясь к нему. — Если ты укусишь меня во время Затмения, ты, вероятно, начнешь пытаться сосать мой член сразу после этого. — Эта связь между нами делала всякое сумасшедшее дерьмо, и то, как нас тянуло друг к другу, когда он кусал меня, было настолько интенсивным в обычный день, что мы поклялись не делать этого, опасаясь, как это может обостриться. Он пил мою кровь только в том случае, если у нас не было другого выбора, и то, что он стал жертвой жажды крови из-за Луны, не считалось для меня достаточно веской причиной.

Он драматически вздохнул, ослабляя хватку, борясь с инстинктами своего Ордена.

— Наверное, ты прав, — согласился он. — И я был бы так чертовски хорош в этом, что ты бы влюбился в меня еще до утра.

Я рассмеялся, когда ему наконец удалось оторвать свои клыки от моей плоти.

Борода Лэнса пощекотала мне шею, и я отстранился, игриво оттолкнув его от себя, как будто только что не уткнулся носом прямо в его чертову кожу. От него пахло корицей. И, черт возьми, мне нравился этот запах.

— Они в безопасности? — серьезно спросил он, двигаясь, чтобы налить себе бурбона, когда я откинулся на диван и допил свое пиво.

— Ксавье только что написал мне, — подтвердил я. — Он и мама используют звездную пыль, чтобы отправиться в мир смертных. Они вернутся только завтра, когда Луна зайдет, и она сможет быть уверена, что снова в безопасности от отца.

— Хорошо, — сказал Лэнс, улыбка тронула его губы, когда он бросил мне новое пиво. — Это чертовски здорово — победить этого мудака в его собственной игре. И ему уже слишком поздно искать замену до восхода Луны.

— Да, — согласился я. — Похоже, его ждет ночь разочарования и одиночества.

— За то, чтобы победить его в его собственной игре, — сказал Лэнс, протягивая мне свой напиток, чтобы я мог прикоснуться к нему своей бутылкой.

— За то, чтобы победить его до конца, — прорычал я.

— Скоро, — мрачно согласился Лэнс, и я кивнул.

Я сделал большой глоток и откинулся на мягкие подушки, чувствуя себя так, словно в кои-то веки стал королем этого проклятого мира. Перехитрить моего отца было так приятно, что я хотел наслаждаться этим ощущением вечно.

— Так где сегодня вечером состоится секретная вечеринка «Затмение»? — спросил Лэнс. Я ухмыльнулся ему, невинно пожав плечами. — Какая вечеринка?

— Ты думаешь, я поверю, что кучка подростков упустит возможность отпраздновать окончание Адской недели и останется дома в ту единственную ночь, когда могут трахаться с кем угодно, черт возьми, кто им нравится? Пффф.

Я ухмыльнулся при мысли о том, чтобы трахаться с тем, кто, черт возьми, мне нравится, и Лэнс наклонился ближе ко мне, когда заметил.

— Тогда ты собираешься сказать мне, на кого положил глаз? — он спросил.

— Это ужасная идея на многих смыслах, — сказал я, не уверенный, должен сказать ему или нет. Он знал, как важно, чтобы мы уничтожили Вега, чтобы, когда я займу место своего отца в Совете Целестиалов, он все еще был достаточно силен, чтобы без колебаний решить проблему нимф. Мы не могли рисковать тем дисбалансом, который могло вызвать их возвращение. Но Вега были проблемой, достаточно простой для принятия решений. Сами девушки были в совершенно другой ситуации.

— Скажи мне. Я бедный старик, обреченный запереться в этом месте или подвергнуться нападению Вошера на вечеринке у бассейна из ада. Мне нужно знать, что люди все еще веселятся где-то в этом мире, — умолял он.

Я ухмыльнулся ему, затем вытащил свой Атлас из кармана, разглядывая фотографию, которую Рокси прислала мне в тысячный раз.

— Если девушка присылает тебе свою фотографию в нижнем белье, она хочет тебя трахнуть, верно? — спросил я, хмурясь на себя за то, что вообще задал этот вопрос, но почему-то все казалось не таким простым.

— В целом я бы сказал, что это довольно четкий показатель, — пошутил он.