Страдания и Звёздный свет (ЛП) - Пекхам Каролайн - Страница 225

Зверь взвыл в агонии, когда я приземлилась рядом с ним, и выбросил лапу, которая врезалась мне в живот и отбросила меня в сторону доспехов. Он рухнул вниз, и я, отскочив от тяжёлого металла, поднялась на ноги и снова побежала навстречу Зверю.

Его медвежья пасть оскалилась, и Теневой Зверь сделал выпад, скрежеща своими смертоносными зубами, в то время как я описала своим мечом не менее смертоносную дугу, сделав глубокий порез на его морде и заставив его отступить.

Я воспользовалась своим преимуществом, но Теневой Зверь на моих глазах превратился в дым, и мой меч пронзил сердцевину этого темного тумана, заставив меня разочарованно выдохнуть.

Я не отрывала взгляда с адской дыма, пока он кружился, пытаясь зайти мне за спину, и держала меч высоко, готовая атаковать в тот момент, когда он материализуется.

— Давай, — подбадривала я. — Хватит прятаться, сразись со мной!

Тень рванула вперёд, вцепилась в мои лодыжки и потащила меня по полу на большой скорости, а затем с размаху швырнула меня к стене. Я врезалась в нее, и моя хватка на мече ослабла, когда мои колени ударились об пол, выбив из меня дух.

Я крепче сжала рукоять своего клинка, но тень подбросила меня в воздух к высокому потолку, и я закричала, вынужденная опустить своё оружие, пытаясь ухватиться за что-нибудь руками. Мои руки обхватили большую деревянную люстру, свисавшую с потолка, и я крепко вцепилась в нее, пока светильник бешено раскачивался над комнатой.

Теневой Зверь вернулся в свою звериную форму, вскочил с пола и вцепился мне в лодыжки. Я задохнулась, зацепилась ногой за круглое деревянное основание люстры и ухватилась покрепче, мой желудок перевернулся, пока я раскачивалась над верной смертью.

Какой-то шорох привлек мое внимание, и ужас пронзил меня, когда я обернулась посмотреть в ту сторону, откуда он доносился, и мой взгляд остановился на чудовищной форме Тарикса, который полз вверх ногами по потолку, приближаясь прямо ко мне, со злобной улыбкой на красивом лице. Белки его глаз были видны, а черные зрачки смотрели на меня, язык высунулся из рта, пока он приближался ко мне.

Страх скрутил мою грудь, и я перевела взгляд с одной смертельной судьбы на другую, пытаясь понять, которая из них, скорее всего, настигнет меня первой.

Орион неожиданно появился в порыве воздуха, в его руке была зажата сабля, он с размаху вонзил ее в живот Тарикса и с силой пронзил его насквозь, прибив до потолка.

Тарикс закричал как банши, бросился на Ориона, который увернулся от удара и взмыл ввысь, нанося сыну Лавинии удары ледяными лезвиями, снова и снова, везде, где мог нанести удар.

Черная кровь пролилась на Ориона, и тени хлынули из Тарикса из каждой пробитой в нем дыры, витки тьмы плотно обвивались вокруг моей пары и опутывали его, словно паук, охотящийся на муху.

Орион выпустил из своей кожи ледяные осколки, пробив насквозь удерживающие его тени, и отлетел от Тарикса прежде, чем новый сын Лайонела успел откусить от него кусочек.

Теневой Зверь схватил меня за сапог, и я закричала, когда меня оторвало от люстры, я кувыркнулась в воздухе и повисла вверх ногами, прямо перед челюстями монстра. Моя нога выскользнула из сапога, и я упала на пол, подныривая под мохнатое брюхо и торопливо ища оружие. Белый меч был совсем рядом с чудовищем, и я бросилась за ним, неуклюже ударяясь коленями о каменный пол, и поднимая меч.

Теневой Зверь развернулся, прежде чем я успела вогнать меч в его живот, и я вскочила на ноги, вынужденная бежать, так как он наступал мне на пятки, а у меня не было места для отражения атаки. Мне нужно было освободить пространство между нами, но я чувствовала его горячее дыхание на своей шее и знала, что если хоть один раз оступлюсь, то погибну.

Я не могла повернуться, чтобы поискать Ориона, все, что я могла сделать, это бежать и надеяться, что он нашел способ убить Тарикса, в то время как я нашла в себе достаточно сил, чтобы убить своего собственного противника.

Стены дворца задрожали, а камни под моими ногами загудели, словно здание оживало. Призраки этого королевского места пробудились, давно утраченная магия зашевелилась в стенах и взывала к отмщению.

Сегодня я должна была оправдать репутацию фамилии Вега и доказать, почему я королева огня и правительница смерти. Тени преследовали меня слишком долго, держали меня в повиновении, когда я должна была восстать словно Феникс, которым я являлась. Возможно, сейчас я лежала глубоко в пепле, не имея ни магии, ни Ордена, но в моей душе тлели угольки, и не имело значения, что я практически смертная, потому что я все еще была королевой Вега, и я даже не была близка к финалу.

Мои ноги горели от бега сквозь деревья, сердце бешено колотилось, пока я мчался прочь от той девушки и той хижины, от исчезающей версии себя, которую я так долго боялась и ненавидела в самых глубинах своего сознания. Я встретилась лицом к лицу с худшей из своих версий и вышла из отчаяния, в котором она пыталась меня утопить, и от этого мне стало легче. Словно взглянув в лицо правде, которую я так долго боялась, я освободилась от ее части.

Я видела ложь, смешанную с теми страхами, в которых я убеждала себя так долго, что было трудно их увидеть. Но наблюдение за ними со стороны как-то облегчало задачу. И хотя я бы не сказала, что излечилась от своей неуверенности и причин быть такой, какая я есть, я смогла простить себя за некоторые из них. Я могла видеть, что некоторые части того, в чем я винила себя, на самом деле никогда не были моей виной.

Все детство я чувствовала себя отдаленной от окружавших нас смертных, всегда втайне надеясь на любовь, которая могла бы превзойти мои трудности и увидеть за их пределами. Но мы никогда бы не вписались в то место, даже если бы я старалась вести себя хорошо, больше улыбалась или пыталась подружиться с людьми, которые меня не понимали. Потому что наш дом был здесь, в Солярии. И именно здесь я наконец-то нашла свое место, с Дарси рядом со мной.

Мне нужно было найти свой рюкзак, нужно было закончить работу над созданием моста, а потом надеяться, что я смогу выяснить, где же находятся Воды Глубины и Чистоты.

Темнота сгущалась вокруг деревьев, но жуткий, костяно-белый цвет их стволов позволял мне разглядеть тропинку между ними.

Я не хотела рисковать со светом. Не сейчас, когда эта тварь все еще где-то там, а знание того, что она охотится на меня, укоренилось в моей душе.

В темноте меня привлек красный блеск, и я, со сдавленным всхлипом, бросилась к нему, подхватив с земли рубиновый кулон и чувствуя его тепло на своей коже.

Я поспешила снова застегнуть его на горле, и его вес принес мне облегчение, которое глубоко врезалось в мою душу.

Ветер шевелился вокруг меня, пальцы пробегали по моей руке, и я закрыла глаза, пытаясь прислониться к выдуманному ощущению его присутствия.

Но прикосновения не были похожи на те, которые я представляла себе раньше, это было скорее прикосновение, чем ласка, срочность заполнила меня, когда ощущение его присутствия усилилось, и я могла поклясться, что услышала его голос, шипящий: «Беги».

Мои глаза открылись, и я крутанулась на месте, снова выхватывая меч из ножен. Молодая версия меня стояла между двумя возвышающимися стволами, на ее горле красовался новый шрам, куда вонзился мой клинок, кровь стекала вниз и пачкала ее белую ночную рубашку.