Страдания и Звёздный свет (ЛП) - Пекхам Каролайн - Страница 213

Нам предстоит проработать тысячи воспоминаний, и команда «Ежедневной Солярии», вероятно, откроет еще больше тайн. И вы, конечно же, узнаете о них первыми. Мы просим прощения за то, что эта статья может вызвать у вас тревогу, но наш долг — раскрыть правду, и мы не успокоимся, пока не увидим, как падет лжекороль.

Пришло время подниматься, Солярия. Ради блага нашего королевства.

Да здравствуют королевы Вега.

— Тайлер Корбин

— Насколько все плохо, Вард? — прорычал я, стоя перед красными дверями, которые вели на балкон с видом на толпу у Суда Солярии. Комната, в которой я находился, была огромной, достаточной большой для того, чтобы вместить мою Драконью форму, и в три раза больше, а на стенах висели величественные картины, изображающие мой путь к величию. По всей длине комнаты тянулись половицы, а вокруг стояли роскошные белые диваны и золотые статуи моего рода, которые я принес сюда.

— Эм, — Вард замешкался, потянувшись, чтобы поправить мой галстук, но я оттолкнул его руки, схватил его за рубашку и притянул к себе, в то время, как дым просачивался меж моих оскаленных зубов.

— Насколько. Все. Плохо? — прорычал я.

— Вы хотите, чтобы я соврал? — пробормотал он, в его здоровом глазе застыл дикий ужас.

— Нет. Мне не нужно, чтобы ты приукрашивал что-то, тупица. Мне нужна правда. Горькая, суровая, чертова правда. И, если ты не расскажешь мне её в течение следующих трёх секунд, то я расчленю тебя и скормлю Лавинии.

— Х-хорошо, сир, — он сдался, опускаясь на колени и склоняя голову в знак покорности. — Королевство в смятении, Ваше Высочество. Люди теряют веру в вас. Они хотят ответов. Они не могут так легко отрицать правду, которая была преподнесена им в воспоминаниях Франчески Скай.

Из моей груди вырвался рык, и я сдержал желание переломать несколько костей в теле моего жалкого Провидца. По крайней мере, до тех пор, пока я не вернусь во дворец позже вечером.

Эта сучка причинила мне больше неприятностей, чем я когда-либо мог себе представить, и девчонка Вега, которую я держал в клетке, обеспечила эту судьбу. Должно быть, она забрала эту петлю памяти из моего дворца во время нападения, передав её своим отвратительным союзникам.

Я кипел от ярости, что (расцветала) во мне, как холодная, тёмная зима, которая никогда не закончится.

Но я провел рукой по волосам и придал своему лицу озабоченное выражение, лицо человека, которого не так-то легко обвинить в убийстве.

— Открой двери, — скомандовал я, и Вард протиснулся туда, широко распахнув их для меня.

Я поднял подбородок, выходя на балкон, и на меня обрушился шквал гневных криков. Толпа была освещена дневным светом, и там находилась пресса, направившая на меня свои камеры, желая запечатлеть каждый момент этого.

Я поднял руки, взывая к тишине, и толпа успокоилась. Мое сердце бешено колотилось в груди, но я не позволил этому отразиться на моем лице. Я должен был быть серьёзным, я должен был вернуть их доверие, иначе мое правление могло оказаться под угрозой.

— Друзья, — призвал я, усилив свой голос вспышкой магии, и в ответ раздались освистывания, выбившие меня из колеи. Я двинулся вперед, обхватив руками перила и удерживая на лице свою идеально выработанную маску. — Послушайте. Разве вы не обязаны дать вашему покорному королю минутку высказаться в ответ на презренную ложь, распространяемую обо мне?

Люди нахмурились, обмениваясь взглядами, а пресса подхватила это, один из операторов даже облизнул губы, когда я почувствовал, что объектив направлен на меня.

— Да, мы должны позволить нашему королю объясниться, — Гас Вулпекула двинулся к передней части оцепленной зоны, где расположились многие из моих Драконов, чтобы сдерживать толпу. — Он развеет наши сомнения! Дайте ему высказаться!

— Да, пусть он скажет! — крикнул кто-то ещё, и ропот снова стих.

Я смочил рот и приготовился произнести речь, которую начал готовить с того момента, как узнал, что это грёбаный мерзкий Пегас напечатал обо мне в «Ежедневной Солярии». Это была заминка, не более того. Я мог бы справиться с этим. Я бы справился с этим.

На моем лбу начал выступать пот, и я попытался ослабить галстук на шее, тишина давила на меня, пока они ждали, когда я заговорю.

— Повстанцы замышляли это в течение некоторого времени. Франческа Скай была одной из них, и да, это я убил её, когда обнаружил её предательство. Чтобы защитить наше королевство.

— Убийца! — крикнул кто-то, огонь поднялся в задней части моего горла, но я просто печально опустил голову и продолжил, делая вид, будто это бремя ложится на мои плечи тяжким грузом. Конечно, так и было, но не по тем причинам, в которые они все верили.

— Франческа Скай была чрезвычайно могущественным Циклопом, способным подделывать воспоминания и снабжать ими своих сообщников. Она изобразила меня диким злодеем, чтобы попытаться настроить моё королевство против меня. Но она зашла слишком далеко, понимаете? Это абсурдно, если разобраться. Столько воспоминаний, начиная с того, как я безжалостно убил своего собственного любимого брата, и заканчивая тем, что я каким-то образом несу ответственность за все зверства, совершенные Хэилом Вега во время его правления. Она создала эту иллюзию и попыталась заставить вас в поверить в это. Но какой фейри в этом королевстве мог быть способен на столь отвратительные поступки? — я усмехнулся, и лица некоторых людей смягчились, их гнев сменился задумчивостью, в то время как они слушали меня. Овцы, все они. Их легко вести на убой, и я сделаю это прямо сейчас, словно мясник, улыбающийся и обещающий им зелёные пастбища в моем обществе. — Неужели я должен нести ответственность за каждое преступление в истории? Должен ли я быть обвинён в том, что сравнял с землёй целые города, каким-то образом используя Дикого Короля в качестве своей марионетки?

— Мы видели это. Ты использовал Темное Принуждение на Хэиле Вега! — выкрикнула какая-то маленькая гребаная шлюха, обвиняюще тыча в меня пальцем.

Я прижал руку к сердцу, изображая полнейший шок. — Как один фейри мог контролировать такого человека, как он? Он был самым могущественным фейри своего времени. И я послушно служил ему, год за годом. Я делал всё, что мог, чтобы остановить его тиранию, я пытался обуздать его ярость, но что мне оставалось делать? Если бы я хотел занять его трон, я мог бы бросить ему вызов. Конечно, это был бы гораздо более простой способ захватить власть, вместо того чтобы пытаться управлять его разумом или ещё какой-нибудь ерундой, — я покачал головой.

— Ты бы проиграл тот бой, вот почему ты использовал запрещенную магию, чтобы контролировать его! — проревел мужчина, и я сузил глаза, глядя на него.

— Так что же? Я настолько силён, что держал Дикого Короля под своим контролем, или, наоборот, слишком слаб, чтобы бросить ему вызов? Конечно же, если бы я был способен манипулировать им, то меня в любом случае следовало бы признать более могущественным, но тогда, почему я не выбрал вызов? — мои слова запутывали их ещё больше, приводя их к замешательству. Некоторые могут подумать, что я сильнее Хэила Вега из-за того, что я управлял им, и я даже могу согласиться с этим, но это была не та история, в которой они нуждались, и не та, история, которую они получат. Пока что.

— А что насчёт Центров Туманной Инквизиции? — воскликнул другой мужчина. — Мою сестру забрали в один из таких, и с тех пор я ничего о ней не слышал. Вы убиваете фейри в этих центрах. Если вам нечего скрывать, то позвольте нам заглянуть в них.

Раздались одобрительные возгласы, и я кивнул, будучи готовым к этому.

— Я, конечно же, разрешу общественности посещать Центры. На самом деле в этом городе их два, двери в них я открою завтра, вы убедитесь, что это обычные пункты допросов. Они созданы для того, что находить террористов, помешать им восстать против нас и причинить вред нашему народу.