Путь чернокнижника (СИ) - "Лучезар Ратибора" - Страница 68

Я сходил в село и приобрёл большой, довольно широкий кувшин, высотой мне по пояс. Для подачи и циркуляции воздуха я не торопясь, чтобы случайно не расколоть кувшин, и аккуратно с помощью ножичка проделал несколько малюсеньких дырочек. Когда всё было готово, я отложил сосуд в сторону до наступления дня Марса, а дождавшись вторника, надел толстые кожаные рукавицы и с раннего утра пошёл собирать урожай ядовитых тварей. Немало времени и сил пришлось потратить, исколесив округу и лес, возвратиться на обед, а затем снова отправиться на поиски. Хоть всяких ядовитых тварей здесь водится предостаточно, но их ещё нужно найти. Они не валяются на каждом шагу в ожидании человека, да еще и в нужном мне количестве.

Только к вечеру я вернулся домой, изрядно устав от беготни и тяжести кувшина, который мне приходилось перетаскивать с места на место, меняя локацию поиска. Кажется, что я полностью очистил округу от гадов, собрав их всех вместе для тайного рождения силы Гу. Так в моём кувшине оказалась приличная добыча: две гюрзы, гадюка, несколько чёрных и с десяток пёстрых скорпионов, горстями пауки агриопа и каракурты, три паука чёрный эрезус, и даже две сольпуги.

Плотно закрыв кувшин, я залил крышку воском и убрал смертоносный сосуд в чулан. Сквозь проделанные дыры было хорошо слышно шуршание и ползание внутри тварей, которые уже вступили в смертельную битву за выживание, а в конце останется только один. Как это символично, прямо как у меня с Мелани́.

[1] Фалег — один из семи правящих олимпийских духов, правитель 35-х видимых областей. Согласно гримуару Арбатель, соответствует планете Марс. Помогает в военных делах.

Смерть открывает тайны прошлого

Жизнь текла своим чередом. Полгода я терпеливо ждал я, пока тварь Гу созреет, злой дух войдёт в неё, и можно будет поставить задачу для выполнения. Раз в неделю я проверял кувшин, подходил, вслушивался, встряхивал, чтобы взбодрить аспидов и других токсичных существ. Шуршат, голубчики. Ещё не все друг друга сожрали. Когда останется один, еды ему будет вдоволь.

Всё это время Мелани́ упорно, твёрдо и планомерно пыталась меня атаковать. Надо отдать должное её трудоголизму. Она получала обратку благодаря моей защите от обитателей Арезуры, но кажется, что это только больше злило её и раззадоривало активность.

Нет абсолютных защит. Всегда есть другой метод или Сила, способная обойти или пробить ограждение. И прекрасная обозлённая чародейка росла и развивалась в магическом смысле семимильными шагами, пытаясь достать меня. И била, била, била, кидая порчу за порчей, проклятие за проклятием, бросая на борьбу со мной всю свою ненависть и силы. Изучала новые смертоносные методы и тут же их пробовала использовать в мою сторону. Я это всё знал по диагностике, по своим снам, где видел на меня атаку различных злых духов и всевозможных существ, что есть в пространстве всех слоёв Земли. И видел я, что шар вокруг меня незыблем, он непробиваем, а все усилия ведьмы пропадают втуне. Существа подлетают, стукаются и улетают с возросшей скоростью обратно.

Настал час. Прошло ровно полгода с момента запечатывания кувшина. На землю успел лечь и растаять снег, на дворе стояла весна, играя бликами солнца и щекоча своим дыханием молодые всходы травы и побеги деревьев.

Я оделся поплотнее, надел проверенные рукавицы, что не под силу прокусить обычному скорпиону или змее, и пошёл открывать кувшин. Взял с собой маленькую глиняную крынку с расчётом, что туда сможет свободно поместиться самая большая из тварей Гу — гюрза.

По истечении времени шебуршание в кувшине уменьшалось, поскольку живых существ оставалось всё меньше, и в последние несколько дней можно было едва уловить чуть слышимый шорох, да и то если только хорошенько встряхнуть кувшин.

Я ножом соскоблил с крышки воск, осторожно откупорил, и тут же перевернул сосуд вверх дном, вытряхивая из него всё, что осталось. Я знал, насколько смертельное оружие в моих руках, поэтому держался подальше, готовый в любой момент увернуться, если тварь вдруг решит меня атаковать.

Из кувшина вывалились какие-то сухие части членистоногих, лапки, брюшки, разорванные полусгнившие тела змей, остатки скорпионьих клешней и жал. Всё это безжизненно валялось кучкой на земле, а на самой вершине, медленно задирая кверху свое смертоносное жало, восседал огромный чёрный скорпион. Вот он — ядовитая тварь Гу! Сильнейший из сильнейших, ядовитейший из ядовитейших. Тот единственный, кто выжил в длительной смертельной схватке. За полгода скорпион стал почти в два раза крупнее, чем я клал в кувшин. То ли отъелся так, то ли вырос, а может, черномагическая сила обряда так на него повлияла — точно и не знаю.

Памятуя, что теперь передо мной не просто скорпион, а злой дух, я почтительно к нему обратился:

— Приветствую тебя, о ядовитая тварь Гу! Ты самая сильная и самая удачливая. Не с войной к тебе пришёл, но с миром и просьбой. Войди в новый дом, во имя служения, во имя исполнения своего долга.

Я медленно приблизился к скорпиону с маленькой открытой крынкой и наклонил её перед ним. Похоже, что дух согласился и не стал возмущаться своему служению, потому что в следующую минуту он сам добровольно забрался в крынку. Аккуратно я закрыл крышку и счастливо улыбнулся.

Зайдя в дом, я восторженно рассказал Учителю, что выжил чёрный скорпион и что он стал теперь больше. Это было удивительно: живая ядовитая одержимая тварь, вместилище злого духа! Мастер Азриэль дал мне вариант обращения к твари Гу, чтоб попросить его выполнить задачу. Это была декламация, как ключ: «По воле, по своему призванию, по своему долгу». Что я и сделал, обозначив в качестве просьбы смерть Мелани́.

Задача была поставлена. Учитель снова оказал мне неоценимую помощь, посмотрев местонахождение прекрасной ведьмы. В отношении диагностики мне до Мастера ещё очень далеко. Особенно с учётом, что защиты Мелани́ меня путали и мешали увидеть всё ясно.

Итак, можно отправляться в путь. Мой враг сейчас у себя дома, в Дербенте.

Перед поездкой я нацепил на себя несколько защит и непроглядов. Чувствовал себя так, будто на меня по-настоящему надели пудовую кольчугу, а на голову водрузили семифунтовый шишак[1] — тяжело, но это меньшее зло в случае обнаружения меня ведьмой и её атаки.

Рано утром я собрал в дорогу снедь, бережно сложил своё смертоносное оружие — крынку с тварью Гу — и поспешно отправился в село, где по старой памяти нашёл дом Саби-халу и убедил его сдать мне в аренду чубарого Амана, а в качестве весомого аргумента отвалил ему сумму, на которую этого Амана можно было купить целиком вместе со всей амуницией. И тогда Саби с чистым сердцем и с радостью дал мне коня напрокат. Саби-халу был всё тот же прохиндей, жадный до денег, правда, теперь прихрамывал на правую ногу. Не теряя больше времени, я вскочил на коня и помчался в Дербент.

К двум часам за полночь я добрался до дома семьи Броссе. Амана оставил в подворотне, чтобы не выдать себя цоканьем подкованных копыт. Огляделся вокруг: пустынная улица, даже фонарщиков уже не видно. Потихоньку я подошёл к забору с задней стороны дома. Вскарабкался и выпустил скорпиона во двор. Всё, я свою часть выполнил. Теперь работа полностью за ядовитой тварью. Она не будет трогать остальных. Только если ей начнут мешать. А так — сила Гу заряжена именно на укус определённой жертвы.

Только сейчас я ощутил, насколько вымотался, да и Аман тоже устал, но ночевать в городе, привлекая к себе внимание, я не хотел. Потому рванул обратно. И уже за городом в поле, возле большой сосны я сделал короткий привал, где спокойно напоил и накормил коня, а сам уселся под деревом, прислонился спиной к стволу и задремал. По моим ощущениям, я проспал пару часов, но такой кратковременный сон не придал ни свежести, ни бодрости. Мне все так же дико хотелось спать.

Встав с травы, я немного размял затекшие конечности, затем плеснул на руку воды, отёр лицо, прогоняя сонливость. Погладил по гриве коня и оседлал его. Аман упёрся, ни в какую не желая двигаться дальше, мечтая продолжить блаженный сон. Мне пришлось внушить ему, что ещё совсем немного и его встретит хозяин с сытным ужином, после чего ему позволят хорошенько отдохнуть.