Восхождение Администратора (СИ) - Мошкин Денис Александрович "Криаан" - Страница 289

И кейпы не подвели. Мимо меня промчался черный снаряд, через секунду оказавшийся Александрией, что, подняв Губителя «за грудки», постаралась вытянуть того из воды, а еще через пару секунд я ощутила знакомую легкость — Эйдолон обнулил гравитацию, помогая сокоманднице, в то время как Легенда, командуя другими Стрелками, устроил настоящую феерию цветов и эффектов. Лазеры, молнии, энергетические лучи и шары, потоки света и огненные вспышки, что-то, подозрительно похожее на лучи Чистоты, а также технарские лазеры моих наёмников — всё это и многое другое под разными, порой совершенно противоестественными траекториями ударило по Левиафану. На этом фоне мои сверхзвуковые шипы просто терялись, как внешне, так и по эффекту. И тем не менее Губителя подобная феерия сил не впечатлила. И стоило только немного приподнять девятиметровую тушу Губителя над водой, как он резко вывернув хвост отправил Александрию в полет, после чего рыбкой нырнул в залив и на крейсерской скорости помчался в город.

Снова преобразовав материю, я перенеслась к Левиафану и новой гравитационной волной выкинула его из воды, подставляя под всю собранную Триумвиратом мощь Стрелков. И снова результат оказался неутешительный. Зеленая чешуя поблекла, местами обгорела, проморозилась или и вовсе испарилась от разнообразия сил. Истекающий из тела белесый ихор кипел и испарялся, глаза лопнули, а мясо местами было искажено и исковеркано в пространственных аномалиях, но едва ли это сильно мешало Губителю. Длинное тело рептилии всё так же стремительно перемещалось по улицам города, буквально походя сминая и убивая одного кейпа за другим, не встречая хоть сколько-то достойного сопротивления.

Мимо пронеслась снова вернувшаяся в строй Александрия, а большая часть Стрелков и Технарей сосредоточилась на уничтожении водяной завесы Левиафана, позволяя Легенде и Эйдолону стабильно повреждать чужую плоть, но… Это было бесполезно. Бессмысленно. С тем же успехом они могли пытаться хлопушками закидывать кита. Королева Эскалации уже трижды спасла меня оттого, что, казалось бы, должно было с гарантией прикончить любого другого супера, а Взор позволял увидеть и понять истину. Левиафан не неуязвим, но его тело состоит из десятков и сотен сверхпрочных слоев, каждый из которых надо пробить, пока не дойдешь до… Чего-то, что моя сила определяла как уязвимое место. Вероятно, он, как и Оборотни, имел своё ядро, что и было его главной слабостью. Более того, когти, плавники и наросты на кончике хвоста Левиафана с одинаковой легкостью разрезали чужую плоть, дома, технарские костюмы и изобретения, а также самих Бугаев и барьерщиков. Когти Левиафана обладают молекулярной заточкой или иным способом игнорировать прочность объектов, от которых не спасет даже моя аномальная прочность.

В очередной раз переместившись к Губителю, я Бритвой Оккама нашинковала его голову так, что даже любому нормальному Оборотню стало бы как минимум грустно, он же, даже не обратив на это внимания, извернулся, ударом хвоста разрубая меня надвое, и вместо добивания переместился на смежную улицу, вколачивая в бетон какого-то незадачливого Стрелка. Подавив раздражение, я силой Скульптора срастила две разорванные половинки, после чего полетела по следу Губителя.

— Он не может понять, сколько у тебя сил, босс! Подумал, что этого хватит, так что вскрывай козыри постепенно! — прорезался в наушниках голос моего личного аналитика.

К счастью, он не спешил бежать к госпиталю, где сейчас должна быть Эми, штопающая первых раненых, предпочитая резвиться чуть ли не в центре города, устраивая незадачливым суперам обрезание и подтопление. Не задушит, так раздавит, не раздавит, так разорвет или превратит в кашу водяным эхом. В очередной раз обрушивая на Губителя череду шипов, я заметила, что дыр на его теле прибавилось, причем они были подозрительно похожи на те, которые оставляют мои лезвия. И если на голове они были ожидаемы, то вот на теле и даже пара на хвосте… Хотя да, как же я сразу не заметила. Смещенная часть объекта перемещается в случайную точку пространственного отражения! Значит, Губители обладают более чем одной координатой в пространстве, что и объясняет то, почему их нельзя телепортировать, ведь то, что видим мы — лишь часть чего-то большего! Вероятно, Губители могут искажать пространство вокруг себя, скрывая где-то… Просто где-то другую часть себя, а мои лезвия разрушают целостность их покрова или, скорее, даже формы.

В очередной раз отбросив Губителя гравитационным ударом… прямо в пасть вынырнувшей из дома Змее Пустоты, я добилась того, что все те тонны воды, что собрал и привел с собой Левиафан, казалось, потеряли тот контроль, что удерживал их вместе. Ну конечно! Его власть над водой действует лишь в пределах одного измерения, а в пасти и желудке моего клона пространственные червоточины, что и сбивают ему контроль.

— Говорит Азура, — я нажала на громкую связь, а Сплетница привычно передала это сообщение другим кейпам. — Левиафан способен контролировать воду в пределах одного слоя реальности. Любые затрагивающие его достаточно сильные пространственные искажения как минимум ослабляют, а возможно и вовсе нивелируют контроль. Все кейпы, обладающие схожими приспособлениями или силами — используйте их в первую очередь на самом Губителе, а не на его водяном эхе. Все Бугаи, не обладающие запредельной прочностью или стойкостью к различным эффектам — немедленно отступите, чтобы не попасть под дружественный огонь. Я не знаю, сколько его удержит моя проекция, — не будем расстраивать Триумвират еще больше тем, что я могу спокойно создавать собственных, наделенных силами клонов. — А потому шевелитесь, беременные черепахи, пока не попали под раздачу!

— Сплетница, дай мне что-то, с чем можно работать! — переключилась я на другой канал.

— Он сдерживается, босс. Даёт возможность провести пару атак, если они оригинальны или особо хорошо выполнены, после чего повышает ставку и бьёт сильнее, быстрее и умнее. Именно поэтому ветераны отступают сразу же после первых двух атак. Попробуй чередовать силы, — охренеть совет.

— Где у этой твари многомерной уязвимое место, Холмс?! — прорычала я.

— С учётом того, что атаки по нескольким реальностям его не так чтобы пугают… В центре масс… нет, в груди! Там, где наибольшая плотность ткани и наибольший слой брони! Босс, он сейчас…

Чуть больше полутора минут. Ровно столько продержалась разожравшаяся форма Пустоты. Сначала из бока Змея под фонтанчик крови вырвались когти Левиафана, а хвост, прочертив дугу, отрезал голову, но это не смогло её убить, хоть и значительно ослабило, и тогда… огромная, местами неповоротливая туша Зверя Эскалации, обладающая даже по моим меркам какой-то паранормальной живучестью, прочностью и регенерацией, была просто разорвана на части и пролилась кровавым дождем по всей улице! Буквально. Вот, секунду назад она еще была, а теперь — лишь потоки крови пролились повсюду! Только не говорите, что… У него нет Эффекта Мантона! Но тогда это означает, что Левиафан мог бы движением пальца взорвать всех кейпов в городе, ведь кровь — это тоже жидкость!

— Что бы ты ни делала, Азура, но делай это быстрее! — несколько нервно прокричала по связи Сплетница. — Уровень воды в подземном озере поднялся до критического, ливневку тоже прорвало, а часть доков и набережная затоплены! Если ничего не сделать в ближайшие полчаса, весь город окажется под угрозой! — так вот почему казалось, что он слепо мечется от одного кейпа до другого, он просто готовил прощальный подарок, который город уже не переживет! Воистину, Убийца Городов!

Но что мне тогда делать? Мои атаки, за исключением лезвий, практически не наносят ему реального вреда. Огонь и звук бесполезны, шипы пронзают лишь верхние слои, быстро теряя свою скорость и пробивную мощь, в грубой силе я ему тем паче не соперник, в скорости, за счет своего водяного эха, он тоже превосходит, а моя надежда на Зверя Эскалации оказалась в буквальном смысле развеяна по ветру! Гравитация и вовсе лишь отбрасывает, но не ранит Губителя. Вот что чувствовали кейпы, столкнувшись со мной… Полное и безоговорочное поражение. Отчаяние, толкающее на самые сумасбродные и страшные поступки. Но… у меня нет выбора. Остается только это…