Кто суккуба? Я суккуба?! (СИ) - Клименкова Антонина - Страница 73

— Ты думала, я так сразу верну тебя в твой мир? — предположила директриса, вышагивая вокруг на негнущихся непривычных ногах. — Нет, дорогая, твое возвращение пока откладывается. Ты нам еще здесь нужна.

Клава поднялась с пола, голова немного кружилась… Поднялась лишь за тем, чтобы снова упасть: теперь ее швырнуло невидимой силой через перила в колодец башни.

Она вскрикнуть не успела. Словно в замедленных кадрах мимо мелькнул спиральный пролет лестницы, один виток, второй… Впереди, то есть внизу ее ждала стремительно приближающаяся земля, каменные плиты пола. Но Клава не долетела до них — вновь коротко блеснул свет перехода, уши заложило от хлопка сомкнувшегося воздуха.

Клава снова упала на жесткую поверхность. Но сознание не выдержало магических путешествий дважды подряд и отключилось.

23

Клава очнулась с неприятной тупой головной болью. И это не было следствием похмелья — она просто ударилась затылком, когда упала.

Очнулась она в шкафу. В огромном книжном шкафу с застекленными дверцами. Ради того, чтобы суккуба в него поместилась и даже смогла сидеть, поджав ноги, несколько нижних полок были любезно вынуты, а книги сложены снаружи на полу высокими стопками-колоннами.

От неудобной позы ломило шею, затекла рука, онемела попа. Клава осторожно села, стараясь не стукнуться макушкой о низкий потолок узилища. Получается, Сирена сбросила ее в пролет лестницы, в воздухе она перенеслась в некое иное пространство, а уже там ее кто-то затащил в шкаф и запер. Наверное, сама Сирена следом и сиганула — в тесном пространстве еще сохранился запах сырой рыбы и нотка соли с йодом, странно смешавшиеся с атмосферой библиотеки. Понятное дело, русалка ведь духами пользоваться не приучена, да и дезодоранты ей ни к чему. Интересно, русалки вообще потеют? Или у них вместо потовых желез как раз и есть те, которые слизь вырабатывают, чтобы кожа от воды не скукожилась…

Вяло размышляя о всякой ерунде, Клава осмотрелась. В шкафу смотреть было не на что: стенки задняя и боковые деревянные, сверху тоже сплошная доска — полка. Спереди как витрина, двойные дверцы с толстыми стеклами. Клава подергала — не открываются. Прежде чем стучать кулаками по стеклам и орать, чтобы ее выпустили, она предусмотрительно всмотрелась во «внешний мир».

Снаружи было не то чтобы сумрачно, но и не сказать, что светло. Свет не исходил от какой-то лампы или от окон — окон, кстати, Клава не увидела, — а лился сверху, рассеянный, как от облаков. Насколько ей удалось разглядеть, приплюснув щеку к стеклу, потолка в этом непонятном помещении видно не было именно за пеленой светящегося тумана. Вместо стен сплошные книжные шкафы, поставленные один на один, соединенные узенькими лестницами и галерейками, всего метров двадцать высотой. Эдакая неприступная крепость из полок и книг за парными дверцами. Или можно даже сказать колодец, правда, широкий.

Книги здесь были везде, не только в шкафах или на столах, но на полу стопками и просто кучами. Среди книг встречались отдельные бумаги, папки, свитки, блокноты, кроме того разные непонятные алхимические приборы, незаконченные конструкции неизвестного предназначения, а также возвышался глобус звездного неба.

Посреди свободного от ученого барахла пространства стоял длинный стол, на котором лежало нечто, покрытое белой простыней, из-под которой просвечивали перемигивающиеся лампочки. Клава сразу узнала большого голема из подвала Пумы. Если ее творение здесь, то и некромантка должна быть где-то поблизости? Не могла же она позволить его украсть. Скорее саму кошку украли вместе с големом, а Сирена придумала отмазку про командировку.

Клаву осенило: а не угодила ли она в тот самый карман подпространства, о котором ей рассказывал Основатель? Его тайный кабинет, запрятанный так хорошо, что многие поколения учеников отшельника не могли его отыскать. Нет, ну верно — кто же в здравом уме станет прыгать с верхней площадки башни? Да не наружу, как Михаэль, а через спираль винтовой лестницы!

Воспоминание о погибшем ангеле навело на нее тоску — и подтолкнуло к мысли о том, а в ту ли сторону должен был он вообще упасть? Если бы грохнулся в «карман», наверняка остался бы жив-здоров. Однако додумать эту идею она не успела: среди книжного беспорядка показалась кошка-некромантка, легка на помине.

— Пума! — воскликнула Клава, хлопнула ладонями по стеклу. И замерла, сообразив, что некромантка-то не сидит, в отличие от нее, в шкафу, и ошейника с цепью на ней не видно. Вдруг ее и не похищали вовсе? Тем более как можно заставить работать того, кого похитили против воли — она же пакость устроит в отместку! Вот если договорились сотрудничать, другое дело, но так это не похищение уже получается, а сообщничество.

Некромантка, увидев ее, обрадовалась вроде бы, подбежала так быстро, насколько позволял мешающийся на пути хлам:

— Клава? Ты уже здесь? Неужели успела собрать нужное количество энергии?

— Насколько я поняла, Сирена сказала, что успела, — проворчала Клава, сев по-турецки и сложив руки на груди. — А ты, значит, с ними заодно?

Пума тоже села перед дверцами, распушила усы, что на языке кошачьей мимики означало неудовольствие.

— С ними? — переспросила некромантка.

— Со сладкой парочкой — директрисой и ее ручным инкубом! — объявила Клава.

Пума фыркнула:

— Ну, можно и так сказать, в принципе. Не хочешь выйти из шкафа?

— А можно? — насторожилась Клава.

— Если пообещаешь не буянить и не портить вещи, я тебя выпущу. Всё равно отсюда сбежать невозможно без разрешения Основателя или Сирены.

— Ладно, обещаю ничего не ломать, — кивнула Клава, понимая, что в первую очередь Пума волнуется о целостности своего творения. Но и суккуба не варвар, смысл ей крушить магическую библиотеку и тратить силы на бесполезный вандализм.

Пума действительно отперла ее шкаф, благо ключ, обыкновенный железный ключ всё это время торчал в замочной скважине. Клавдия, покряхтывая, вылезла из тесной «одиночки», потянулась — и с удовольствием пнула ближайшую стопу книг. Стопа от удара расползлась в кучку, а вот Клава заохала и запрыгала на одной ноге, так как не сообразила, что босой ногой пинать твердые корочки вообще-то больно.

— Спустила пар? — ухмыльнулась Пума.

— Угу, — жалобно проныла суккуба. — И долго нас собираются здесь держать?

— Нас — недолго, — раздался голос Вильгельма. — Все ждали только тебя, Клава.

Подпрыгнув от неожиданности, Клава неосторожно встала на ушибленный пальчик, снова ойкнула и перепрыгнула на другую ногу, поджав пострадавшую на манер цапли.

— Ура, танцы! — послышался ехидно-восторженный голос «пришельца»-хакера и хлопки в ладоши, изображающие аплодисменты. — Суккуба, давай теперь стриптиз! А то скучно сидеть в тишине без зрелищ. Сеть тут не ловит, а между собой нам ругаться уже надоело.

— А ты здесь как оказался? — задрала голову Пума к верхним полкам одного из шкафов. — Ты же энергетически бесполезный объект! Эгоцентрист, не способный на бескорыстную отдачу.

— По-вашему, я дурак с одного минета в нее влюбляться? — хрюкнул «пришелец», действительно обнаружившийся за стеклянными дверцами, подобными тем, за какими сидела Клава. — Всем остальным она предоставила полный доступ к телу, а мне сиськи через лифчик дала пощупать! А теперь сижу с вами за это — где в мире справедливость?

— Не ври, я лифчик разрешила расстегнуть! Сам виноват, что не справился с застежкой, — возразила Клава.

— Он тут с нами за компанию, чтобы не разболтал по всей Академии о тайном эксперименте и похищениях, — произнес Вильям. Клава оглянулась на голос, и вампир помахал ей рукой из своего шкафа. Бедняге с его немаленьким ростом пришлось сложиться в три погибели, чтобы более-менее удобно устроиться между полок.

— Неужели Клавдию к нам забросили? — послышался новый голос с другой стороны.

— Проснулся! Ну, ты и мастер дрыхнуть, — ответил ему следующий.

— Что здесь еще делать-то? Одно хорошо, что есть и пить не хочется и в туалет проситься не приходится, не тянет.