Дневники Киллербота (сборник) - Уэллс Марта - Страница 170

Индах набрала в легкие воздуха, собираясь что-то сказать, но тут Мензах ровным тоном произнесла:

– Не стоит все усложнять.

Индах выдохнула.

– Я согласна забыть то, что ты сейчас сказала, – продолжила Мензах, и Пин-Ли возмущенно засопела, Мензах остановилась и бросила на нее странный взгляд, но Пин-Ли явно поняла его значение, вздохнула и прервала поиск документов. Мензах снова повернулась к Индах и добавила: – Я лишь хочу сохранить рабочие отношения. Мы все разумные люди и можем отбросить подрывающие наши отношения эмоции.

Лицо Индах по-прежнему осталось хмурым, но она явно испытала облегчение.

– Прошу меня простить. – Значит, она еще и трусиха. – Но у меня есть опасения.

Затем они долго обсуждали меня (а это всегда забавно) и в итоге заставили согласиться с двумя ограничениями. Первое: я должен пообещать, что не буду взламывать частные системы или другие боты, дроны и так далее. И меня, и службу безопасности станции это решение сильно расстроило, хотя и по разным причинам.

Нельзя сказать, чтобы частные системы на станции были особо интересными – «Сохранение» не прибегало к внешнему наблюдению, помимо важных технических узлов и шлюзов. Так что мне не особо и хотелось получить доступ к их дурацким, скучным системам. Если здесь появится «СерКриз» и разнесет станцию к чертям, то не по моей вине.

И все-таки по моей. Потому что я ничем не смогу помочь.

В общем, дела обстояли таким образом: когда Мензах сообщили, что в главной галерее нашли мертвеца, я заключил неустойчивое перемирие со службой безопасности станции.

Она уперлась ладонями в свой стол и спросила:

– Это оно?

Она имела в виду атаку «СерКриз», которую мы ждали. Без доступа к камерам я чувствовал себя совершенно беспомощным.

– Возможно.

Она неопределенно поморщилась.

– Я почти на это надеюсь. Тогда мы сможем наконец с этим разобраться.

А теперь на мою голову свалился мертвец.

Вернулся техник Тьюрал, а из Транслатерального перехода вынырнули еще двое и занялись сетевым анализом, безуспешно копаясь в базе данных. Мензах пошла обратно в свой кабинет вместе с двумя помощниками и оперативным отрядом дронов, который я для нее выделил. Поскольку в коридорах станции не было камер (и я, разумеется, отметил, что в противном случае мы бы уже знали, кто убил мертвеца, ой, простите, жертву), мне пришлось создать собственную наблюдательную сеть разведывательных дронов.

Я обещал не взламывать системы станции. Но никто не говорил о запрете моих собственных систем.

– Пока что нет данных по его личности, – обратился Тьюрал к Индах.

Она этому не обрадовалась.

– Нам нужно установить его личность!

– Мы проверяли ДНК, но не нашли совпадений в базе, значит, жертва не состоит в родственных связях примерно с восьмьюдесятью пятью процентами жителей планеты.

Индах уставилась на Тьюрала. И я тоже – через дроны. И это он называет результатом?

Тьюрал откашлялся и продолжил:

– Так что придется подождать сканирования тела.

Образцы ДНК в Альянсе «Сохранение» сдавали добровольно, причем их не брали у прибывающих пассажиров. В большинстве известных мне мест, по крайней мере на Корпоративном кольце, существует множество способов обойти проверку ДНК, поэтому она не используется. Полное сканирование тела надежнее, хотя и его можно сфальсифицировать. Взять, к примеру, меня.

Индах посмотрела на меня с вызовом, типа «ну-ну, поглядим, что у тебя есть». На самом деле она не хотела знать, что у меня есть, и поэтому я просто спросил Тьюрала:

– Вы провели криминалистическую экспертизу?

– Да.

Тьюрал отреагировал нормально, значит, я выбрал верные слова. Пометка для себя: термин «криминалистическая экспертиза» годится не только для сериалов.

– Я отправлю тебе отчет, когда он будет готов, – сказал Тьюрал.

Жаль, что они уже провели экспертизу, мне хотелось посмотреть, как это происходит в реальной жизни, а не в сериалах.

– А есть необработанные данные? Я бы взглянул.

Тьюрал посмотрел на старшего офицера Индах, и та кивнула. Тьюрал переслал мне данные по сети, и я быстро провел рутинный анализ. На перекрестке было множество случайных контактов ДНК – здесь проходило много людей, и они дотрагивались до разных предметов. Люди постоянно все трогают, как ни печально. Но присутствующие (и отсутствующие) контактные ДНК на теле выглядели странно.

– После нападения убийца стер следы, – сказал я.

Индах на секунду отвернулась и что-то сказала другому безопаснику. Затем повернулась обратно, и Тьюрал явно всполошился.

– Ты понял это из отчета?

Ну да. Компания специализировалась на обработке исходных данных и извлечении нужных фрагментов, и у меня до сих пор сохранился нужный код.

– На одежде покойного слишком мало сторонней ДНК.

В файле сравнения были образцы покойного, двух людей, которые его нашли, и медицинской бригады скорой помощи; две эти группы образцов присутствовали на одежде покойного, как и следовало ожидать. Но образец самого покойного отсутствовал. Одежда была такой чистой, как будто ее только что достали из утилизатора или стерилизатора. Поэтому… Ну да, вы поняли. Я перевел результаты анализа в приемлемую для человека форму и отправил их обратно Индах и Тьюралу.

Пока они читали отчет, Тьюрал поморгал, а взгляд Индах расфокусировался. Это займет их на какое-то время, и я присел около тела, чтобы осмотреть рану. Могли быть и другие раны, а эта – необязательно причина смерти, мы не узнаем наверняка, пока покойного не поместят в патологоанатомический комплекс медсистемы.

Рана находилась на затылке мертвеца, у основания черепа. По результатам визуального осмотра я мог лишь сказать, что она глубокая, без выходного отверстия. Никаких следов ожога. А на полу должны были обнаружить больше крови и мозгового вещества.

– Если эта рана стала причиной смерти, покойного убили не здесь.

– Это мы уже поняли, – сухо отозвалась Индах. Потом она взглянула на Тьюрала и добавила: – Нужно поискать, какими средствами для очистки могли убрать следы контактной ДНК и какие из них доступны на станции. В особенности небольшого размера, которые можно спрятать в кармане или сумке.

Как жаль, что мы не доверяем автостражу, эксперту по проведению такого рода поисков.

– Инструмент могли принести извне, – сказал я просто из вредности.

Она проигнорировала мои слова.

Тьюрал сделал пометки в их сети, а потом заявил:

– Даже без контактной ДНК одежда говорит о многом. Она очень выделяется.

Можно сказать и так. Покойный был в пальто до колен поверх широких штанов и длинной рубашки – вполне обычная комбинация в человеческой одежде, вот только цвета и узоры привлекали внимание. Они могли подсказать, из какой системы или планеты прибыл покойный, или, по крайней мере, указывали на место, в котором он недавно побывал. Но скорее всего, одежда ни о чем не говорит.

– Необязательно. Подобную одежду можно купить в автоматизированных магазинах некоторых станций Корпоративного кольца. За дополнительную плату можно получить любую расцветку и рисунок.

Я это знал, потому что мои темные брюки, рубашка, куртка и ботинки были куплены в подобном месте, и меня крайне раздражало, что в торговом центре станции «Сохранение» такой магазин отсутствовал. Значительная часть одежды поставлялась на станцию с планеты, где одежда и ткани, сделанные человеческими руками, пользовались такой популярностью, что почти отсутствовали ткани из автоматов-утилизаторов. Я же говорил, что «Сохранение» – странное место.

– Я этого не знал, – сказал Тьюрал.

Он наклонился со сканером в руке и взял крохотный образец пальто мертвеца.

Индах нахмурилась еще сильнее.

– Значит, одежда может указать на происхождение или выбрана с целью камуфляжа под другую станцию или систему, – отметила Индах. – Либо просто каприз моды.

Только не смотри на меня так, будто это моя вина. Я просто говорю то, что знаю.