Лучший английский ас - Джонсон Джеймс Эдгар - Страница 65

Несмотря на неудачу под Арнемом, мост через Вааль у Неймегена был нами захвачен. Наши передовые части находились в этом районе. Самолеты Люфтваффе по-прежнему появлялись, иногда довольно большими группами, и мы продолжали патрулировать в этом секторе. Словно в насмешку, погода улучшилась, когда мы приступили к эвакуации остатков 1-й воздушно-десантной дивизии.

Однажды я патрулировал с эскадрильей Уолли между Арнемом и Неймегеном. Густые тучи шли на высоте 12000 ярдов, но ниже видимость была великолепной. Внезапно тишину нарушил голос офицера управления полетами:

«Кенвей Серому. Над Эммерихом появились бандиты. Похоже, они летят вниз по Рейну по направлению к вам. Пеленг 130».

«Серый Кенвею. Сколько?»

«Маленькая группа, Серый. Не более дюжины. Отбой».

К этому времени я развернул «Спитфайры» на юго-восток, и мы летели над самым Рейном. Мы старались держаться как можно ближе к облакам, чтобы не подвергнуться удару сверху. Рейн вздулся после сильных дождей, и размокшие поля на восточном берегу казались совсем черными. Мрачная картина просто навевала уныние. Я попытался стряхнуть неприятное ощущение, когда бдительный Дон Уольц прервал мои размышления.

«Серому от красного-3. 9 „мессеров“ внизу».

«О'кей, Дон. Вижу их. Уолли, атакуй правую группу. Я прикончу левую».

Противник летел тем же курсом, что и мы, двумя маленькими группами, одна из 5 самолетов, вторая из 4. У нас было 12 «Спитфайров», и мы обладали всеми необходимыми тактическими преимуществами: скорость, высота, внезапность. Мы бросились вниз длинной колонной, но перед тем, как мы вышли на дистанцию стрельбы, я увидел, что лидер правой группы немцев перевел свой «Мессершмитт» в вертикальную свечу. Я знал этот маневр. Он выполнит иммельман и получит преимущество высоты. После этого он перейдет в пикирование, чтобы атаковать «Спитфайры». Моя собственная цель была совсем рядом, но, прежде чем нажать гашетку, я успел крикнуть:

«Следи за этим ублюдком, Уолли. Он знает, что делать!»

Я поразил свою цель длинной очередью. «Мессер» сразу вспыхнул, однако я думал лишь об опасности наверху. Я дал полный газ и так круто бросил «Спитфайр» вверх, что в глазах потемнело. Чтобы получить преимущество высоты, я повторил маневр «Мессершмитта», но когда горизонт провалился вниз, понял, что ошибся. Когда я выровняюсь, то мой самолет потеряет скорость и будет легкой добычей для «мессера». Гораздо разумнее было закончить маневр в облаке, чтобы укрыться от противника. Поэтому я постарался затянуть вертикальную часть маневра как можно больше, и с облегчением вздохнул, когда вокруг «Спитфайра» заклубились серые вихри. Я летел вверх ногами в серой туче. Я слегка толкнул ручку вперед, и «Спитфайр» по изящной дуге выскочил из облака. Я перешел в пике, чтобы набрать скорость, и снова нырнул в тучу, одновременно с помощью элеронов возвращая «Спитфайр» в нормальное положение. Я выскочил из тучи и заложил крутой вираж, чтобы осмотреться. Ни «Спитфайров», ни «Мессершмиттов». И Уолли не отвечает на мой вызов по радио.

На земле пылали обломки нескольких самолетов, и я не смог различить, кому они принадлежат. У меня кончалось топливо, и я повернул назад, пролетел над Маасом, над размокшими полями, проскочил мимо Эйндховена и пересек границу Бельгии. Мой «Спитфайр» сел одиннадцатым по счету, десять пилотов уже ждали меня. Но среди них не было Уолли. Пилот, летевший рядом с Уолли, сказал, что видел командира, когда тот гнался за «мессером». Ведомый попытался удержаться за командиром, но от перегрузок чуть не потерял сознание. Когда он пришел в себя, то не увидел ни командира, ни «Мессершмитта». Я тщательно опросил всех пилотов, однако никто не видел Уолли после первой атаки.

«И каковы его шансы, сэр?» — спросил кто-то из канадцев.

Я постарался, чтобы мой голос звучал уверенно:

«Зная вашего командира, я могу твердо сказать, что он не оставит „мессер“, пока не разделается с ним. Если рядом не будет других самолетов, они могут продолжить дуэль над облаком. Может быть, он получил повреждение и совершил вынужденную посадку возле Рейна. Вы отправляйтесь на ленч, а я постараюсь что-нибудь выяснить в штабе 83-й группы».

Я пошел в свой фургон и позвонил в штаб группы. Дежурный оказался моим старым приятелем еще по Кенли и хорошо знал Уолли. Они ничего не знают о пропавшем командире эскадрильи, однако он проверит все источники информации. Как прошел бой? Я ответил, что мы уничтожили 5 «Мессершмиттов», но цена успеха может оказаться слишком высокой.

После окончания последнего вылета в этот день я еще раз вызвал центр управления полетами, но там не было никаких сведений о судьбе Уолли. В темноте я отправился в нашу палатку-столовую. 10 пилотов, которые летали со мной, вскочили на ноги, и 10 пар глаз задали один и тот же вопрос.

«Мне жаль, парни, но я ничего не могу сказать о вашем командире. Мы можем только надеяться, что он еще вернется или, по крайней мере, попал в плен».

Они сели с мрачными лицами. Мне нужно было как-то расшевелить их.

«Дон, возьми командирский джип и переодень всех своих в нормальные мундиры. Мы встретимся здесь через полчаса и поедем в Лувен. Мы все влезем в два джипа».

Они все были готовы задолго до назначенного срока, и мы помчались сквозь сгущающиеся сумерки в Лувен. Это была наша первая вылазка в этот старый университетский город. После небольших поисков мы припарковали свои джипы и вошли в маленькое кафе. Внутри было очень уютно и тепло, но веселая болтовня оборвалась при нашем появлении. В полной тишине мы прошли мимо занятых столиков к бару. Наши синие мундиры были незнакомы местной публике. Но владелец кафе, которого звали Марсель, обратился ко мне, и я на своем ломаном французском заказал выпивку. Кое-как мне удалось объяснить, что мы летчики Королевских ВВС и Королевских Канадских ВВС.

Марсель поднял руку, требуя общей тишины, и объяснил посетителям, что к ним в гости пришли английские летчики. Более того, мы летаем на «Спитфайрах» и только сегодня имели очередной бой с немцами. Мы одержали великую победу, ну и так далее.

Все это было встречено с типичным галльским темпераментом. Скоро весь дом был в нашем распоряжении.

«Что вы будете есть?» — спросил Марсель.

«Стейк», — ответил один из канадцев.

«А потом? У меня много всяких продуктов».

«Еще один стейк!»

Из кухни появилась мадам с двумя дочерьми и была нам представлена с соблюдением всех формальностей. Вскоре перед нами появились стейки, на которые мы набросились, так как были страшно голодны. Потом я пил ликер и курил хорошую сигару, которые поднесли нам любезные хозяева. Я смотрел на своих канадцев, ни одному из которых не было более 23 лет. Их юность и жизнерадостность полностью соответствовали этой приятной обстановке. Они уже беседовали с жителями Лувена. А мои мысли вернулись к утреннему бою с «мессерами». Я боялся, что Уолли погиб. Я молча поднял бокал в память о нем и о всех наших совместных боях с Люфтваффе.

Постепенно атмосфера становилась все более непринужденной. Вскоре мы уже пели хором с нашими бельгийскими друзьями. Внезапно двери распахнулись, и появились несколько жандармов во главе с сержантом. Их лица были очень суровыми. Сержант поинтересовался, что здесь происходит. Он услышал шум чуть ли не на другой стороне города. Марсель все объяснил и представил нас блюстителям закона. Высокий сержант снял тяжелую каску, сунул руку в карман и вытащил большой блокнот. Сначала мы подумали, что он намерен всех переписать, но вместо этого он извлек оттуда несколько банкнот и заказал выпивку для всех, провозгласив тост в честь Королевских ВВС.

Но пришло время покидать гостеприимное маленькое кафе. Мы погрузились в два джипа, чувствуя себя гораздо лучше, чем в тот момент, когда выезжали из Ле-Куло несколько часов назад. Когда мы проезжали по узким улочкам Лувена, лил сильный дождь. Второй джип проскочил мимо меня, повернул и замер под немыслимым углом, стоя на двух колесах. Сквозь залитое дождем ветровое стекло я увидел, что кто-то выпал из машины на дорогу прямо передо мной. Лихорадочно крутанув руль вправо, чтобы не наехать на человека, я потерял управление машиной. Джип влетел в канаву на обочине, подпрыгнул и с лязгом приземлился на другом краю, перевернувшись вверх колесами. К счастью, нас всех выбросило из машины, и мы шлепнулись в жирную, липкую грязь. Поэтому все закончилось сломанным пальцем, парой шишек и несколькими мелкими порезами. Мы снова поставили наш джип на колеса, но перед тем, как продолжить путешествие, я отдал строжайший приказ второму шоферу. Мы будем следовать друг за другом со скоростью не более 30 миль/час, и никто никого не будет обгонять. Рано утром мы благополучно прибыли в Ле-Куло. Там мы выдрали нашего врача из теплой постели, чтобы перевязать наши порезы и ушибы. «Раненых» перевязали и зашили под ободряющие крики более удачливых товарищей, но вскоре все умолкли. Я приказал отправляться по постелям, чтобы хоть немного поспать. Врач налил мне горячего кофе, и мы присели поговорить, когда все ушли.