Властелин воды (СИ) - Вязовский Алексей - Страница 58

Раздается сигнал рога, оповещающий о начале охоты, и кони срываются с места. Задача охотников настигнуть добычу и убить ее, задача загонщиков не дать зверю уйти высоко в горы — там на лошадях делать нечего. Ну, и конечно, выгнать зверя на охотников. Для этого спускают с поводка свору обученных собак, которые на гончих и лаек совершенно не похожи. Это скорее матерые волкодавы. Поскольку огнестрельного оружия здесь нет, большинство мужчин — особенно аристократы — охотятся здесь с луком или арбалетом. Ну, не с рогатиной же баронам на зверя ходить? Это скорее мужицкое развлечение. Можно, конечно, еще с помощью магии зверя убить, но это уж совсем не комильфо…

Сама охота здесь скорее своего рода традиция: сначала охотники всей толпой гоняют по лесу какого-нибудь несчастного кабана или оленя, потом этой же толпой загнанную добычу забивают, а дальше радостно перерезают ей горло и волокут на поляну, где разбит лагерь. Разделывают тушу уже слуги, они же готовят ее на вертеле, причем мясо при такой жарке, как правило, получается жестким, и жрать его можно лишь с большой голодухи и запивая огромным количеством вина. Но все, конечно, едят и нахваливают, а попутно напиваются, вспоминая самые яркие моменты прошедшей охоты. Над поляной витают запахи дыма и жареного мяса, звучит громкий мужской смех, охотники травят свои байки, пересказывая каждый раз одни и те же события на новый лад. Кто-то терзает лютню — если среди охотников затесался какой-нибудь менестрель — любитель, кто-то с пьяну пытается затянуть балладу с обязательным упоминанием охоты…

Но, как по мне, убийство беззащитного оленя — развлечение довольно сомнительное. Это ведь не столько ради еды делают, сколько ради коллективного развлечения с последующей попойкой. Гораздо интереснее и честнее была бы охота на хищного зверя, когда охотник в одиночку выслеживает опасного хищника и сражается с ним один на один. Настоящий поединок — это когда идешь с копьем на медведя или с кинжалом на волка. А пострелять из лука можно и по мишеням, для этого совершенно не обязательно убивать оленя.

Хотя в чем-то местную аристократию понять тоже можно — нормальных развлечений здесь категорически не хватает. Телека нет, интернета с «танчиками» тоже нет. Тоска зеленая… Ну, не тараканьи же бега им здесь устраивать? Хотя тараканы в Рионе водятся, и довольно крупные — похоже эти неубиваемые твари вездесущи. Остаются еще столичные кабаки, где можно выпить, поиграть в кости и с кем-нибудь подраться, если будет такое настроение.

Правда, в Минэе есть еще полу-подпольные бордели для богатых клиентов типа широко известного в узких кругах заведения «Сломанный веер». Почему полу-подпольные? Потому что официально это дорогие таверны уровня “а-ля ресторация”. Девушки там поют, танцуют, и беседой развлекают за столом клиентов, но есть в таких заведениях еще и верхний этаж с отдельными номерами, где гостей уже обслуживают по полной программе. Знал ли я об этом? Конечно знал. Сначала просто догадывался о существовании таких заведений, потом Лем меня уже в деталях просветил, завистливо вздохнув, что наемников туда не пускают ни за какие деньги. Видимо, были печальные прецеденты. Но разве в дешевых кабаках что-то другое происходит? Да, тоже самое. Только шлюхи там классом пониже, еда попроще и на мордобой нарваться можно.

Так что молодняк аристократии мне срочно нужно чем-то занять, чтобы всякая дурь не лезла им в головы. Без присмотра эту публику никак нельзя оставлять. Раньше у них верховодили Рихард с Дитрихом, а теперь кому ее доверить? У многих из них старшие братья или отцы погибли в сражении с восточниками, и в семьях аристократов сейчас все непросто — идет внеплановое обновление элит. На сцену выходит молодое поколение, которое морально до такой власти еще не дозрело, ветер в голове еще вовсю гуляет. Поэтому юнцов нужно занять чем-то таким, чтобы на глупости, пьянки и интриги времени у них не оставалось. Стадион им что ли построить? А заодно ипподром и театр. Университет тоже не помешает...

— …Князь, ты чего сегодня такой задумчивый? — догоняет меня на узкой тропе Тагрим. В Храм Мереи нам всем приходится идти пешком, на лошадях туда не доберешься, кругом скалы.

— Обдумываю, чем бы мне тебя угостить? На выбор есть зелье от любопытства, есть порошки от жадности, а еще микстура от нахальства. Что сам выберешь?

— Это ты про цены на наше оружие?! — развеселился коротышка, быстро смекнув в чем дело — Да, я вчера нарочно вояк твоих злил, чтобы они перед нами, гномами, свои носы особо не задирали.

— Да, я уж теперь и сам не знаю: потянет ли княжеская казна такие заоблачные цены? — изображаю я тягостное сомнение — Мне вот нужно заказать особые армейские ножи для разведчиков, до которых в Рионе никто еще не додумался, а придется наверное, в Гильдию оружейников обращаться. Знаешь, как мне не хочется им что-то новое показывать? Чтобы потом эти гады озолотились.

— И не показывай. Никто лучше нас тебе новые ножи не сделает! — заверил меня Тагрим — Не серчай, брат, мы с тобой всегда договоримся, а военачальники твои пусть ценят оружие, которое им даром достанется — и тут же хитро прищурился — А что это за ножи такие?

— Мультитул называется. Вчера после посещения храма Айрана вдруг в голову пришло.

— Ох, да это тебе никак сам бог Огня подсказал?! В любимчиках ты у него, князь!

— Веди себя прилично, не зарывайся — и ты, Тагрим, тоже любимчиком богов станешь.

— Да, сказал же тебе, что по ценам договоримся! — нахмурился гном — До самой смерти мне теперь шутку эту вспоминать будешь?!

— А ты каждый раз мне так нервы трепать станешь? Дураком же меня выставил перед военными! Кто меня всерьез станет воспринимать после твоих фокусов?

— Они первые начали! Зачем смеяться над нашими гномскими секирами, если сами никогда в бою их не видели и не знают как с ними обращаться?! Спросили бы сначала у твоих парней, а потом языки бы свои червивые распускали!

Я только головой покачал… Ну, что за детский сад, а?! “Они первые начали!” — и это говорит мне бородатый мужик в латах, которому даже по нашим человеческим меркам лет сорок минимум. Старейшина клана! А обидчивый, как дите малое. Понятно, что первый блин комом, но я-то надеялся, что военные люди всегда между собой договорятся. На деле же стоило мне отвлечься на пару минут, как они тут же умудрились поцапаться между собой. Можно подумать, что мне это оружие больше остальных нужно! Да, я свой ас-урум ни какой другой меч не променяю. Ладно, попробую еще раз всех свести, но теперь уже на севере…

Тропинка вскоре заканчивается, упираясь в ряд аккуратных валунов, которыми выложена граница ровной площадки. Ни колонн, ни перекрытий, ни купола. Деревьев тут тоже нет. Одни лишь скалы вокруг, и большой круг между ними, обнесенный одинаковыми камнями. Внутри этого круга площадка, мощеная камнем. В самом центре, на месте алтаря заросли вечнозеленого низкого кустарника, и знакомая гранитная плита, покрытая привычным зеленым мхом. Значит, и в этом источнике тоже уже теплится жизнь — я хорошо чувствую это, положив ладонь на алтарь. Осталось только провести ритуал, чтобы он пробудился и придал новых сил богине Мерее.

В первый раз пентаграмму Лукас рисует прямо по старому мощению. Потом коротышки обещают заменить его, выложив ритуальную звезду вокруг алтаря из разноцветного камня, как они сделали в Храме Айрана. Эверс суетится рядом, помогая Учителю по мере сил. А вот Фридус положил свои дары на алтарь, и тут же отступил за круг, чтобы не попасть под отдачу во время пробуждения источника.

Я тоже заранее блокирую в себе магию Огня и кладу на алтарь гроздья рябины, яркую ленту, выпрошенную у Яруси, и маленький букетик из засохших цветов. Все, как любит Мерея. Но больше всех из нас отличился, конечно, Тагрим — притащил такое шикарное ожерелье в подарок богине, что мы все рты пооткрывали. Нет, хитрый гном точно метит на место ее главного любимчика! Никакая женщина не в силах устоять перед такой красотой.

Сам ритуал проходит уже буднично, силы вливаем в источник не жалея. Только Фридус у нас сегодня выступает в качестве зрителя, но зато он щедро пожертвовал тремя кристаллами с накопленной силой, так что его вклад в ритуал бесспорен. И помощь мага пригодилась, когда Эверс перестарался, отдавая силу источнику, чуть сознание от слабости не потерял. А ведь предупреждал его: “Не переусердствуй!”