Смена Особого Назначения (СИ) - Кораблев Сергей - Страница 17

-Помню, нас в первую же ночь подняли с кроватей, шестой курс вроде, кого-то избили, перевернули все верх дном, поотнимали, все что понравилось. И популярно объяснили, что теперь так каждую ночь будет. Вы наш шок представляете? Не отстают от других курсантов и офицеры- инструктора. Согласно традиции, в прессинге не принимает участие только выпускная рота, они наоборот, как бы берут шефство над новичками. Но помогают ограниченно, объясняют правила, не допускают беспредела, со стороны остальных рот и все, но может еще кто печенюшку даст, или конфетку. Так и началась с первых дней у нас борьба за власть. Девять за мной, шесть за Шкипом, мы их «вояками» называли, они нас «гопниками» ...

-А остальные?

-А что остальные? «Бывшедомашние», да приютские, зашуганные потерянные, слабые, они для нас так, мясо. Я со своими их «овцами» стала называть, тоже прессовать стала, еду отбирали, на себя работать заставляли, процесс назывался- «стричь овец». Вообще, подобный процессы постоянно идут, в каждом новом взводе, каждый год. Большая часть командиров взводов, вот такие хищники, собственно. Это я сейчас понимаю, что у меня шансов не было против Шкипа. У него с детства хорошая подготовка была, его семья весьма суровая, связи в силовых структурах, так что перед отправкой с ними лучшие спецы поработали-натаскивая.

-А это вообще честно?

-Оксана Сергеевна, есть сферы, где понятия честно –не честно не работают, нужно просто победить, меня учила улица и гопники, воры, наркоманы, его армия и «спецура». Мы пробовали «вояк» давить, но сразу стали получать ответку. Оказалось, семеро против десяти очень даже способны выстоять. Пробовали их вылавливать по одному, не вышло. Шкип их быстро научил ходить по двое-трое минимум, чуть какой крик- набегали остальные. И главное всегда давали ответку, всегда. Только мы кого из них отлупим, сразу кому-то из нас прилетает. Тем более, Шкип схитрил. У нас вообще времени свободного мало было, зарядка, физкультура, уроки, домашнее задание, снова тренировки, личного времени оставалось дай бог час-полтора. И покуда все предпочитали отдыхать, Шкип своих «вояк» тащил на новую тренировку. Силовая, рукопашка, хоть по немного, но каждый день. Дальше было хуже. Выждав пару месяцев, подтянув своих «вояк» в физухе и рукопашке, Шкип принялся за овечье стадо. Помню, Шкип ко мне подошел, договориться пытался. Типа давай по-хорошему, а я ему в ответ –мои сильные, твои слабые, мы не договоримся. А он мне тогда и ответил-Я своих слабых сильными сделаю, а вот ты нет.

С «овцами» же как было: я их прессую, но от других взводов стараюсь защищать, типа-я босс, вы мне платите за защиту. А этот нет. Он со своими «вояками» стал их защищать, от меня и от других, но не прессовал их. Наоборот внушал мысли-чтоб вас не трогали, нужно вам становиться сильнее, держаться вместе, не бояться, мы вам поможем, но и вы должны помогать друг другу! Стал их привлекать к своим занятиям, и чудо- «стадо» от страха плачет, от боли их корежит , но тренируется, через силу, через немогу! Мы сначала смеялись, да поколачивали «овец», стоит Шкипу отвернуться. Но смеяться получилось нам недолго. Уже к концу первого года стали замечать, что из них страх стал уходить. Вот, пример –Листик, задохлик редкостный, мы его зажали как-то, а он как броситься на нас троих с кулаками, самому страшно, глаза закрыты, от страха аж воет, но кулаками машет. Да, с нами, да еще один на один справиться не получалось, но они тоже быстро научились не передвигаться по одному, чуть что-поднимать крик, на который сбегались остальные! И тогда нам приходилось туго. В общем не успели мы моргнуть глазом, как прессовать стало некого. Все сплотились вокруг Шкипа, слушают только его, нас игнорируют, если мы кого тронем- налетаю кучей, если наезжают другие взвода или старшие- сбиваются в строй, отбиваются.

Дальше хуже. Мы реально стали чувствовать себя изгоями. Шкип всех остальных сплачивал, тренировал, превращал в единый организм, заботился, даже в мелочах. Как например –со сладким. Мы же дети, 8 лет, сладкого хочется, а давали мало, 50 грамм в день и это каждый раз как праздник, самое ценное. Тем более старшие что и отнимают чаще всего-так это сладкое. А у администрации тоже свои развлечения, вот, например, в взводе тридцать один человек, в сладкого выдадут двадцать девять порций. Хочется сладкого? Отними! Не хочешь, чтоб отняли? Становись сильнее, тренируйся!

А Шкип сказал-НЕТ! Мы не будем как гиены отнимать еду у слабых! Мы-взвод! Мы все как один! И стал распределять сладкое сам. Чаще всего, тем кому не досталось отдавал свою порцию, если еще не хватало, кто-то из его «вояк» делился. Когда администрация выдала вместо тридцати одной -двадцать порций, взял ножик в столовой и разделил на всех. А еще не забыл сказать работникам столовой, что если у них плохая память, и они не помнят, сколько нужно порций выдать, то он, Шкип, все им все записал! Или они знают и просто воруют? И знает ли это военная прокуратура? В общем шуток со сладким больше не было. А потом Шкип придумал поздравлять всех с Днем Рождения! Целый ритуал создали. Кто-то из ребят делал игрушку, девочки, например, могли сшить что то, заранее откладывали вкусняшку (как обычно жертвовал Шкип или кто-то еще) Вы не представляете, как здорово это было! Когда среди постоянного стресса, недоедания, физического переутомления, когда еще многие плачут по ночам, находятся люди, которые тебя поздравляют. И пусть там весь подарок –пара конфет или печенек, да какая-то безделушка, но про тебя не забыли, тебя поздравили, показали, что ты не безразличен. Это было очень сильно. Даже мои, несмотря на запрет, принимали поздравления и кайфовали от этого.

Сталь немного помолчала.

-Шкип даже меня поздравил! –продолжила она.

-Серьезно?

-Ага, мы тогда в полевом палаточном лагере были. Подходит ко мне перед отбоем, протягивает пару конфет и зайца тряпичного, с Днем рождения, говорит.

- А ты?

-От конфет отмахнулась, зайца выхватила, Шкипа по голове им огрела, и за территорию лагеря выкинула. А потом как дура ревела полночи в палатке. А утром смотрю, он снова у входа лежит, я зайца припрятала и пять лет с ним не расставалась. А Шкип три дня под арестом просидел, за то, что за территорию лагеря вылез и был пойман.

-А сейчас он где? Покажешь?

-Нет зайца, Шкода, овца кудрявая расстаралась, ох, я ее и лупила тогда, но зайца было не вернуть. Шло время. Уже мало кто мог безбоязненно на них наехать, обидеть кого то, что-то отнять. Мы же регулярно получали от чужих. И свой взвод уже не тронешь и чужих. Мои потихоньку роптать начали. И в один прекрасный день все изменилось.

Подземный уровень Училища. Восемь лет назад.

Из легких с хрипом вырывался воздух. Мышцы на ногах ощутимо дрожали, но преследователи не отставали и было ясно, что догонят их с минуты на минуту. В тоннелях под училищем, где обычно происходили разборки между взводами, особо не спрячешься, единственный шанс-убежать, но, если противник более сильный и выносливый, это практически не выполнимая задача. И надо же было так подставиться. Они должны были разбираться с 2 взводом своей роты, но на месте разборок каким-то образом оказались «старшаки». Пусть их было всего шестеро, против десяти. Но три года разницы в возрасте, а значит и в опыте и силе, делали финал столкновения предсказуемым. Она бежала четвертой, и повернув в боковой коридор натолкнулась на спину бежавшего впереди, но теперь он стоял, спустя секунду она поняла почему.

Коридор был перегорожен двумя шеренгами шкиперских ребят, в центре передней шеренги стоял сам Шкип.

-Что встали? В боковой коридор, живо! -рявкнул он и это было очень актуально, так как топот преследователей приближался. Беглецов не нужно было два раза упрашивать.

-Взвод! -раздалось сзади. - внимание, держим строй. Вперед, Барр-ра!

-Барр-ра –дружно грохнуло в коридоре, сменившись дробным топотом двух десятков человек.

Свернувших в коридор преследователей встретил дружный удар плотного строя, сбивая их с ног в одно мгновение, шансов на победу у преследователей не было. Оставалось позорно бежать.