Она умеет смеяться (СИ) - Семакова Татьяна - Страница 23

— На пол! — рявкнул друг, я тут же осела и почувствовала себя на поле битвы.

Паша подобрал пистолет, начав отстреливаться через щель, распластавшись по полу, а я поняла, что в этой комнатке мы в западне. Патроны быстро закончились, я приготовила свой, но тут из комнаты заорал Эмир:

— Да хорош уже!

Я поднялась с полотенцем в руках, но обмотаться им не успела, дверь распахнулась и моим очам предстал Вадим, быстро зашёл и закрыл за собой дверь, переступив через Павла.

— Кайф, — ухмыльнулся, внимательно разглядывая меня. Я вздохнула и сунула пистолет под резинку, прикрывшись.

— Твою мать, — протянул Руслан, сидевший все это время на кровати, — продал «Газель».

— Посмотри, пожалуйста, — сказала вежливо, обращаясь к Руслану, а Паша ловко стянул маску с лежащего на полу и перевернул его, — не лежит ли где Червонец.

— Да под твоими ногами, — поморщился, кивнув на труп.

— Неловко вышло, — вздохнул Павел, а я бросила на него свирепый взгляд, — да ну откуда было знать, ну? — проворчал в ответ, а я пошла к двери, но Вадим выставил руку вбок, преградив путь.

— Не рекомендую, — сказал вкрадчиво. — Если не хочешь проверить, на сколько крепкий у тебя желудок.

— Варианты? — уточнила, сглотнув подступившую от одного воображения тошноту.

— Для начала — ствол на базу. Ты слишком рьяно им размахиваешь.

— Поддерживаю во всех смыслах, — сказал Паша, успевший заглянуть за дверь.

— Закрой глаза, — буркнула, ухватившись за край полотенца. Вадим хохотнул, но закрыл, а я достала пистолет, замоталась обратно, вытерла его полотенцем и сунула ему в руку.

— Твоя очередь, — сказал, сунув его за пояс, — и давай шустрее, сейчас менты набегут.

Я зажмурилась, он подхватил меня на руки и понёс из комнаты.

— Гриня! — позвала в полголоса, а он отозвался совсем рядом:

— Цел.

Я слегка улыбнулась, выдохнула и обхватила Вадима за шею. Шли мы дольше, чем было до той комнаты, где я оставила вещи, я напряглась и вдруг почувствовала внезапный холод и тихие смешки.

— Обязательно было на посмешище выставлять? — спросила тихо, не открывая глаз.

— Твои вещи уже в машине. Твои парни следом в таком же виде. Кроме Филюка, он почему-то без полотенца, — я открыла глаза, а он хохотнул: — Попалась, — положил меня на заднее сиденье, а я поморщилась:

— Это не моя машина.

— Поразительная наблюдательность, — сказал быстро и захлопнул дверцу, заспешив за руль. Рванул с места, я обернулась, увидев, что мои так же покидают парковку, но едут в другом направлении, следом начали отъезжать ещё две машины, а на улицу выбежал Руслан, одной рукой придерживая полотенце, а второй держа охапку вещей.

Метров через двадцать мы свернули на какую-то улочку, Вадим припарковался и заглушил двигатель, а я напряглась, но через минуту услышала вой сирен, а позади нас пронеслись две полицейские машины с мигалками. Я зябко поежилась, а он передал с переднего пассажирского сиденья мои вещи, отвернувшись к окну.

— Как ты там оказался? — спросила, чтобы скрыть неловкость. Это не в сауне быть застигнутой врасплох, когда адреналин зашкаливает.

— Очевидно, нет разве?

— Зачем поехал за мной от бара?

— Затем, что Филюк вышел следом, он здоровый и я реально его побаиваюсь. Но вы, похоже, поладили.

— Я легко схожусь с психами, — пожала плечами, неловко натягивая спортивные. — Что там произошло?

— Зашли твои, потом ты за каким-то хером потащилась, потом прибыли какие-то невнятные чуваки в нелепых масках, а я набрал своим, благо центр. Зашли через семь минут после них, а там уже не сауна, а кровавая баня. Удивительно, как Григория не зацепило, он полкомнаты занимает.

— Тебе его габариты прямо покоя не дают, — заметила со смешком, просунувшими между передними сиденьями.

— На самом деле пофик, я пытаюсь отвлечься от мыслей о твоей симпатичной татуировке, — ответил, глядя прямо перед собой и завёл мотор, — пристегнись.

Я села обратно, а он плавно тронулся и поехал дальше по улице. Машина глухо урчала, меня слегка покачивало и я не заметила, как задремала. Правда, часов через семь выяснилось, что вырубилась. Измотанная и несчастная.

Мы все-таки поговорим. Обо всем.

Проснулась я от настырно звонящего телефона на тумбочке. Пошарила рукой, откашлялась и ответила максимально бодро:

— Слушаю.

— Привет, — протянула Вика капризно, а меня перекосило, — мы договаривались… где ты?

— Прости, забегалась, — вздохнула понуро, — я не смогу приехать. Но не переживай, Лена подберёт тебе лучшее платье, она просто волшебница.

— Линда, ну пожалуйста, как я без тебя буду выбирать? — заныла в трубку. Я стиснула зубы, вдохнула поглубже и тяжело выдохнула:

— Прости, никак не вырваться! С другой стороны, будет сюрпризом. Все, целую-обнимаю, мне пора! — положила трубку и процедила сквозь зубы: — Тварь мелкая.

Открыла глаза, посмотрела время и пошла в душ, не обременяя себя лишними размышлениями о том, как я очутилась в своей постели и кто меня раздевал. На кухне Эмир разговаривал по телефону, понизив голос, в гостиной Вадим разглядывал потолок, а Гриша сидел за моим ноутбуком и что-то увлечённо печатал. На мое появление внимания никто не обратил, где носило Пашу было не ясно, я вернулась в кухню, Эмир покосился на меня и бросил:

— Отбой, — тут же отключившись и посмотрев на меня такими грустными глазами, что захотелось разреветься и врезать ему.

Я подошла и обняла его, сказав тихо:

— Больше не пытайся устроить мое женское счастье, договорились?

— Идет, — ответил глухо и прижал меня к себе.

— Но все равно спасибо. Так глупо ради меня ещё никто головой не рисковал.

— Не злись, но я только что с ним разговаривал. Информация на дороге не валяется.

— Новости?

— Потребовали выкуп, сегодня утром. Пол лимона баксов. И у Федотовых таких денег нет.

— Любопытно… — протянула задумчиво, продолжая обнимать его, а потом спросила обычным голосом: — Вадим, Ксения больше не звонила?

— Нет, — ответил серьезно, — и мне это не нравится, потому что очевидно, что платить мне, а я толком даже не знаю за что.

— Давайте прикинем, — пожала плечами и полезла в холодильник, обнаружив его забитым до отказа. — Вы ж мои хорошие… — протянула, чуть не плача, тут же начав вытаскивать все подряд. — Какой срок дали на сбор средств?

— Два дня, включая сегодняшний, — ответил Эмир.

— Где Паша?

— Поехал поспрашивать, кто такой этот Червонец. Учитывая, что никто из присутствующих о нем ничего не слышал, рядовая мразь.

— Сколько вчера было в масках? — продолжила собирать сведения по крупицам.

— Четверо, — ответил Вадим. — Скорее всего этот Червонец просто тупой наёмник. Из дешевеньких. Получил задание, получил бабки, побежал выполнять.

— И тем не менее, затраты довольно крупные, — пожала плечами, вспоминая, как ещё два месяца назад каталась на общественном транспорте, подсчитывая каждую копейку. — Для обычного человека, разумеется. Значит, была уверенность, что заплатят. Может, Федотов не так уж и прост?

— Нет, я бы знал, — сказал Вадим, устраиваясь за столом, куда я перетаскала половину содержимого холодильника. — А вот уверенность, что ребёнок мой, развеялась, как дым. Попахивает дешевым разводом. Позвонила для затравочки, грохнула няню, не сама конечно, с каким-нибудь отморозком на пару, зная прекрасно, что я найду. Поэтому и кровь сразу не убрали, прибрались, чтоб в глаза не бросалось, но если искать — вывод очевиден. Документы заказали, чтоб все натурально выглядело и я проникся. Что я и сделал, между прочим, начав наводить справки. Послали этого имбицила Червонца подчистить концы и поняли, что тянуть дальше и набивать цену больше не с руки, начав действовать. То есть, проверить никак я не могу, но заплатить заплачу, потому что червячок сидит, а полмульта за своего ребёнка — херня.

Я сосредоточенно жевала, попутно готовя кофе, услышала осторожные шаги и сказала, не оборачиваясь: