Наследница жрецов (СИ) - Миллюр Анастасия - Страница 17

— Ты здесь живешь?

— Нет, милорд. Я оказался здесь впервые.

— Как ты здесь оказался?

— Пришел, милорд.

— Зачем ты пришел?

— Я не помню, милорд.

— Сколько ты здесь просидел?

— Не помню, милорд.

— Слышал ли ты снаружи чьи-то голоса, кроме наших?

— Нет, милорд.

Аштон раздраженно цыкнул и резко развернулся к Николасу.

— Ты уверен, что твоя змея завела нас туда? Этот балбес не видел Алоиса. А кроме него здесь никого нет!

— Я абсолютно уверен. Альта не могла ошибиться.

Юноша тут же подскочил к рыжеволосому и схватил того за грудки. Его глаза полыхали.

— Что ж тебе следует попросить свою чёртову змею поискать снова, потому что моего брата здесь нет! — закричал он.

— Ничем не могу помочь. Я тоже переживаю за Алоиса, но не нужно психовать.

Конфликт накалялся. Рейган был занят допросом обитателя этой лачужки, а Софи и Эвелин видимо не собирались разнимать юношей.

— А что прикажешь мне делать? Если мы, теряя время, блуждали по чёртовому лесу, и вместо моего брата нашли идиота, страдающего амнезией!

Николас что-то ответил ему, но я не слышала, потому что в моей голове будто что-то щелкнуло. Ведь действительно, в ответах мужчины было слишком много «не знаю». Рейган пытался прорваться через них, но безуспешно. Словно какой-то отрезок жизни просто выпал из его памяти этого человека. Он помнил, что пошел сюда, но не помнил зачем. Он не помнил ничего из того, что происходило здесь, кроме того, что в какой-то момент оказался сидящем в этом домике. Это было очень странно…

Думаю… Я могла бы…

— Рейган, — позвала я.

— Не стоит его отвлекать, Ребекка, — мягко произнесла Софи.

Но юноша уже обернулась. По его глазам я видела, как он встревожен. Он старался не показать этого, но я так часто всматривалась в различные оттенки его взгляда, что отличить его беспокойство от полного контроля над ситуацией я могла безошибочно.

Я приблизилась к нему. Он не сводил с меня взгляда.

Стянула одну перчатку, затем другую, и подала их Рейгану. В его взгляде мелькнуло понимание, и он взял их из моей руки. Наши пальцы коснулись, и их обожгло крошечной молнией.

— Не мог бы ты приказать ему стоять и не двигаться?

Когда человек застыл, я подошла близко к нему и переборола внутреннюю дрожь. Я не любила этим заниматься. Я ненавидела проникать в чужие воспоминания. На меня сразу же навалились воспоминания к детства, когда я бежала встречать отца и видела его в объятиях другой женщины, или наблюдала за тем, как на его глазах его родня унижала мою мать. В конечном счете, любой, кого бы я не касалась выдавал мне самые грязные тайны прошлого, и это настолько претило мне, что одна лишь мысль о возможности соприкосновения вызывала у меня дрожь.

Сейчас я шла на это осознанно. Потому что я делала это не просто так. Я делала это не ради праздного любопытства, и даже не из желания уколоть кого-нибудь побольнее. От того, смогу ли я проникнуть в голову к этому человеку, зависела жизнь Алоиса и Аштона, и других моих друзей.

Я вздрогнула.

Когда они стали мне друзьями?

Ребекка, ты такая глупая…

Усмехаясь над самой собой, я протянула руки к щекам мужчины, пока все внутри меня кричало отойти назад.

И вот мои пальцы уже касаются его кожи, а перед глазами все на мгновение меркнет. Передо мной хаос. Хаос из воспоминаний этого мужчины. И каждый из них так и норовит упасть на меня. Я вижу его в младенчестве и отрочестве. И так сложно ухватиться за тот самый нужный мне миг.

Отчаяние постепенно овладевает мной. Я в панике. Я не вижу ни начала, ни конца. Это действительно хаос. Мое дыхание сбивается.

Чувствую, как рука касается моего плеча.

— Ребекка, успокойся. Представь, что вся его жизнь — единая нить. И тебе просто нужно перебрать ее, закручивая в клубок. Ты сможешь это сделать.

Спокойный голос Рейгана стал соломинкой утопающему для меня. Воспоминания медленно потекли один за другим. Я старалась тянуть быстрее, но сделать это было все труднее и труднее. Я чувствовала, как капли пота стали собираться на лбу, а ведь я была еще так далека от событий нужного мне дня.

— Я нашла, — прошептала хрипло.

Но эти воспоминания сильно отличались от других, те были ясными и открытыми, эти же были словно подернуты маревом. Я с трудом различила, что он поднимается с постели, одевается, не говоря ни слова, и уходит. Вслед ему кричит жена, он обогнул своего сына, который бежал к нему с деревянным мечом, чтобы поиграть и просто пошел куда-то на запад.

Он шел очень долго, пока не набрел на хижину. Не сомневаясь и даже не останавливаясь, мужчина вошел и сел на стул, который стоял ровно по середине комнаты. Так он провел остаток дня, целую ночь и утро. Человек не пошевелился, не уснул, не повернул головы, не размял затекшие ноги и руки. В какой-то момент он вдруг встал, словно кто-то дернул его за ниточку и вышел на улицу. В мареве я с трудом различила лес. Мужчина невероятно ловко перепрыгивал через корни, огибал ветки.

И это было странно. В тех воспоминаниях, которые я просмотрел до этого, он был ужасно неуклюжим. Получилось даже так, что дрова для дома рубила жена, поскольку боялась, что во время этого он может отрубить себе руку.

Теперь же он шел с грацией бывалого фехтовальщика или танцора.

Вдруг он замер, пригнулся и меж листьев я различила форму нашей академии. Лица было не разглядеть, но по черным волосам я поняла, что это Алоис. Юноша заглядывал под куст и смеялся.

Движениями, перетекающими одно в другое, человек оказался позади него и резко ударил по какому-то месту на спине, Алоис тут же стал оседать. Мужчина поймал его, играючи закинул на плечи и скрылся за деревьями также быстро, как и появился.

Теперь он нес на плечах ношу, но шел все также грациозно. Он быстро миновал лес, снова выйдя на полянку с домиком. Все также решительно, он зашел внутрь и даже не удивился, что в комнате стояла фигура во всем черном с маской волка на лице. Фигура кивнула и отступив назад потянула за оленьи рога, висящие на стене. Раздался скрип и в полу образовался проход.

Фигура спрыгнула вниз, и человек осторожно передал ей Алоиса. Убедившись, что некто в черном скрылся, мужчина снова потянул за рога и, дождавшись закрытия прохода, снова подошел к стулу и сел. Лишь только раздались шаги и голоса снаружи, марево стало исчезать, и вскоре я снова видела четкую картину. Стоило двери открыться, как мужчина испуганно вскочил…

Я отняла руки от его лица и устало сделала шаг назад, чувствуя, как начинаю терять равновесие. Пошатнулась, и чьи-то руки тут же обхватили мои плечи.

— Ребекка, что ты видела?

Распахнула глаза и увидела перед собой взволнованное лицо Аштона. У меня было ощущение, словно я не спала несколько месяцев. В теле была ужасающая слабость, ноги и руки дрожали. Даже если бы от этого зависела моя жизнь, я бы не смогла заговорить. От одной лишь мысли, что нужно что-то произнести мне становилось плохо.

— Расступись! — услышала бодрый голос Эвелин, которая подошла ко мне со странным маленьким флакончиком. Эту штучку она вручила Рейгану, который оказывается держал меня за плечи. — Держи. Не хочу, чтобы она случайно прочла мои воспоминания, этим еще больше себе навредив.

Рейган заставил меня привалиться к его груди, отчего я сразу же ощутила слабый, но такой приятный древесный запах. Его рука скользнула мне на талию, чтобы поддержать и не дать упасть. Мне стало так хорошо и уютно, что глаза сами собой закрывались.

— Нет, не время спать, — проговорил он тихо, и моих губ коснулось что-то твердое и прохладное. — Открой рот.

Я выполнила как он просил, надеясь, что он даст мне уснуть, но вместо этого мне в рот потекла жидкость, по вкусу похожая на яблочный компот.

— Глотай.

Прохладная жидкость потекла в горло. И с каждым мгновением я чувствовала себя все лучше и лучше, усталость словно улетучивалась. И я вдруг поняла, что обнимаюсь с Рейганом на глазах у всей честной толпы, пока Алоиса куда-то тащит неизвестный похититель.