Бастард рода Кота. Третья жизнь (СИ) - Батаев Владимир Петрович - Страница 38

— Аккуратней, не порви одежду, — напомнил я. — Мне уже хватит слухов о моих похождениях.

Эвелина снова расхохоталась, а её куртка улетела в дальний угол.

Мы уже договорились, что это не будет частью платы за мою помощь. Как не будет и у меня обязательств насчёт вступления в её отряд. Просто секс двух взрослых людей для взаимного удовольствия, ничего более. Пусть даже один из нас не очень-то человек, а второй... Ну, внутри я взрослый, а физически телу всего девятнадцать.

И насколько я помню себя в этом возрасте, психологическая взрослость была тогда только иллюзией. Я, конечно, думал, что уже взрослый, водку пил и девок в койку затаскивал. Но вспоминая юность даже десяток лет спустя — ой, какой малолетний идиот тогда был! И не только в девятнадцать, к двадцати пяти не сильно поумнел. Вот после тридцати уже начал понемногу, пожалуй. Хотя, может, и сейчас всё ещё дурак. И оглянувшись на себя лет через десять или двадцать это пойму. Хотя если вдруг продолжу в таком же темпе менять миры и тела, то вряд ли. Так сто раз дураком и помру.

Эвелина дрыгнула ногой, отправляя юбку в дальний полёт. Я надавил ей на плечо, переворачивая на спину. Всё же предпочитаю быть сверху. Хотя бы для начала. Потом можно и остальные позы опробовать. Тело-то у меня молодое, восстанавливается быстро.

— Нет! — возразила Эвелина, резко переворачиваясь и укладывая меня на лопатки. — Лежать! Я сама всё сделаю! Я так хочу! Сегодня секс-кукла будет над тобой доминировать!

Я ухмыльнулся и расслабился, даже не подумав сопротивляться. Ведь наверняка в её программе и такой вариант изначально был встроен. Так что в качестве демонстрации самосознания и личных желаний — вообще не аргумент. Но вся разница в том, что её программировали в двоичном коде, а человеческой девушке мама долго и упорно капает на мозги с тем, что «это неприлично, так нельзя» или наоборот «делай, что муж скажет и вообще, аэробикой займись, чтоб умела ноги за уши закидывать, пригодится». Или не мама, а более опытная подруга, что чаще. Или парень, ради которого девушка готова и гибкость развить, и позу из «Камасутры» попробовать. Какая разница, это тоже разновидность программирования, только психологического.

Губы Эвелины спустились от моих к груди, животу, скользнули ниже... И тут я уже перестал раздумывать о всякой отвлечённой ерунде.

Глава 23. Добрососедский визит

После вчерашней выходки Аннабелль, Арену, как в просторечии называли зал для инициации, объявили сломанной. Так что всех желающих пройти инициацию сегодня отправили через круг перемещения под присмотром кураторов в другой Форт.

Поскольку каких-то неожиданностей в процессе инициации больше не предполагалось, а все мои немногочисленные знакомые её уже прошли, я никуда отправляться в качестве любопытного зрителя не стал. Если что-то значимое всё же случится, мне непременно расскажет Китти, которая держит руку на пульсе последних новостей и сплетен.

На самом же деле, Арена вполне годилась к использованию. Просто на ней работали дроиды-техники, восстанавливая сломанный тотем Технологий. Это мне объяснила с утра Эвелина. А вот как дроиды, оставшиеся от Предков, могут работать с тотемами, созданными Основателями — она и сама понятия не имела. Даже двухсотлетний секс-андроид, служащий куратором, далеко не всеведущ. Увы, в её базе данных не было почти никакой информации о прежнем мире, а тем более о причинах его гибели.

На самом деле, Эвелину просто некогда нашли на одном из складов, как сейчас она нашла Эйлин. Как она попала на Арену для инициации, кураторша мне не рассказала. Возможно, это была чья-то шутка, отправить к тотемам секс-андроида. А каким образом синтоид всё же смогла овладеть Стихией Тьмы, и вовсе оставалось загадкой для всех в принципе. Что ж, после теста с Эйлин будет хотя бы ясно, можно ли этот баг повторить.

Насчёт компенсации за Эйлин и второго вскрытого по моей карте доступа склада мы вопрос так и не обсудили. Впрочем, Эвелина отсыпала мне два десятка золотых монет, чтобы я хотя бы расплатился с Китти за ошейник-контроллер, а со Стьюи за «калькулятор». Кстати, об этом самом «калькуляторе»...

Я развернулся практически уже у двери своей комнаты и направился дальше по коридору. Эвелина мне с этим приборчиком пособить не смогла, её шунт не предназначен для подключения к карманной технике. Но у нас же тут завелась адептка со Стихией Технологий! Причём, проживающая со мной по соседству. И с которой нам в любом случае требуется побеседовать. И как соседям — о порядке проживания в нашем коридоре высокой культуры и быта — и как попаданцу с попаданкой...

Интересно, Аннабелль там в адекватном состоянии? Приходили к ней «поклонники» с бухлом нынешним вечером? А то ведь вряд ли, что я всех распугал всего за раз. Хотя, после её инициации...

Я постучал в её дверь. Подождал. Постучал ещё. Потом начал пинать дверь с ноги. Что-то сильно ударило в дверь изнутри в ответ. Ага, значит, слышит! А то, что не рада гостям — это не моя проблема.

— Кто там?! Пошли вон!

Судя по голосу, она всё-таки с похмелья.

— Открывай, сова, медведь пришёл! — крикнул я в ответ.

Дверь приоткрылась, и в щель на меня посмотрел глаз с покрасневшим от лопнувших капилляров белком. М-да, надо было в корчму заскочить и кувшинчик пива ей на опохмел прихватить.

— Ты чё щас сказал? — поинтересовался хриплый голос. — Ты из рода Урсус? Так я не из Сов. Таурос.

В щели показалась рука с перстнем на пальце. Ага, бычья голова, вижу. А владелица — корова.

— Я твой сосед, через три двери напротив, — сообщил я. — Из рода Кота. И всё ты поняла, чё я сказал.

Возможно, не стоило сразу афишировать своё попаданство. С другой стороны, без этого мы вряд ли столкуемся.

Дверь распахнулась шире, открыв вид на хозяйку комнаты целиком. Так себе видок, честно говоря. Помятая и опухшая физиономия с обвисшими брылями и вторым подбородком, будто ей уже сильно за сорок, а не около двадцати. Ну, не всем везёт с организмом. Кто-то пьёт пиво вёдрами и питается жирным фаст-фудом, а фигура при этом — за шваброй спрячься. А кто-то сгрызёт морковку, запьёт стаканом воды — и привет плюс пять кило в самых ненужных местах. Только в районе двадцати лет людей первой категории на порядки больше, чем второй.

Я в своей первой жизни к моменту скоропостижной гибели успел обзавестись небольшим пузиком, которое обычно называют пивным. Частенько ещё добавляя, что оно не от пива, а для пива. Что ж, грешен, в новых жизнях привычек не изменил. Правда, при второй попытки не успел дожить до «трудовой мозоли» на пузе. Впрочем, если бы вдруг каким-то чудом не заработал кучу денег и не остепенился, например, открыв трактир, то отрастить брюхо шансов было мало. Когда целыми днями куда-то несёшься и с кем-то дерёшься, как лось в пору гона, то какой уж тут избыточный вес. А в итоге редкий наёмник доживает до тридцати пяти, сохранив при этом в целости полный набор конечностей. И ни пенсия, ни пособие по инвалидности на такой работе не полагаются.

— Ты вообще кто? — хмуро спросила Аннабелль.

— Сказал же, Кот в пальто, — буркнул я, протискиваясь в её комнату и закрывая за собой дверь. — Сосед, принёс жалобу на твоих мальчиков, и...

С её запястья рванулась цепь, обвила меня за шею и дёрнула в сторону, впечатав в стену.

— Ты мне тут ваньку не валяй, — процедила она. — А то башку оторву и скажу, что уже таким пришёл.

— Да правда, я твой дружелюбный сосед из рода Кота, — подняв руки в миролюбивом жесте, заверил я спокойным тоном, благо цепь на горло не давила.

М-да, вот такого поворота я как-то не ожидал. А надо было. Но Аннабелль не казалась мне особо боевитой. Только факт вчерашней инициации я не учёл. Ой, балбес и бестолочь, правильно всё Феликс говорит.

— Из рода Кота, — повторила она.

— Ну, и ещё из другого мира, — не стал скрывать я. — Если ты поняла мои шуточки, то из того же, что и ты.

— Некоторые поняла, — всё также мрачно проговорила Аннабелль. — Тебе лет-то сколько было там?