Черные сказки железного века - Мельник Александр Дмитриевич - Страница 56

Большой приз Монако 1984 года: «Тиррелл» Штефана Беллофа преследует мощнейший «Феррари» Рене Арну. В этой гонке сделал себе имя Айртон Сенна. Немецкий дебютант, который финишировал третьим, вскоре был дисквалифицирован — команда, как выяснилось, нарушила технический регламент.

— А что это за ненормальный? — спрашивали те, кто впервые в сезоне пришли посмотреть гонки на выносливость.

— Да нет, он вполне вменяемый, — объясняли завсегдатаи германских кольцевых гонок. — Штефан — наш, немец, из Гиссена. Очень смелый парнишка!

На каждом круге длиною двадцать один километр Беллоф выигрывал у Масса пять секунд, у Росберга — двадцать три, у Рикардо Патрезе на «Лянче» — сорок три! А ведь это была всего лишь третья его гонка за рулем сверхмощного и фантастически быстрого спорт-прототипа «Порше-956», и вторая — в заводской команде. Первая, три недели назад, в английском Сильверстоуне закончилась полным триумфом новичка. Беллоф выиграл квалификацию, будто играючи побив прошлогодний рекорд самого Икса почти на четыре секунды. А потом и саму тысячекилометровую гонку, совершенно затмив и своего партнера по экипажу маститого англичанина Дерека Белла (трехкратного победителя знаменитейших состязаний в Ле-Мане, между прочим!), и всех остальных соперников. «И почему я не нанял мальчишку раньше? — в который раз спрашивал себя менеджер «Порше» Норберт Зингер, между тем встревоженно поглядывая на экран монитора. — Но куда, черт возьми, он так несется? Ведь дело в шляпе, их с Беллом уже никто не догонит. Эй, ребята, покажите парню табличку, чтобы сбросил скорость...»

Проезжая мимо боксов, Штефан увидел приказ и... прибавил газу. Его хотят притормозить, чтобы выиграл Икс! На двадцатом круге в повороте «Пфланцгартен» «Порше» под номером 2 подбросило на неровном асфальте, задние колеса потеряли сцепление с дорогой, и автомобиль выбросило в стальной отбойник. Из обломков машины стоимостью три четверти миллиона марок Штефан выбрался самостоятельно и вскоре застенчиво улыбался окружавшим его репортерам: «Опасно? Ну что вы! Да я до самой старости буду ездить по «Нюрбургрингу» и ни на йоту не усомнюсь в собственной безопасности!»

А на пьедестале тем временем откупоривали шампанское Масс и Жаки Икс. Знаменитый бельгиец, чемпион мира и шестикратный победитель Ле-Мана снисходительно улыбался: «Штефан совсем молод, а потому слишком торопится, ведь гонка длится тысячу километров».

Как выяснилось осенью, дурацкая эта авария стоила Беллу чемпионского звания. А самому Беллофу серебра мирового первенства. И куда он так спешил?

Штефан вечно торопился. И когда катался на горных лыжах с братом Георгом — показавшему худшее время приходилось потом собирать вешки по всей трассе. И когда в 16 лет, тоже вместе с братом, начал заниматься картингом. Он уже тогда твердо решил стать чемпионом мира «Формулы-1». А для этого необходимо было поскорее научиться гоночному искусству. Семейный бизнес — Беллофы владели небольшой фабрикой по производству автомобильных кузовов — не то, чтобы совсем не привлекал парня. Он бы с удовольствием им занялся. Но Штефану было некогда — сначала нужно стать чемпионом мира.

Фрау Беллоф сама управлялась на фабрике и не препятствовала увлечению сына. Дома, в небольшом немецком городке Гиссен, на улице Хехельмайер, 110, никогда не заводили разговоров об опасности автогонок и не жалели денег на картинг — отнюдь не самый дешевый вид спорта. В 1974 году Штефан занял четвертое место в Кубке Германии и попал на юниорское первенство Европы. Через год выиграл пять этапов национального чемпионата, через два стал чемпионом Люксембурга и участником мирового картингового финала. Но все это было так далеко от мечты! Мальчишку не интересовали никакие другие места, кроме первого, никакие другие призы, кроме Гран-при. А вместо этого — шестой на чемпионате Европы, тринадцатый на первенстве мира, третий в Германии, четвертый в Европе.

Заправка машины Штефана Беллофа перед Гран-при Далласа в США. Именно здесь раскрылась афера «Тиррелла»: во время гонки из бака выливалась вода, облегчая машину, а чтобы на финише вес автомобиля соответствовал требованиям, на последних кругах пилоты заезжали якобы на «дозаправку», во время которой механики засыпали в бензобак свинцовые шарики. Скандал едва не закончился пожизненной дисквалификацией Кена Тиррелла.

К тому же целый сезон, даже немножко больше пришлось пропустить из-за службы в армии. И вот теперь ему уже двадцать один! Брюс Мак-Ларен и Крис Амон в этом возрасте второй год ездили в «Формуле-1». А Штефану пришлось вновь садиться за руль маленькой четырехколесной машинки и состязаться с пятнадцатилетними мальчишками.

Только в семьдесят девятом — уже глубокой осенью, за десять дней до его двадцать второго дня рождения, Беллоф получил шанс сесть за руль настоящего гоночного автомобиля. Это был последний этап чемпионата Германии формулы «Форд-1600».

Вот это была гонка! Даже годы спустя Штефан, вспоминая ее, смущенно улыбался. Он несся вперед, будто вообще забыв о педали тормоза, совершая дикие обгоны, вылетая с трассы, вновь возвращаясь и снова обгоняя. Он вцепился в лидера бульдожьей хваткой, четырежды обходил его и четырежды пропускал вперед. Наконец эта дикая свистопляска закончилась вторым местом. Победитель, мирный архитектор из Берлина Петер Катсарски, язвил на пьедестале: «Парень так старался, что я думаю, победа досталась мне все же случайно».

Штефан Беллоф и Кен Тиррелл.

Впрочем, ему только и оставалось что иронизировать. После гонки едва ли не все менеджеры гоночных команд стремились затащить в свой моторхоум Беллофа-старшего, чтобы заключить контракт с молодым дарованием. Самым настойчивым в конце концов оказался Вальтер Лехнер, по совместительству владелец самой известной в Федеративной республике школы пилотов: «Георг, я думаю из вашего сына выйдет толк!»

Толк действительно вышел. Следующие два сезона принесли Беллофу полтора десятка побед и два титула чемпиона ФРГ, дважды он выигрывал гонки формулы «Супер-Фау» и стал лучшим картингистом своей страны. А в 1981 году, одержав три победы (причем стартовал в семи всего этапах — когда в середине сезона его согласился взять в свою команду кельнский торговец недвижимостью Георг Лоос), до последнего дня сохранял шансы на чемпионское звание в «Формуле-3», поднявшись в результате на третью ступеньку пьедестала по итогам сезона.

Многие на месте Штефана еще на год остались бы в «Формуле-3». Но Беллоф очень спешил. Дальше, дальше! Следующей обязательной, как его уверяли, ступенью на пути к мечте был чемпионат Европы «Формулы-2», который требовал вдвое больше денег. Штефану удалось наскрести 400 тысяч марок, — молодого немецкого пилота согласилась субсидировать фирма БМВ — но где взять еще столько же? Выручил Вилли Маурер. Приглядевшись к Беллофу на трассах немецкого первенства, хозяин команды Ф-2 решил, что может рискнуть и выдать 400 тысяч этому симпатичному мальчишке в качестве беспроцентной ссуды.

Любопытно, что многие — коллеги-менеджеры, журналисты, всевозможные профессиональные знатоки, которые всегда околачивались в гоночных паддоках, но только не немецкие болельщики, для них-то Шустрик-Беллоф уже успел стать любимчиком — критиковали недальновидность Маурера. Это же надо — вместо талантливейшего новозеландца Майка Такуэлла подписать контракт с этим торопыгой. Но Штефан был счастлив — пусть даже ему досталось место всего лишь третьего пилота после опытного итальянца Беппе Габбиани и земляка Петера Шиндлера. И очутившись за рулем «Маурера-MM82-БМВ», готов был молиться на своего благодетеля. Он не думал в этот момент, что благородный Вилли просто купил его за четыре сотни тысяч, заключив с незадачливым парнишкой многолетний договор, по которому становился консультантом гонщика с исключительным правом на составление всех его контрактов.