Зерг по имени Маша. Второй уровень (СИ) - Хабаров Сергей - Страница 42

– Ай-яй-яй – беспокойно заговорила Маша, села мимиком на корточки и собрала с пола пыль, потом смочив слюной, вымазала ей лицо. – Син, дальше маскируется под негров и прикидываемся Ливийскими валенками.

– Не сработает, – Сказала Синтия, скептически оглядывая Машины приготовления. – Ты не похож на негра. С близкого расстояния поймут.

– В твоих же интересах, чтобы сработало, а то нам обоим медленная и мучительная смерть гарантирована. Смотри. – Мимик указал на голограмму, та мигнула, и образ Гомера сменился образом Синтии. Ниже горел ценник в 20000 очков. В пять раз поменьше, чем у Гомера, и только за живую, но лишние деньги на дороге не валяются. – Я не знаю, почему кто–то решил вложиться, чтобы вернуть тебя. Но этот кто–то готов заплатить такие деньжищи. Зная какая здесь публика, тебя заставят отработать каждое вложенное в тебя очко. Так что мажься Син, мажься.

С этими словами Маша растёрла по лицу Синтии целую горсть пыли.

– А!... Тфу! Эхе-эхе. – похоже часть пыли попала ей в рот, и она закашлялась. – Отвали от меня! Если нужно, я сама всё сделаю. Проклятье, в рот попало. Тьфу, какая гадость. Ты специально это сделал?

– И в мыслях не было. – тут же солгала Маша. – Насчёт того, что поймут кто мы. Так, это можно сделать только с минимального расстояния. А мы к ним близко подходить не будем.

– Как же ты собираешься пройти через проходную? Рекс точно будет нас там ждать.

– Нормальные герои всегда идут в обход. Вот и мы не будем изменять традиции, а пока пойдём в одно надёжное место, где можно отдохнуть и привести себя в порядок.

Если изначально из названия можно было подумать, что «чёрный рынок» это такое нейтральное место, где даже местные преступники, возведённые в квадрат, могли спокойно расхаживать по улицам, то это не так. Везде на станции балом правят деньги и власть, а уж тем более-на рынке. Чем больше у тебя денег, тем больше у тебя друзей и влияния. Самый эффективный способ борьбы с заказом на себя, это перебить назначенную сумму. Тогда, когда человека, заказавшего тебя не будет, не будет и денег, которых назначили за голову. Мёртвые не платят. Непонятно, конечно, сколько надо попросить за голову коменданта станции, вероятно, несколько миллионов. И сомнительно, что чистая публика внутренних секторов, укомплектованная не бывшими зеками, а профессиональными военными и учёными, соблазнится на очки. Для них это даже не деньги. Очки придуманы для наёмного отребья.

Вымазавшись сажей и пылью, став похожими больше на местных бомжей, чем на чернокожих, они спокойно шли через рынок. Им даже не пришлось избегать ищущих наёмников. После купания в мусоре, от них так смердело, что наёмники сами, инстинктивно, предпочитали держаться от них подальше. Так они дошли до неприметной кучи грузовых контейнеров, которые, почему-то, до сих пор роботы не разобрали на лом. Маша условным стуком постучала в тайное окошечко, и от туда выглянуло не улыбчивое лицо привратника. Человек за стеной был сморщенный, как иссохший изюм, и оценивающим взглядом осмотрел гостей, от чего сморщился ещё сильнее. Видимо, увиденное, ему не очень понравилось. Какие-то бомжи пожелали вторгнуться на его территорию, да ещё откуда-то прознали секретный стук. Надо бы их пристрелить, а от трупов избавиться.

– Кто вы такие? Пошли вон отсюда, нищим не подаём. – Сразу же выпалил «Изюм». На самом-то, деле человека звали по-другому, но в этом месте ни у кого нет имён. Только клички, так безопасней.

«Так он хочет чтобы мы ушли или узнать кто мы такие?» – Ненадолго, построение фразы смутило Машу, но потом она собралась и ответила. – Мы от Мышонка, есть дело.

Мышонок-это псевдоним Джерри, под которым его знали в «Яме». Мультик про Тома и Джерри люди, в далёком будущем мира StarCraft, уже не смотрели и о знаменитой парочки уже ничего не слышали. А вот Маша знала, и её всё чаще мучила ностальгия.

Дверь открылась, и от них потребовали войти внутрь, для большей убедительности Изюм наставил Гомеру в лицо пистолет. За дверь был широкий коридор, выстроенный из обрезанных с обоих концов контейнеров, спаянных в длинную кишку. Кроме Изюма тут были ещё двое здоровых мужиков, вооружённых импульсными винтовками. Этим двум здоровым мясным шкафам хватало сил, чтобы размахивать оружием, предназначенным для использования исключительно в броне скафандрах. Мало того, что оружие само по себе тяжёлое, так от отдачи ломались незащищённые кости.

«Интересно, они жрут специальный допинг или прошли хирургические манипуляции? Может, у них встроенный экзоскелет с имплантами ? Это же какие-то оргины из вархаммера» – Подумала Маша, оглядывая этих богатырей. – «Раньше их здесь не было»

– Ну, говори, с чем пришёл и предупреждаю, если меня не заинтересует то, что ты скажешь, то наружу живым уже не выйдешь. – Сказал Изюм, не сводя пистолет с Гомера.

– Мне и девушке нужно, где-нибудь передохнуть и укрыться от преследования, приблизительно на день. Скажем, пара отдельных комнат высшего уровня комфорта или одну, но с раздельными спальнями. А ещё у неё сегодня, что-то вроде праздника, так что я хочу заказать для неё обслуживание. Любую еду, какую попросит, горячую воду, музыку и моющие принадлежности. Ну и, само собой, нам нужна свежая одежда.

К концу озвучивания Машиных хотелок, пистолет Изюма опасно трясся, но не от ярости, а от смеха. Его всегда веселила подобная наглость, будто блоха раздула себя до уровня слона и теперь важно выхаживает среди всякой мелочи.

– Вонючка, это тебе не гостиница, это ЯМА. Если ты сейчас не скажешь, чем собираешься платить за все эти прелести жизни, то живьём, вместе со своей подружкой, отправишься на корм зергам.

– Экстаз, пятикратная партия. – Коротко ответил мимик Гомер.

От таких слов Изюм даже немного разгладился, а пистолет переместился в кобуру.

– Ну что ж вы сразу не сказали, гости дорогие. – Сказал улыбающийся Изюм, и лучше бы он этого не делал-от этого его лицо стало более противным. – А когда Мышонок принесёт товар? И пятикратная партия, не слишком ли мало?

– Я устал. – Сказала Маша. – Все вопросы решайте с ним, когда он придёт. Если что-он уже в курсе.

Мимик повернул голову боком и убрал волосы, продемонстрировав маленький наушник в ухе, поблёскивающий металлом.

– Средства прослушивания в Яме запрещены. Сами понимаете, конфиденциальность.

– Это не прослушивание-это наушник, у него очень малый радиус, поэтому человек на том конце рации может слышать только мои слова.

– Да хоть музыкальный центр. Средства связи использовать тоже нельзя. – Ответил Изюм и получив наушник обратился к одному из своих богатырей. – Гиря, проводи наших вонючих гостей в комнаты и дай им всё, что они просят.

– Господа, прошу за мной. – Ожил один из «Огринов» и повернулся к Синтии с Гомером спиной.

– Ресоц. – Шёпотом подметила Синтия шрам на затылке великана.

Вообще, ресоциализированные условно подчинены правлению, и в случае восстания все, от рядовой проститутки из борделя до калеки уборщика, будут защищать истинных хозяев станции, а не наёмников. Просто правление станции, как бы, делегируют наёмникам свои полномочия, и те, у кого есть мозги прекрасно это понимают. Буквально по щелчку пальцев бойцы с промытыми мозгами готовы обратить своё оружие против своих же офицеров, за которых только что сражались и умирали. Но здесь, в Яме, творились совершенно незаконные вещи. Тут совершенно не нужны глаза и уши правления, а значит, здесь не может быть ресоцев. Но они есть. Из этого делаем логический вывод, что этот ресоц не подчинён правлению, это наводит нас на следующий факт: кто–то на станции перепрошивает ресоцев или делает своих. Причём, второе вероятнее, потому что Гиря явно не естественный человек: либо мутант, либо киборг, а может, вообще, выращен в пробирке. Технологии доминиона и такое позволяют, хотя последнее маловероятно. Потому что индивидуальный заказ на клонирование слишком дорог. Стало быть, на станции есть нелегальная лаборатория.

Гиря, несмотря на свой грубый внешний вид, был весьма вежливым и обходительным. Даже педантично обходительным. Это, опять же, было не естественное поведение, а скорее навязанное чипом в голове. Они прошли через центральное помещение, где на арене в специальном углублении, устланном песком, человек в доспехах и с копьём сражался против зерглинга. А зрители на платформах и балконах азартно болели за своего фаворита. И до появления мимика у человека было мало шансов. Ловкий и сильный зерглинг уверенно теснил человека в доспехах и даже погнул ему копьё. Но когда в помещении появился мимик, то зерглинг потерял весь интерес к битве и стал искать взглядом мимика в толпе. За что и поплатился. Человек ловким выпадом проткнул зерглинга и нанёс ему смертельное ранение. Маше же в этот момент хотелось выхватить у Гири винтовку и пару раз стрельнуть по рыцарю. Этот зерглинг был не простым. На арене он выработал у себя зачатки разума, иначе так долго бы не протянул. И хоть он был по стандартам зергов довольно-таки старым, но воля у него не иссякла. Когда мимик проходил мимо арены, зерглинг почувствовал исходящие от него телепатические эмоции королевы улья. Умному зерглингу было одиноко, и он хотел подчиниться ей, хотел влиться в её стаю и снова почувствовать себя частью множества, а ей инстинктивно захотелось принять его. Разумное существо без собственной воли, это печальное зрелище. Даже как-то высший разум становится жалко: он был самым разумным, но при этом самым безвольным.