Зерг по имени Маша (СИ) - Хабаров Сергей - Страница 53

– Ну, как ты чувствуешь себя, лучше? Готова к путешествию?

– Да, можем отправляться.

– Не так быстро. Ты обещала мне, что будешь сидеть в соте.

– Ой да ладно, ничего я тебе не обещала. Я солгала, и ты это поняла, но сделала вид, что поверила. Скажешь, не так? Ты вот тоже сказала, что вернёшься в течение суток, а сама пропала аж на двое. Что у тебя с рукой и головой?

– Получила по голове и потеряла руку. Пришлось ставить то, что взяла трофеем.

– Неплохо так получила. Я думала, в улье безопасно.

– Безопасно, но есть те, кому всё равно.

– Понятно, бывает. Что насчёт яиц? Сторговалась?

– Ага, – Сказала Седьмая и спереди у неё стали расходиться складки брони и кожи. Вскоре там обнажилось нечто вроде мешка кенгуру, откуда седьмая извлекла пару полупрозрачных зелёных яиц размером с яйца страуса. В них, свернувшись шариками, дремали миниатюрные матери стай. – Это наши новые сёстры.

– Такие маленькие.

– Я сдерживаю их развитие псионикой. Если поместить их в пруд рождения, то яйца начнут расти вместе с эмбрионами. А потом вылупяться большие и сильные матери сатаи.

– А если не поместить?

– Тогда они вылупятся через пару месяцев, будут маленькими, глупыми и слабыми. Им понадобится очень много времени, чтобы стати хотя бы такими, как Саша. – Седьмая от беды подальше убрала яйца обратно в себя.

– Прикольная сумка, такую же себе хочу.

– О, это не сложно. Я объясню, как тебе сделать такую же, когда будешь в следующий раз мутировать.

– Если нам тут больше делать нечего, тогда в путь?

Обратный путь проходил без приключений. Всех, кого было можно, они отсюда выбили, а новые враги пока ещё не появились. Были, конечно, и дикие зерги, и одинокие матери стай с маленькими свитами, но, не имея численного превосходства, напасть они не решились.

Враги Машу не волновали, а вот Саша её беспокоила, первые пару дней она вела себя преувеличенно жизнерадостно, будто на энергетиках или стимуляторах. А ещё на привалах она дыру в Маше взглядом просверлила, будто собиралась насмотреться на всю жизнь. Всё это заставляло за неё беспокоиться и мешало думать о том, куда её пристроить. Маша понимала, что в гнездо ей нельзя. Была возможность попросить Урума приютить у себя непутёвую мать стаи. Но откровенно говоря, исполнять свою часть обязательств по сделке с Урумом Маша не собиралась. На те тысячи биомассы и веспена она могла бы завести собственную стаю, прокачать способности и отгрохать собственное гнездо. Но оно ей надо? Маша вполне удовлетворилась авансом из способностей, а оставлять Сашу в клешнях Урума означало добровольно дать ему козырь в виде заложника. Рано или поздно Урум бы понял, что его кинули. Надо будет ещё разобраться с Седьмой и с тем переворотои, что она запланировала. Понятно, что Седьмая собирается использовать свою младшую сестру в тёмную, но интересно, как Седьмая будет уговаривать свою младшую сестру на восстание. Так-то Азра Маше никакого вреда за всё пребывание здесь не причинила. Да, самодура и через одно место руководит стаей, но где начальство нормальное?

На третий день Саша ходила печальная и задумчивая. Маша пыталась до неё докопаться, но та просто замыкалась в себе и помалкивала. А на четвёртый день она просто сбежала, не говоря не слова.

– Признавайся, это твои проделки? – набычилась Маша на Седьмую. – Ты ей в уши всякого напела.

– Да, я, – не стала отпираться Седьмая.

– Зачем?

– Ты же знаешь, что ей нельзя в гнездо. А находиться радом с ним опасно. Если её найдут патрули Азры, то уничтожат, а то и того хуже. У тебя возникнут проблемы. Азра может заподозрить в тебе изменницу.

– Я бы сама с ней разобралась без твоей помощи, – всплеснула руками Маша. – И почему я должна этого бояться? В тебе-то ещё изменницу не заподозрила, хоть ты ей и являешься.

– Оу, – удивилась Седьмая. – Давно ты знаешь?

– Догадывалась давно. А вчера мне прямым текстом об этом сообщили.

– Кто сказал?

– Не важно. Что знают двое, то знает и свинья. Кто ещё участвует?

– Вторая.

– И всё?

– И всё. Знаешь, хорошо, что сейчас здесь нет Саши. Теперь мы можем поговорить один на один. Помнишь, ты спрашивала меня, думаю ли я о том, чтобы сбежать?

– Угу.

– Я не могу этого сделать, пока не отомщу Азре.

– За что?

– За сестёр, – Седьмая снова достала из себя яйца матерей стай. – Знаешь, как их назовут после того, как они вылупятся?

– Наверно, Девятой и Десятой.

– Нет. Мы с тобой станем Пятой и Шестой, а они - Седьмой и Восьмой. Азра использует нас, чтобы улучшать себя. Я помню свою сестру, когда была Восьмой. Никто об этом не говорит, но мы понимаем, это так естественно для зергов, убей сильного врага и стань сильнее. Азра не боится конкуренции, она вообще ничего не боится, она просто хочет стать королевой улья. А я хочу её остановить.

– К чёрту стаю, к чёрту сестёр, к чёрту всё. Давай просто уйдём. Псионный удар не убьёт ни тебя, ни меня.

– Нет. Я не могу бросить Четвёртую, Вторую, Третью. Даже если сейчас мы сбежим, прихватив с собой яйца, это ничего не изменит. Азра соберёт новый караван и всё завертится сначала, я должна это остановить. Но без тебя у меня ничего не получится.

– И давно ты стала фаталисткой? А если я откажусь?

– Я отпущу тебя.

– А ты?

– А я что-нибудь придумаю, но сестёр я не оставлю.

– Ну и дура. Что ты хочешь, чтобы я сделала?

– Мелочь. Во время того, как состоится церемония вылупления сестёр, ты должна снести яйцо.

– И как это поможет?

– Мне удалось сохранить это в тайне, но когда ты откладываешь яйца, ты создаёшь псионные возмущения, от которых невозможно защититься. Я подхвачу эти возмущения, усилю их и запущу в сеть контроля Азры. Ненадолго это лишит её контроля над собой и всей стаей. Этого времени хватит, чтобы устранить её.

– Хорошо. Я помогу тебе. А теперь извини, но мне нужно вернуть подругу.

– Подожди. Отсеки мне руку, – Седьмая протянула свою изменённую руку.

– Нафига?

– В улье я встречалась с Абатуром. Старик совсем из ума выжил, он сказал, что ты опасная аномалия и тебя нужно поскорее уничтожить. Видимо, тот, кто рассказал тебе о заговоре, не рассказал о том, что тебе подписали смертный приговор.

– Не–е–ет, – сказала Маша, а через считанные секунды сообразила. – Вот Урум скотина, он и не собирался мне платить. Просто забросил удочку, выгорит не - выгорит. Вот ведь гад летучий! Стоп. Почему ты говоришь об этом сейчас, когда я согласилась тебе помочь?

– Потому, что ты согласилась помочь. Иначе ты мне не сестра и я бы тебя убила.

– Ты лгала! Знаешь. Беру свои слова назад. Ты та ещё стерва, – Маша выпустила коготь из руки, взмахнула им и рассекла псевдоруку пополам.

Держащийся за культю червь разжал свои челюсти и также рухнул на землю к своей хвостовой части. Седьмая даже не поморщилась, но смотреть, как из обрубка её руки вытекает кровь, было жутковато.

– Всё, поспеши догнать свою подругу, а то ещё уйдёт или влипнет в приключение.

– Никуда она не влипнет. Я как только заметила, что её нет, сразу ограничила её передвижение. Теперь она торчит тут в пяти километрах к северу и сдвинуться с места не может. А для верности её Дружок охраняет, добрался уже наверное.

«Однако Седьмая не так проста, как кажется. Вроде бы она не до конца честна. Но при этом логична и последовательна в своих действиях.» – Рассуждала Маша, приближаясь к месту нахождения Саши.

Это только кажется, что пять километров для зерга - это не много, и в общем-то зерги в среднем передвигаются значительно быстрее, чем люди на своих двух. Вот только в пещерах Чара пять километров - это значительное расстояние, тут как в "Сталкере" или в "Баре «100 рентген»" в день акции, когда закажи одну рюмку, вторая будет бесплатной. То есть по прямой не ходят, тоннели весьма извилистые, бродить по ним можно всю жизнь. Так что торговые маршруты образуются там, где дорога более-менее прямая, хоть и в обход. Короче получится. Да, можно было, конечно, приказать Саше двигаться навстречу, но это же разумное существо, и управлять ей, словно марионеткой или игровым юнитом, как-то не очень этично. Двигалась Маша не одна, с ней пошли её офицеры из гиблингов, которые, кажется, вообще по одному не ходили и повсюду таскались за своей «старшей». Насколько поняла Маша, они воспринимают её не так, как другие матери стаи или даже заразители. У первых была строгая иерархия с иллюзией демократии, у в вторых - братство, где только один чуть выше прочих. А у гиблингов было что-то вроде фаталистического служения господину, суть всего этого сводилась к следующему: «Вот наш господин, и мы должны за него умереть» и большая жирная точка. При этом особого почтения своей госпоже выказывать они не спешили, старшая и старшая, это максимум, что они демонстрировали. Правда, своими офицерами Маша дорожила, они слишком ценные, чтобы ими раскидываться, да и после прокачки им сложно умереть.