Маленький детектив (СИ) - Андреева Юлия Игоревна - Страница 51

Неожиданно все разрешилось само собой, когда Кристал обнаружил загримированную Люси и посчитал, что Питри согласится обменять внучатую племянницу на козырное место в Египте. Самое смешное, что еще до Кристала Питри и сам планировал похитить Люси, сначала подослав для этого свою ученицу, готовую ради аттестации пойти на все, что угодно, а затем молодого ассистента. Идея была проста, как все гениальное: девочку неожиданно заберут из колледжа, увезя в неизвестном направлении. После чего он как ближайший родственник и опекун будет вынужден искать ее, из-за чего неминуемо задержит экспедицию. Потом, конечно, придется что-то объяснить, быть может, дать немного денег за доставленное беспокойство Констанции Рич и взять Люси в экспедицию, ведь девочка давно мечтала о приключениях.

Полиции Питри не боялся, так как понимал, что даже если Рич обратится за помощью к властям, он всегда сможет оправдаться перед ними, заявив, что взбалмошная Люси сбежала по собственной инициативе. Джентльмены из Скотленд-Ярда никогда не унизят своего достоинства допросом несовершеннолетней, если опекун будет против. Для них вполне достаточно медицинского осмотра потерпевшей. Да и мучить внучатую племянницу он не собирался, якобы похищенная девочка попросту поживет у кого-нибудь из его друзей и, когда Кристал уедет в Египет, благополучно вернется в свой колледж.

Самое смешное, что похитить девочку не удалось ни студентке, ни молодому человеку. Последнего он даже снабдил соответствующим письмом со своей подлинной подписью. Констанция Рич действительно не зря ела свой хлеб и не отдала ученицу.

И вот спустя немного времени Кристал похитил Люси сам и затребовал, чтобы Питри отдал ему участок. Воистину, в этом читался самый настоящий перст судьбы!

Питри был на седьмом небе от счастья, когда осуществил эту самую выгодную в своей жизни сделку, и наконец, дождавшись, когда Кристал с его поляками уберутся на заведомо негодный участок, спокойно начал собираться в Палестину, где его ждали новые открытия.

Понимая, что на следующий год зря потратившийся на ненужные раскопки Кристал, без сомнения, поймет, что его надули, и, заранее потирая руки в предвкушении своего торжества, Питри все же решил, что Люси Голдинг — девочка, которая невольно помогла ему провернуть эту самую выгодную в его жизни сделку, достойна награды. Обсудив это с Констанцией Рич, сэр Питри решился все же забрать внучатую племянницу в экспедицию сроком на один календарный месяц, с тем чтобы обратно она вернулась с его женой и дочерью.

Приехав в назначенное время в «Зеленые рукава», Питри отказался выпить чаю с Констанцией и лишь попросил, чтобы его проводили в комнату, где жили Люси и Джейн и где теперь стояли чемоданы, но не застал там девочек, которые в это время находились на уроке танцев.

Теперь, когда все его конкуренты благополучно отбыли в Египет, он мог уже не скрываясь отправляться на Синайский полуостров, где теперь должен был начать невиданные до этого по размаху археологические исследования, от которых он ждал настоящего научного прорыва.

Забегая вперед, хочется сказать, что сэр Питри сдержит слово, данное своему конкуренту, и больше уже никогда не вернется к раскопкам в Гизе, начиная с 1927 года он будет работать исключительно в Палестине и умрет в Иерусалиме в возрасте 89 лет.

Но не будем забегать так далеко вперед и вернемся в колледж «Зеленые рукава», в маленькую, но уютную комнату Люси и Джейн, где Уильям Питри дожидался девочек с урока танцев.

Не зная, чем бы ему заняться, Питри сел на стул и только тут заметил на столе крошечный медальон, который последнее время носила его внучатая племянница. Обернувшись на запертую дверь, Питри взял со стола украшение и, щелкнув замочком, обнаружил портрет своего конкурента. Несколько секунд лицо ученого выражало замешательство, он даже подумал, что, возможно, ошибся и амулет забыли здесь Анаис или Лаура, но, присмотревшись, понял, что все правильно.

— Как же все странно складывается, — произнес Питри в усы. — Впрочем, происхождение сэра Кристала безупречно. Кроме того, даже после развода с Сарой он, скорее всего, сохранит большую часть ее приданого, так что… — Ученый задумался. Было странно думать о Люси как о девушке, которая скоро, возможно, выйдет замуж. Впрочем, почему бы и нет? Кристал, конечно, ей в отцы годится, но и сам сэр Питри был женат на женщине на семнадцать лет моложе его.

И положив на место медальон, Питри принялся размышлять о том, как через пару лет устроит новую встречу Арчибальда и Люси, заранее представляя, какой красавицей та вырастет и как можно будет в дальнейшем помириться с заклятым врагом и объединить их усилия на поприще археологии.

Нужно только немного постараться, подсобрать дополнительные сведения о Кристале, организовать какое-нибудь эффектное похищение девушки, пусть Арчибальд бросится в погоню и спасет ее от головорезов, чтобы потом они вернулись в лагерь на одной лошади, тесно прижавшись друг к другу, или на одной машине. Не суть.

Новая интрига так захватила Питри, что он не заметил, как Люси вошла в комнату и, увидев своего двоюродного дедушку, бросилась ему на шею.

ПО ЛУННОЙ ТРОПИНКЕ

(повесть)

— Я пришла к вам как к спасителю, как… — Посетительница заплакала и, вытащив клетчатый платок, шумно высморкалась. — Себастьян, он ведь реально сходит с ума, кого угодно спросите. Да хоть его младшего братца, Габриэль, конечно, шалопай, каких поискать, но в таком деле запираться не станет. Все ведь видят, профессор Нортон с огромной скоростью летит в пропасть, только повлиять на него никто не способен. Говорят, миллионер, имеет право чудить, да только девчонка эта его ведь в могилу сведет. Не то жалко, что чужому человеку состояние оставит, в сущности, пропади они пропадом, эти деньги, а только не бывает такого, чтобы мертвые дочери через двадцать лет из могилы восставали. Что хотите со мной делайте, в жизни в такое не поверю.

— Я попрошу вас ненадолго остановиться, — отставной инспектор, а ныне частный сыщик Эдмонд Морби поставил перед посетительницей стакан воды, после чего развернулся к дверям, встречая как раз в эту минуту застывшего на пороге в ожидании разрешения войти высокого приятного джентльмена с седыми висками. Морби сделал шаг в сторону гостя, пожимая протянутую ему руку. — Вот и мой друг, мистер Джим Нарракот, о котором я вам говорил. Спасибо, Джим, что не заставили себя ждать. После вчерашнего разговора с вами, мадам Сайман, я пригласил мистера Нарракота как представителя полиции. Но как вы, безусловно, понимаете, мистер Нарракот — старший инспектор Скотленд-Ярда и в Египте он находится так же, как и я, для отдыха и развлечений, то есть расследование, которое вы собираетесь поручить нам, изначально не будет носить статус официального. Присаживайтесь, Джим, желаете чего-нибудь выпить? Я, конечно, уже ввел мистера Нарракота в курс дела, но, дорогая леди, полагаю, будет правильнее, если вы расскажете всю историю еще раз, так чтобы он мог так же, как и я, получить возможность услышать ее непосредственно от вас.

Морби жестом пригласил Нарракота занять пустующее кресло напротив гостьи, после чего посетительница продолжила:

— Мое имя Доротея Сайман. — Она заглянула в серые ласковые глаза Нарракота и невольно зарделась, жеманно поправляя на себе кружевной воротничок. Такое впечатление старший инспектор производил практически на всех дам, с которыми встречался. Представительницы противоположного пола от шести до восьмидесяти таяли в обществе галантного инспектора, что, однако, не помешало тому дожить до своих пятидесяти пяти лет, так ни разу и не женившись.

— Мы внимательно слушаем вас, — улыбнулся Нарракот, подкручивая нафабренный ус.

— Итак… — Миссис Сайман глубоко вздохнула. — Много лет назад у меня была младшая сестра, которая вышла замуж за молодого, талантливого ученого Себастьяна Нортона. В этом браке у них родилась дочь, которую молодожены назвали Лилит. Странное имя, вы знаете, так звали первую жену Адама. О ней говорится в книги Исаии. Но да не в имени суть. Моя сестра с самого детства была весьма ветреной особой, жизнь в доме такого серьезного, целеустремленного человека, как Себастьян Нортон, оказалась для нее скучной и однообразной. Дома он почти не бывал, она же жаждала развлечений. — Дама тяжело вздохнула. — Я знаю об этом из писем моей глупенькой сестренки. И вот, девочке тогда только-только исполнилось пять, Оливия сбежала с каким-то цирковым борцом. После этого наша семья утратила с ней всяческий контакт, а Себастьян остался воспитывать Лилит один.