Корона с шипами - Джонс Джулия - Страница 92

Бросив прощальный взгляд на Тессу, Райвис позволил увести себя.

Тесса смотрела ему вслед. Женщина с фиалковыми глазами ждала Райвиса на пороге комнаты, придерживая дверь бледной рукой без колец и браслетов. Она хотела захлопнуть ее, но Райвис прошептал что-то, и она отдернула руку, оставив дверь нараспашку. Оба скрылись в полумраке комнаты, и тут же незнакомка погасила все лампы. Как Тесса ни силилась увидеть, что будет дальше, она могла разглядеть лишь силуэты собеседников.

— Вот, леди, фазаны и берриак. — К изумлению Тессы, хозяин гостиницы поставил перед ней поднос с едой. — Мулч снял мясо с костей. Мы знаем, как дамы не любят пачкать пальчики жиром. — Человечек говорил любезным тоном, но не смотрел на Тессу: взгляд его был прикован к двери в комнату, в которой скрылись Райвис с красавицей.

Тесса безучастно кивнула. Ей вдруг стало нехорошо. Напрасно она старалась убедить себя, что причиной тому запах дичи, долгий утомительный день, коптящая жировка на столе... Она отпустила хозяина, но тут же со вздохом подозвала его снова. Дело вовсе не в запахах.

Хозяин гостиницы с готовностью подскочил к ней, вытирая ручки о Фартук, точно за минуту своего отсутствия успел чем-то испачкать их. Он предупредительно наклонился к Тессе:

— Слушаю, леди.

— Что это за дама, там, в комнате? — Тесса ненавидела себя за этот вопрос, но удержаться не могла.

— Виоланта Араззо, — ответил хозяин гостиницы. Ему, напротив, доставляло очевидное удовольствие отвечать на расспросы. — Самая знаменитая красавица Майзерико. Незаконная дочь градоправителя.

Мускул на щеке Тессы задергался; она поморщилась, как от зубной боли, и махнула рукой, показывая хозяину, что он может идти. Майзерико. Именно туда собирался Райвис в день их первой встречи.

— Зачем ты приехала сюда, Виоланта? — Райвис не отрывал глаз от двери в главную залу. Ему был виден лишь кусочек стола Тессы. Хотя хозяин гостиницы уже несколько минут назад поставил на стол поднос с яствами, она не притронулась к еде.

Виоланта Араззо прошлась по комнате и остановилась точно напротив полуприкрытой двери. Шелковое платье шуршало при ходьбе.

— Я приехала предупредить тебя, — ответила она. Бледные тонкие пальцы возились со шнуровкой плаща. Одно неуловимое движение плеч — и плащ упал на пол, выставляя на показ великолепное тело, прикрытое лишь полупрозрачным платьем. — Твой брат собирается убить тебя.

— Потрясающие новости, Виоланта. — Райвис отвернулся от нее и занялся берриаком. Даже теперь, хотя прошло столько времени, красота Виоланты Араззо не давала ему сосредоточиться.

— Мэлрей знает, что ты покинул Рейз. Известно ему и то, что ты прибыл сюда, в Килгрим.

— Интересно, кто ему рассказал?

— Разве это имеет значение?

Безупречно очерченный рот Виоланты уже пять лет копировали все истанианские портретисты. «Пусть губы у меня будут более полные и изогнуты, как у Виоланты Араззо», — умоляли художников придворные дамы. А горничным некоторых красоток перед балами и парадными ужинами приходилось шлепать хозяек по губам, чтобы ротики у них стали пухлыми и чувственными — как у Виоланты.

Рот у нее как у мужички, перешептывались знатные дамы. И в этом-то секрет ее очарования. Изящная фигура, фиалковые глаза ничего не стоили бы, если бы не эти пухлые простонародные губы.

Райвис провел рукой по волосам.

— Просто скажи мне правду, Виоланта.

Едва заметная тень легла на прекрасное лицо. Райвису показалось, что нижняя губка Виоланты чуть вздрогнула, но она сразу же отступила в темноту, к стене, поэтому он не мог сказать наверняка.

— Мэлрей был у меня, когда двое разведчиков-истанианцев принесли твое письмо. Я пыталась спрятать его, но он догадался, что это от тебя. — Виоланта горестно вздохнула. — Он вырвал у меня письмо, прочел, нашел место, где ты говорил о предполагаемом путешествии, и выбежал из дома. Он даже забыл надеть плащ.

В темной комнате с красными стенами и обитой малиновым бархатом мебелью — Райвис подозревал, что это излюбленное гнездышко здешних шлюх и их богатеньких клиентов, — Виоланта казалась существом из другого мира. Лишь совсем невнимательный наблюдатель сочтет, что платье ее такого же цвета, как мебель в этой каморке. Красный цвет убогого гостиничного номера — это цвет раздавленной и подгнившей вишни, ничего больше. А платье Виоланты — это рубины, благородное красное вино, кровь.

Не стоило и спрашивать, что Мэлрей делал в ее доме. Нетрудно предположить. Райвис достаточно хорошо знал Виоланту Араззо. На целый год он оставил ее в Майзерико одну-одинешеньку. И конечно же, она принимала других мужчин в своей постели. Ничего удивительного, если одним из них оказался его собственный брат. Мэлрей наверняка счел своим долгом разыскать ее. Любая женщина, которой интересовался Райвис, интересовала и его братца.

— Давно это случилось? — спросил Райвис.

Виоланта сокрушенно покачала головой, темные кудри рассыпались по плечам.

— Дней шесть-семь назад. В тот же вечер Мэлрей послал за тобой своих убийц. А утром я уже была на борту местного парусника.

Так вот почему Виоланта оказалась здесь раньше всех. Истанианскне корабельщики — лучшие в мире. Их суда отличаются такой быстроходностью и устойчивостью, что практически не зависят от погодных условий.

— Как ты думаешь, люди Мэлрея скоро доберутся досюда? — спросил Райвис, разливая по бокалам берриак.

— Наш капитан сказал, что мы на две ночи опередили дрохский тендер. Значит, они будут здесь сегодня поздно вечером или завтра рано утром.

Райвис глянул через дверь в главную залу.

— Почему Мэлрей так ненавидит тебя? — Вопрос Виоланты заставил Райвиса вновь повернуться к ней. — Он получил деньги, землю, титул. Что же ты у него отнял?

Впервые с момента их встречи на пристани Райвис улыбнулся ей. Но в улыбке его не было тепла, она почувствовала это и поспешно отвернулась. Щеки ее слабо вспыхнули, тонкие пальцы нервно перебирали материю на платье. Райвис в который раз спросил себя, зачем она приехала. Виоланта Араззо была достаточно красива, чтобы выбрать любого мужчину. Любого, кого бы ни пожелала. Знатнейшие вельможи покорялись очарованию фиолетовых глаз Виоланты и дарили ей роскошные подарки — земли, золото, фамильные бриллианты. Но на шее и руках Виоланты не было ни ожерелий, ни браслетов, ни колец. Райвис чуть заметно покачал головой. Виоланту просто засыпали драгоценностями. Но она никогда не носила их. Ее красота не нуждалась в украшениях.

Райаис протянул ей бокал берриака.

— Откуда такие мысли? Я ничего не отнял у Мэлрея. — Он напрасно старался говорить легким небрежным тоном.

— Я видела лицо Мэлрея, когда разведчики принесли мне то письмо. Я видела ненависть в его глазах.

Райвис закрыл глаза и прикусил рассеченную шрамом губу. Семь лет прошло с последней встречи с братом, а он до сих пор чувствует злобу Мэлрея, она давит на него, как лубок на сломанную кость.

— Что ты отнял у него, Райвис? — тихо спросила Виоланта. — Женщину?

Райвис отвернулся. Он увидел, как за столом в зале Тесса поерзала на стуле, потом подвернула рукава и приготовилась приступить к еде. Он окинул залу придирчивым взглядом, дабы удостовериться, что никто не глазеет на нее, никто не проявляет излишнего любопытства. Все равно пора бы уже вернуться к ней.

Обернувшись, он поймал устремленный на него взгляд Виоланты. Застигнутая врасплох, она вдруг показалась ему юной и беззащитной. Райвис провел рукой по лицу. Она проделала путь от Майзерико до Килгрима, только чтобы предупредить его о намерениях Мэлрея. А ведь она знала, что между ними все кончено, что он больше не хочет ее. То письмо было прощальным. За последние шесть недель он многое обдумал и понял, что напрасно так стремился покинуть Бей'Зелл, чтобы увидеться с ней. В какой-то момент его перестало тянуть к Виоланте.

А сейчас она стоит перед ним, прекрасная как всегда, а он ничего не чувствует, кроме усталости.