Ultima Ratio (СИ) - Львов Вадим "Клещ" - Страница 54

Крюгер, едва не присвистнул. Танки «Самуа» это, конечно, не «Лоррейн», штука посерьезней. Брони не много, но рационально бронирован и пушка мощнее, хоть и без механизма заряжания. Такой дешевый, надежный убийца. Вообще, галлы эти странные ребята. Почему то в танковых частях у них рулят трехдюймовые стволы, пехотные же танки — 90 миллиметров. Хотя по уму, надо делать все наоборот.

— У вас же есть, штурмовая артиллерия, геноссе оберст…Осторожно возразил Крюгер, ожидая вспышки начальственного гнева.

— Конечно есть. Но экипажи, не к черту не подготовлены. Наша дивизия — добровольческое формирование австрийского пролетариата имени Франца Мури.

Крюгер, едва не застонал от досады. Народно-гренадерская дивизия Франца Мури, набранная из всякого сброда ошивающегося в окрестностях Вены, отличалась громкими митингами и хвалебными репортажами по телевидению, но крайне низкой боеспособностью в реальном бою. Во время польской компании, дивизия вошла вторым эшелоном в Краков, тут же отметившись грабежами и разбоями. Почти половина солдат была выходцами с Балкан, завсегдатаями ночлежек и получателями бесплатного супа. В дивизии процветали невиданные в армии неуставные отношения и откровенный бандитизм. Хуже всего, было не это. Отлично укомплектованная технически, дивизия была необученной и скорее мешала соседям выполнять боевые задачи.

— Наш 134 пехотный, имени Кювенхюллера, полк, есть ударная группа дивизии. В группе — дивизион штурмовых орудий и разведывательный батальон. На нас работает дивизионная артиллерия и люфтваффе…

— Дивизия имени Мури, прикрывает наш фланг, Крюгер. Так что берите свою роту, и выдвигайтесь в подчинение полковника Роммеля. Мы, ночью наступаем и не дело что бы над нашим флангом висел вражеский укрепрайон. Да еще с бронетехникой. Вопросы есть?

— Никак нет, геноссе майор…

— Удачи, Крюгер…

— Один вопрос, геноссе Трескофф..

— Вы испытываете мое терпение, лейтенант.

— Почему я и моя рота….

— Потому, что у вас есть опыт службы в штурмовой артиллерии и близкого взаимодействия с гренадерами..

— Я служил в бригаде истребителей танков….

— Идите, лейтенант. Займитесь делом, черт побери, если не хотите на гауптвахту!

Обстрел, начался как всегда- неожиданно. Вот минуту назад, светило солнышко и тут на тебя валятся шестидюймовые снаряды. Нырнув в узкую щель, между стеной разрушенной таверны и бортом свое верного E.R.C-75. Жиль Галлон — натянул на голову каску да еще для верности прикрыл голову саперной лопаткой. Земля стонала и шаталась, осколки и комья земли градом стучали по броне. Обстрел длился, как ожидаемо полчаса, потом посыпались дымовые снаряды, скрывая от наблюдателей маневры атакующих бошей[11]. Затем из дыма раздалось отчетливое лязганье гусениц. Боши подтянули штурмовые орудия. Пренеприятное известие, скажу я вам. У немцев два вида штурмовых орудий. Бывший истребитель танков «Ягдпантера» сосланный, после галицийских боев в штурмовую артиллерию, напихав в боекомплект фугасных и шрапнельных снарядов и потомок первого штурмового орудия «Бруммбэр». Уродливый бронированный сарай на древнем шасси, но со сверхмощной гаубицей пятнадцатисантиметрового калибра. Эти «медведи» пасутся обычно сзади «ягдпантер», поддерживая их навесным огнем. Один выстрел и любой дзот или бронеколпак — обречен. Двух — трехэтажные каменные или кирпичные дома складываются на раз, как карточный домик вместе с защитниками.

Сглотнув, Галлон выбрался из щели и с обезьяньей ловкостью залез в башню бронемашины. Несмотря на то, что корпус броневика был изрядно посечен осколками, серьезных повреждений не было, но с боеприпасами …с боеприпасами было плохо совсем. Только два бронебойных снаряд и шесть шрапнельных гранат.

— Что там, командир? Почтительно спросил бледный наводчик Патрис Мишу, каждый день молящийся Богу в надежде выжить и вернутся к себе домой в Алжир[12]

— Там самоходки бошей. И гренадеры..

Мишу побледнел ещё больше и закивал.

Механик водитель же, разбитной и веселый Альфред Карро, родом из рыбацкой деревеньки из-под Бордо, наоборот, был в приподнятом настроении. Такое впечатление, что Аль, родился с баранкой в одной руке и гаечным ключом в другой. Служба в колониальных войсках, должна быть по его расчетам трамплином для открытия собственной автомастерской в Дакаре или Абиджане с последующим обогащением и возможно даже созданием собственной марки автомобилей. Бронемашину, Карро держал в идеальном состоянии, и за техническую сторону боя, Галлону не стоило беспокоится.

— Жаль, командир, что «десятку» получить не удалось. Неожиданно сказал Карро, постучав грязным пальцем по манометру. Вот мы бы бошам зад намылили!

Жиль усмехнулся. Бронеавтомобиль следующего поколения с танковой,90 миллиметровой пушкой и автомобильной скоростью и маневренностью, мог бы навести шороху на поле боя. Неповоротливым «панцерам» немцев, пришлось бы на порядок хуже. Но что жалеть о том, чего нет и вероятно уже не будет…

Рация ожила и через треск помех, голос «Бишопа», командира бронебойной артиллерийской батареи к которой после гибели всей роты бронеавтомобилей парашютно-драгунского полка, приписали уцелевший ERC-75 Галлона.

— Штурмовые орудия…бить в упор… огонь не открывать…до сигнала.

Надо сказать, что 44 пехотная дивизия ННА ГДР, была тем еще дерьмом. Взятые пленные, оказались каким то бродягами с Балкан, то ли боснийцами, то ли хорватами…Типа вооружённые представители братского австрийского рабочего класса. А по мне, что так боши, что так….Но техника у немцев была на уровне. К сожалению, лучше чем у нас. Опять приходится вспоминать наших членоголовых полководцев застывших во временах Суэцкой войны[13]. Которую кстати, Антанта — проиграла. Но выводов тогда, никто не сделал..

— Они идут…прошипела рация, идут…

Крюгер вздохнул и снова ткнул в карту, командиру батальона штурмовых орудий, оберст-лейтенанту[14]  Вернеру Кисслингу.

— Геноссе Кисслинг. Этот план рабочий…Рабочий вполне. Мы будем использовать преимущества наших машин…

— Прекратите лейтенант! Просто вы хотите сберечь своих людей и танки и бросить в пекло моих людей. А ведь личный состав штурмовой артиллерии, к сожалению лишен такого уровня снабжения и привилегий как солдаты танковых частей…

Крюгеру показалось, что он ослышался…

— Что???

— Что слышали Крюгер! Мои парни не жрут панцершоколад[15] перед атакой и кофе им не положено. Так что извольте выдвигаться на острие удара и открыть дорогу моим самоходкам.

— Это бессмысленно, геноссе оберстлейтенант. Предлагаю действовать в тандеме. Рота ваших «ягдпантер» и рота моих танков. Плюс взвод «бруммбэров» сзади. Самоходки едут впереди, по улице, ведя огонь прямой наводкой, танки идут чуть сзади, за счет крутящихся башен и лучших углов наведения орудий вычищают верхние этажи, подвалы и переулки. Гаубицы хоронят узлы сопротивления навесным огнем. Так, шаг за шагом и без особых потерь, мы вычистим лягушатников из этого городка.

Кисслинг задумался и стянув с лысеющей головы фуражку потер лоб..

— Ладно, Крюгер, звучит вроде убедительно. Да еще учитывая ваш боевой опыт…Будем считать — вы меня убедили. Командуйте своим людям — по машинам. Артподготовка начнется через сорок минут.

Идущая впереди «ягдпантера» с грязной и заляпанной кормой на которой весела связка еще не ощипанных кур, выстрелила, снеся основательную баррикаду и расчистив дорогу идущим по краям дороги, гренадерам едва пыль осела, как вся колонна снова двинулась вперед, к площади, где высилась громада Амьенского собора. Французы дрались, отчаянно, но тактика предложенная Крюгером, работала безотказно. Медленно шаг за шагом, под аккомпанемент фугасных и шрапнельных гранат, лягушатники пятились назад.