Ultima Ratio (СИ) - Львов Вадим "Клещ" - Страница 51

В отличии от большинства людей, живущих в России, Брюс никогда не питал иллюзий о мнимой слабости отечественного политического сыска. Демократизация, если и коснулась жандармерии то только в качестве усиления режима секретности и к переходу к более тонкой агентурной работе. Что в разы опаснее… Если всероссийский механизм розыска политических преступников запущен, то уйти практически не возможно. Если только за границу успеть сбежать…Хотя, как нас учит история подполья — это ни разу не панацея. Не один десяток известных революционных деятелей — были выслежены заграничной резидентурой жандармерии и успешно ликвидировны. Достаточно вспомнить Камо, Орджоникидзе, Троцкого и еще многих…

Жандармерия — это вам не охранка, которая только и знает, как студентов сажать и легальные профсоюзы, пугать обысками. Жандармерия — это в первую очередь борьба с терроризмом. Как внутри России, так и за её пределами. И со своими задачами, скажем прямо — справляется неплохо. Не особо разбираясь в средствах, надо сказать. И если господина Небогатова, из антитеррористического Оперативного бюро — списать в расход, то в ответ жандармерия всю Москву на дыбы поставит…

Слова Серого, о том что Брюс и Нитро, ни в коем случае не должны светится в эти дни — понятны, но что то товарищ координатор не договаривает…Темнит что то гнида, ох темнит…

Тут Брюс, что то понял и остановился как вкопанный…. После покушения на жандармского офицера и ликвидации Карбоната с Баксаном, они залягут на дно…В одной из конспиративных квартир Подполья…Где их возможно будут ждать однопартийцы- ликвидаторы или просто наёмники..

Волошин- едва не заорал от осенившей его догадки. Он слишко себя переоценил…Посчитал себя незаменимым для исполкома партии и Боевого Крыла. А ведь незаменимых, у нас — нет. Взявшись за операцию по «зачистке» свидетелей и пособников, по делу доцента Куролесов и его смертельных микробов — Волошин возможно уже подписал себе приговор…А значит и своему младшенькому брату, единственному близкому человеку, мотающему сейчас срок на Тобольской каторге. Благодаря деньгам и поддержке подполья — Андрей устроился на каторге с максимальным, если можно так сказать, комфортом. Сейчас даже по специальности трудится — начальником производства на каторжной лесопилке. Он- самое слабое его место…

Нужно думать. Хорошо думать, оценить все. Взвесить. на весах в очередной раз свою жизнь..

Глава 15

15 января 2000 года. Москва. Лефортовская управа.

Начальник Оперативного бюро Отдельного Корпуса жандармов, генерал-лейтенант Пётр Алексеевич Толстой, высокий и не по годам, стройный импозантный господин с ухоженными седыми усами, известный в среде спецслужб, по прозвищу «Граф», неторопливо полистал персональное досье ротмистра Евгения Небогатова, вздохнул и подписал лежащий перед ним приказ о представлении очередного звания этому ретивому офицеру. Оттолкнув бумагу и папку с досье своему референту, генерал-лейтенант закурил и повернул голову к скромно сидящему по левую руку от него полковнику Васильчикову.

— Он действительно так хорош, этот Небогатов?

— В работе полевого агента, несомненно, хорош, Петр Алексеевич. Но, дисциплина, увы хромает. Пререкается с начальством, известен своим самоуправством.

— Да? Это для полевого агента — скорее плюс. Без самостоятельности в оперативной работе — делать нечего.

Полковник солидно кивнул.

— Я это понимаю, Петр Алексеевич. И всегда поддерживал устремления ротмистра Небогатова.

— Во сколько у него доклад по предварительной работе созданной целевой группы?

— В девять тридцать. В амфитеатре…

— Ну что же посмотрим, что они нарыли за прошедшие сутки. Может удастся сложить элементы в единую картину.

— Приступайте, ротмистр. Здесь перед вами, минимум три генерала и дюжина полковников — наше время очень дорого.

Женя Небогатов, протер влажные от пота ладони о брюки и попытался сглотнуть, но только едва не вызвал приступ кашля. Он волновался, как не волноваться. Вся его карьера была сейчас поставлена на карту.

— Что известно сейчас, господа. Неизвестные — скорее всего, организованная с непонятными целями преступная группа, совершила предположительно похищение доцента биологического факультета МГУ, доктора-вирусолога Сергея Куролесова и его супруги, госпожи Елены Ухтомской. Причина похищения или убийства — работы доцента Куролесова связанные c вирусологией. Похищение Елены Ухтомской — скорее всего, устранение свидетелей. К тому же, сегодня ночью, было выяснено что оба ранее уволившиеся ассистенты Куролесова, Аникин Вадим и Тимошенко Вячеслав — погибли. Если Тимошенко был сбит грузовиком в родных Черкассах, то Аникина в городе Венёве, зарезал неизвестный прямо на пороге собственного дома в разгар рождественского застолья..

— Это как? Заместитель шефа ОКЖ, генерал Чеслав Бьерн недоуменно посмотрел на коллег.

— Позвонили в дверь. Когда Аникин открыл- неизвестный, свидетели видели одного человека, ударил его ножом в грудь. Смерть наступила мгновенно, нападавший скрылся бегом, прыгнув в машину. Свидетели ни запомнили ни внешность нападавшего, ни номера и марку машины…Шоковое состояние…

— Да бросьте ротмистр… шоковое состояние. Небось все в лоскуты пьяные были…

— Так точно. Полиция тоже, скажем так — медленно реагировала…

— Околоточный только через час нашелся. В дугу пьяный, двух слов связать не мог. Помог подчиненному полковник Васильчиков. Местный пристав, появился через два часа — тоже лыка не вязал…Какая уж тут погоня за нападавшим и осмотр места преступления…

— С полицией будем потом, разбираться. Строго напомнил Толстой. Не нашего это ума, дело. Что дальше, Евгений Вадимович?

— Далее удалось выяснить, возможную причастность к похищению Куролесова-Ухтомской имеет последний ассистент доцента, некий Викентий Солопов и консьерж дома, где проживали пропавшие супруги, Евсеев. Оба подозреваемых и Солопов и Евсеев, были уроженцами Ряжского уезда Рязанской губернии, армейскими сослуживцами и оба — были осведомителями жандармерии.

— Они задержаны и допрошены? Спросил ночью прилетевший Толстой, закуривая длинную папиросу.

— Они оба, предположительно погибли при пожаре, Петр Алексеевич. Тихо сообщил начальнику Оперативного бюро, его заместитель, Рокотов.

— Вовремя, очень вовремя…Обстаятельства пожара? Это поджег?

— Эксперты обнаружили на месте пожара, следы термитного вещества…смесь алюминевой пудры и оксида никеля. Найдены остатки запала…Это определенно умышленный поджег, без сомнения. Трупы обгорели до костей, опознавать — нечего.

— Продолжайте, ротмистр.

— И последнее, господа. Точно установлено, что некий господин, вылетел с поддельным паспортом Куролесова вечером 30 декабря в Ташкент. Его должен был встретить местный приказчик Исмаилов Рашид и обеспечить его размещение в гостинице «Семерамида». В итоге господин в «Семерамиде» не появился, Рашидов — изчез..

— Должен заметить, господа, что вместе с Куролесовым, его супругой из сейфа, исчез ряд документов представляющих как научный так и военный интерес.

— Куда смотрела контрразведка?! Если секретные служебные документы оказываются в домашнем сейфе ученого?

— Их можно вынести незаметно, личные вещи в МГУ не досматриваются…

— Это не оправдание …Учет секретной лабораторной документации — первая задача научного отдела Контрразведовательного Бюро. Чем там занимался заместитель ректора по режиму? Гнать этого Молева к чертовой матери! Повысил голос генерал Бьерн.

— Наиболее перспективной в плане результата версией, считаю разработку пары Солопов — Евсеев. Они земляки, армейские сослуживцы, оба состояли секретными осведомителями жандармерии и оба, практически одновременно появились в Москве и окружении Куролесова…Кто их подвел к нему? Кто их внедрил? Кто дергал за ниточки? Это важно выяснить в первую очередь..

— Они мертвы и врядли можно ухватить что то серьезное. Заметил Рокотов. Моё мнение — поиск вот этого господина. Он квинул на плохою копию фотографии человека вылетевшего из Москвы в Ташкент с поддельным паспортом Куролесова. Он европейской внешности и его перемещения в Туркестане — легче отследить…Сыскная работа там поставлена отлично …