Истинная для Ледяного Дракона. Княгиня Южного предела (СИ) - Томская Светлана - Страница 12

И ещё посмею, если посмеет… тьфу, запуталась.

Обхватываю себя руками за плечи и морщусь от боли, когда пальцы касаются синяков, оставленных ручищами князя.

А ведь я хорохорюсь. Пытаюсь делать вид, что от меня что-то зависит. Игры окончены, и надо признать, что я в чужом мире в собственности у жестокого человеконенавистника.

И радует меня сейчас только одно, что некому меня искать, и некому оплакивать. И я впервые думаю об этом с облегчением. Если бы мама была жива, я бы с ума сходила, представляя, сколько горя она испытала бы из-за моего исчезновения. А так, я отвечаю только за себя.

Дверь открылась очень тихо, я скорее почувствовала, чем услышала.

В зеркальном отражении вижу двух девушек и женщину постарше.

— Разрешите, госпожа?

Поворачиваюсь молча, взгляд падает на поднос в руках одной из вошедших.

Еда. Только сейчас понимаю, насколько проголодалась. Шикарный новогодний стол корпорации «SEVEN», кажется, был целую вечность назад. Сейчас я и от чёрствой корочки хлеба не отказалась бы.

— Кто вы? — спрашиваю, и голос прерывается от усталости и голода.

Женщина постарше приседает в реверансе:

— Меня зовут Ларита, я буду вашей личной служанкой. А Энни и Арна помогут вам с омовением и всем, что необходимо леди.

Я хмыкаю, отлично понимая, какая участь предназначена так называемой «леди».

Но на столик у камина уже опускается поднос. И то ли Энни, то ли Арна убирает с него белую салфетку. Передо мной исходящий паром и ароматным запахом кувшин, большое блюдо с гренками, ломти чего-то белого, напоминающего по цвету адыгейский сыр, и огромный фрукт, похожий на манго.

— Но сначала поешьте, госпожа, — Ларита делает приглашающий жест.

И я понимаю, что Кавказской пленницы, объявившей голодовку**, из меня не выйдет. Я в принципе не способна думать на голодный желудок.

Всё к чёрту. Белые ломти действительно оказываются сыром, а фрукт — самым настоящим манго. Но спросить я не решаюсь, откуда он здесь. Ларита сама поясняет с гордостью:

— Большая редкость. У нас такое не растёт. Но купцы из Междумирья привозят.

С кусочком сыра и восхитительно вкусного поджаренного хлеба во рту я уже могу немного думать.

Что же это получается? Манго, наверняка, из моего мира. Значит, есть связь и есть порталы. И, значит, можно найти способ. Настроение у меня улучшается, но ровно до того момента, как появляется ещё одна женщина.

Она вроде даже постучала, но непонятно зачем, потому что ответить «Войдите» никто не успел.

Женщина низко присела, сохраняя каменное выражение на лице, а потом обратилась к Ларите:

— У вас два часа на всё до прихода Его Сиятельства.

–——–—

* merde (фр.) — дерьмо.

** сцена из х/ф «Кавказская пленница» (думаю, вы все хорошо помните эту чудесную комедию).

Глава 14. Средневековый спа-салон

Мыться или не мыться — прямо вопрос уровня Шекспира. Ведь ясно же, что имела в виду прибежавшая служанка. Подготовить меня к приходу князя. И даже мыслей ни у кого не возникает, что я могу быть против. Если уж невесту князя, которая намекала на любовь жениха к развлечениям, не смущает то, что Айварс увёл меня к себе, что говорить о слугах?

Ларита начинает суетиться.

— Прошу вас, госпожа, — она открывает дверь в соседнюю комнату и делает приглашающий жест.

— Что там?

— Комната для омовения.

Одна из девушек моментально скрывается в купальне, а вторая, опустившись на колени, цепляет подол моего платья и тянет его вверх.

— Можно я сама? — стараюсь говорить уверенно и даже жёстко. Если они меня хоть временно считают госпожой, то должна сработать привычка повиноваться.

Какая же я наивная. У них, кроме меня, есть кому подчиняться. А в каком ранге я нахожусь, они отлично знают.

— Что вы, госпожа, — Ларита даже руками всплёскивает. — Виданное ли это дело. В замке свой целитель. И нужно знать, какое средство и для чего использовать.

Энни или Арна уже дотянула подол платья до моей груди, и я поднимаю руки, понимая, что сопротивление будет выглядеть глупо.

В тот момент, когда влажная ткань платья ползёт через голову, и я на время слепну, слышу заинтересованное «Ух ты».

Что там не так? Платье сброшено, и я ёжусь от холода и бесцеремонно разглядывающих меня Лариты и обеих девушек. Вторая, видимо, услышав восклицание подруги тоже выглянула из купальни.

Почти сразу же понимаю, что пристальное внимание уделяется моему нижнему белью. Под тонкое вечернее платье я надела свой самый лучший комплект чёрного цвета, купленный ещё в Париже, так сказать на выход. Слипы и кружевной бюстгалтер, подчёркивающий форму груди.

Ёшкин кот, здесь же Средневековье. Они, наверное, совсем бельё не носят. Хотя, если могут им купцы привозить иномирные фрукты, то почему бы местным модницам не заказывать себе бельё.

Ларита выходит из ступора, и первая вспоминает о своих обязанностях.

— Так, что застыли? Сначала госпожу в малую ванную. И смотрите мне, чтоб ни волосок не пострадал. Иначе вас самих туда с головой окунут.

Это она о чём? Наверное, я сильно меняюсь в лице, потому что Ларита говорит успокаивающе:

— Вам не о чем беспокоиться, госпожа. У девушек большой опыт. Это я так, для острастки.

Воркуя, она провожает меня в соседнее помещение. Несмотря на сомнительность своего положения и жуткую усталость, я всё-таки нахожу в себе силы восхититься обстановкой.

Купальня поражает великолепием.

Среди колонн — овальная ёмкость размером с небольшой бассейн, до краёв наполненная горячей водой. Об этом свидетельствует облако пара над ней. Высокие витражные окна.

Ничего подобного я не ожидала. Зря я повесила на этот мир ярлык «Средневековье». Вряд ли в современных дворцах шейхов лучше. Хотя подобные дворцы я видела только на картинках, но воображение работает.

А вот средневековые ванные приходилось видеть в реале. Мне довелось побывать на экскурсиях в нескольких замках Нормандии на берегах Луары, где тесные комнатушки с ванными, напоминавшими небольшие фарфоровые корытца, явно считались роскошью.

Ничего общего.

Интересно, когда успели подготовить всё к моему появлению? И к моему ли? Быть может, у князя ежедневно здесь приём. Просто заменил одну наложницу на другую.

Морщусь, но сейчас думать об этом не хочется. Моё измученное тело требует горячей воды. Неизвестно, что будет со мной уже сегодня вечером. Возможно, князь быстро поймёт, что ошибся, и отправит меня несколькими этажами ниже — в подвал. Так хоть посещу перед этим местный спа-салон.

Бельё я сняла сама и, аккуратно свернув в плотный комочек, положила на полочку. Нужно будет постирать его позже.

— Госпожа красивая, — сказала одна из девушек, а вторая согласно закивала.

— Только подкормить бы, — с жалостью в голосе добавила Ларита.

Ну это я о себе и в своём мире нередко слышала.

Прежде всего мне подобрали волосы и закололи их на макушке, тщательно проверив, не свисает ли какая-нибудь прядка, затем замотали голову плотной белой тканью и, усадив на подогретую каменную скамью, обильно намазали ресницы и брови жирной мазью.

— Это если капелька попадёт случайно, но госпожа ведь понимает, что нужно сидеть тихо, — предупредила девушка.

А я заволновалась, ибо «госпожа ну ничегошеньки не понимала».

Вопреки моему ожиданию, меня поместили не в большую ванную-бассейн, а запихнули в нечто деревянное, напоминающее то ли кадушку для засолки капусты, то ли ступу Бабы Яги, наполненное горячей водой.

Напряжение усилилось после слов:

— Сидите так, чтобы шея и голова находились над водой!

Убедившись, что я испуганно замерла, и вода вокруг моей шеи успокоилась, девушка извлекла пробку из пузатой колбы, в которой разноцветными червяками переплетались какие-то веточки, и осторожно по капельке влила в воду содержимое. Мне показалось, что она задержала дыхание, и я с перепугу сделала то же самое.