Отныне и вовек - Джонс Джеймс - Страница 226

– Ты уверен? – коварно подначивал Тербер. – Хочешь, поспорим?

– А чего, давай!

Хитро усмехаясь, Тербер допил виски. Потом выпрямился и позвал:

– Роза! Э-эй!

Роза, нахмурясь, снова подошла к стойке.

– Разорался. Чего ты от меня опять хочешь?

– Еще глоток виски, малышка. Больше ничего. Плесни мне в стаканчик.

– Чарли проси. Он тебе плеснет.

– Ну его к черту! Хочу, чтобы ты.

– Ладно. Только время на тебя зря трачу. Пиво еще будешь? Принести?

Тербер посмотрел на свою бутылку пива.

– Да, принеси. Это вылей в ведро. Принеси холодного.

– От тебя одни хлопоты. – Роза улыбнулась.

– Ты так думаешь? Роза, а приятеля твоего как зовут?

– Пошел к черту!

– Он из какой части?

– Я сказала, пошел к черту!

– Знаешь, почему я тебя позвал? Чтобы посмотреть, как ты потом пойдешь назад. У тебя, Роза, попка – загляденье.

– Я замужем, – с достоинством сказала Роза, подразумевая, что у нее есть постоянный хахаль. Но было видно, что она польщена.

– Как же все-таки зовут твоего приятеля?

– Дурак! – взорвалась Роза. – Заткнись! Иди к черту!

– Моя фамилия Берни, – пройдя к ним через зал, объявил артиллерист. – Штаб-сержант Айра Берни, восьмой артиллерийский полевой. Еще что-нибудь интересует?

– Пожалуй, – задумчиво сказал Тербер. – Сколько тебе лет?

– В июне будет двадцать четыре. Что еще?

– Молоденький. Для твоего возраста у тебя уж больно роскошная любовница.

– Не жалуюсь, – сказал штаб-сержант. – Менять пока не собираюсь. Что еще?

– Еще? Может, не откажешься выпить со мной и моим другом?

– Это всегда пожалуйста.

– Роза, золотко, налей ему, – распорядился Тербер.

– Мне виски, – оказал штаб-сержант.

Роза налила, ему виски. Тербер заплатил. Штаб-сержант выпил залпом.

– Ладно, будь здоров, еще увидимся. – Показывая, что разговор окончен, Тербер повернулся к ним спиной. – Счастливо погулять, – бросил он через плечо и начал разговаривать со Старком.

Роза и штаб-сержант на секунду остолбенели. Потом пошли вдвоем назад к своей кабинке. Сев за стол, они о чем-то яростно заспорили, а три кореша Айры Берни внимательно слушали.

– Ты что, ополоумел? – сказал Старк. – Хочешь, чтобы драка началась?

– Я никогда не лезу в драку первым.

– Зато дерешься, наверно, до последнего.

– Ни в коем случае.

– Что, будем брать его прямо сейчас?

– Кого брать? Куда?

– Твоего лучшего друга. Штаб-сержанта.

– Ты это о чем? – недоуменно спросил Тербер. – А-а, я забыл. Ты же техасец. Кстати, техасец, я слышал, ты классно стреляешь. Это правда?

– Приклад от дула отличить могу, – сказал Старк.

– Хочешь, постреляем на пару? Маленькое дружеское пари. На сотенку, а?

Старк полез в карман.

– Ставим поровну?

Тербер ухмыльнулся.

– Я готов. – Старк вытащил из мятой пачки десятку и три бумажки по доллару, остальное бросил на стойку. – Здесь сотня. Могу хоть сейчас.

Растрепанная, сложенная пополам пачка – в основном из пятерок и мельче – была довольно пухлой.

Тербер наклонился, рассматривая деньги.

– Ого! Оказывается, наш техасец подсобрал себе большую денежку. Как, техасец, приятно быть богатым?

– Тут рядом есть тир, – сказал Старк. – Или можем пойти на Хоутел-стрит к Мому. Отсюда пять минут ходу.

– Тир – это не стрельбище. В тире каждый дурак может.

– Либо мы спорим, либо нет. Клади деньги или не вякай!

– Ребенок ты, техасец. Кому я говорил, что могу вертеть тобой, как хочу? Мне только захотеть, и ты сейчас побежишь бить морду всей этой артиллерии. Не суйся ты со своим тиром, я же тебя одной левой обштопаю. Будь умницей, мальчик, спрячь денежки в карман. Как я, на Гавайях стреляют от силы человека два-три.

– Если я сам не захочу, ты меня ничего не заставишь, – упорствовал Старк.

Тербер постучал пальцем себе по виску.

– Учись соображать, техасец. Главное – это соображать и не терять чувства юмора. Под моим руководством ты бы за три месяца выбился в офицеры.

– На черта мне в офицеры?! – возмутился Старк. – Ты меня не оскорбляй! Я, старшой, и без этого проживу. Как-нибудь не пропаду.

– А вот тут ты, техасец, не прав. Я же тебя, дурака, чему пытаюсь научить? Главное – результат. Сам не захотеть, никто твою гордость не оскорбит. А офицера я бы из тебя сделал в два счета.

– Обойдусь без твоих одолжений.

– Так как, техасец, не раздумал со мной стрелять?

– Хоть сейчас.

– Отлично. – Тербер хитро усмехнулся. – Тогда идем к Мому. По десять выстрелов в любую карту из колоды. Оба ставим по сто зеленых. Залог сдадим на хранение Мому. – Он презрительно швырнул под нос Старку его влажную от пота пачку. – Спрячь, пока не сперли.

Старк добавил к сотне отложенные тринадцать долларов и начал запихивать разбухшую пачку в карман брюк. Пока он возился с деньгами, возле стойки вновь появилась Роза: она шла принимать очередной заказ, и ее бедра соблазнительно покачивались в такт шагам.

Когда она поравнялась с ними, Тербер внезапно нагнулся с табурета и легонько ущипнул ее. Роза застыла как вкопанная, потом развернулась и занесла руку для удара. Тербер спокойно, даже не сдвинувшись с места, поймал левой рукой ее запястье. Она по-кошачьи выбросила вперед свободную руку, нацелив длинные, красные как кровь ногти прямо ему в лицо. Тербер, улыбаясь, так же спокойно перехватил ее руку своей правой. Вытянутыми крест-накрест руками он удерживал Розу на расстоянии от себя и вызывающе ухмылялся.

Ей было не вырваться, и от злости она попыталась лягнуть его в пах. Изящно и легко – казалось, это не стоило ему ни малейших усилий – Тербер повернул правую ногу внутрь, и удар пришелся ему в колено. Девушка потеряла равновесие и беспомощно задрыгалась у него в руках. Тербер невозмутимо держал ее, позволяя ей трепыхаться, сколько влезет.

– Спокойно, детка, – с довольной улыбкой сказал он. – Я тебя не трону. Ты женщина моей мечты, только не надо меня так возбуждать. А то ведь не утерплю и буду любить тебя прямо здесь, на полу.

Роза оскалилась и смачно плюнула в него. С увертливостью боксера Тербер отклонился влево, и плевок пролетел мимо и попал в Старка, прямо ему на рубашку.

Все это произошло молниеносно. Старк еле успел оторвать глаза от пачки денег, которую все еще запихивал в карман.

– Сукин сын! Сволочь проклятая! – захлебываясь, шипела Роза.

Айра Берни и его дружки уже поднялись из-за стола.

– Эй, ты! Так с дамой не обращаются! – крикнул штаб-сержант.

– Точно, – поддакнул один из дружков. – А ну отпусти ее!

Тербер поглядел на них с насмешливым изумлением.

– Еще чего! Чтобы она мне глаза выцарапала? Ты, друг, соображай, что говоришь… Спокойно, детка, – приказал он Розе, которая продолжала вырываться. – Тебя так ненароком удар хватит.

Четыре артиллериста разом двинулись к нему через зал, как шеренга автомашин, одновременно тронувшихся на зеленый свет светофора.

Тербер укоризненно покачал головой:

– Но-но, ребята, не будем.

– Сын проклятый, сукин сволочь, – самозабвенно шипела Роза.

Небрежно, словно выкидывая не нужную ему больше вещь, Тербер отшвырнул Розу в сторону, и она шмякнулась об стенку, а сам кровожадно ринулся навстречу четырем артиллеристам с такой стремительностью, что те растерялись, Огромный кулак Тербера, вобрав в себя весь вес его тела, хищно выпрыгнул вперед и с хрустом вмазал в нос штаб-сержанту. Айра ударился спиной о кабинку и съехал на пол, из носа у него хлынула кровь. Тербер свирепо взревел и грудью пошел на трех дружков.

Роза, отскочив от стенки, точно боксер от канатов ринга, уже штурмовала Тербера со спины, ее когти впились ему в шею, мелкие острые зубки норовили куснуть за ухо.

Штаб-сержант поднялся с пола, пару раз тряхнул головой и снова бросился в драку. Старк, до этой минуты обалдело сидевший за стойкой, встретил его точно рассчитанным ударом: мощная рука начальника ротной столовой молнией рассекла воздух, как хлыст. Айра опрокинулся навзничь, судорожно дрыгая ногами. Сзади стоял стол – проехав по нему спиной, Айра долбанулся головой о стену и так и остался лежать на столе.