Поцелуй небо (ЛП) - Ритчи Криста - Страница 13

— Ты сегодня противный, Коннор.

— У меня есть лимит на всякую хрень. Магия перевешивает чашу весов.

— Это не магия, — легко возражает мадам Шармейн. — У меня есть видение.

Коннор делает паузу.

— ...как я и говорил.

— Почему никто из нас ещё не встречал твоего парня? — спрашиваю я у Дэйзи, пытаясь направить разговор в нужное русло, чтобы Коннор не выглядел бóльшим мудаком, чем он есть на самом деле. Но у меня предчувствие, что Скотт выставит его в самом невыгодном свете, несмотря ни на что.

Прежде чем она успевает ответить, Райк шепчет ей на ухо, и они оба одновременно встают. Мы все в напряжении, пока Райк не садится на пол, занимая её место, а она устраивается в его кресле, скрестив свои ноги.

С Райком бывают хорошие моменты. Признаю.

— Дэйзи, — говорю я, — ты меня слышала?

— Да... эм... — она убирает волосы с лица. — Он не совсем тот парень, с которым можно знакомить близких.

— Значит, по сути, ты просто трахаешься с ним, — выдаёт Райк.

О, смотрите, кажется, хороший момент прошёл.

По крайней мере, я могу предположить, что он не станет подкатывать к Дэйзи из-за её возраста. Думаю, он скорее бросится под машину, чем замутит с ней.

— Не при камерах, — советует Коннор.

Райк показывает ему средний палец и вдобавок бросает на него прищуренный взгляд.

Я чувствую, как грудь Коннора вздымается от раздражения.

— Даже не знаю, почему меня это заботит, — говорит Коннор. — Все равно никто тебя не поймет. Ты материшься через каждое слово. Они буквально вышвырнут тебя из шоу.

— И это сделает тебя таким чертовски счастливым.

— Я был бы ещё счастливее, если бы мог привязать тебя к крыльцу и оставить там. Я бы даже был достаточно добр, чтобы бросить тебе косточку от стейка, чтобы ты погрыз её.

Ло не может перестать смеяться.

Глаза Райка потемнели, когда он посмотрел на брата.

— Где твоя чёртова верность?

Его смех утихает, а губы опускаются.

— Ты слышал, что ты сказал Дэйзи? Честно говоря, как насчет того, чтобы никогда не поднимать вопрос о её сексуальной жизни. И тогда, возможно, я подумаю о том, чтобы встать на твою сторону.

— Ребята, — Дэйзи взмахнула рукой, чтобы привлечь внимание снова на себя. — Я не сплю со своим парнем. Я просто не хочу, чтобы кто-то из вас с ним знакомился. Он немного туповат.

Челюсть Райка напрягается.

— Он туповат? Тогда какого хрена ты с ним?

Дэйзи пожимает плечами и избегает его темных глаз.

— Он хороший.

Скотт внезапно придвигается ближе ко мне, его бедро прижимается к моему. Я хочу прижаться к Коннору, но я не хочу выглядеть напуганной Скоттом. Поэтому я остаюсь на месте и чувствую его теплое дыхание на своем ухе.

— Тебе следует пойти следующей. Посмотрим, что ждет тебя в будущем.

Я ощетиниваюсь при мысли о том, что мне скажут что-то вроде «кто-то, кого ты любишь, скоро умрет» или «ты выйдешь замуж за глупого человека». Коннор может не верить в экстрасенсов, но какая-то часть меня всегда будет немного суеверной.

— Мадам, — зовет Скотт, прежде чем я успеваю его остановить. — Роуз хотела бы пойти следующей.

— А потом ты? — спрашивает Коннор. — Мы все хотели бы знать, когда ты умрешь.

Мышцы на челюсти Скотта дергаются.

Мадам Шармейн подходит к нашему дивану и опускается передо мной на колени. Она берет мою руку и тщательно сканирует линии на моей ладони.

— Ммм.

Мне не нравится всякие «ммм». Они звучат как неразборчивое бормотание ребенка, что эквивалентно втыканию острой иглы в мое ухо.

— Я думаю... что на картах у меня будет лучший обзор, — она достает из кармана перетасованную колоду. — Раздели пополам. Не переворачивай их.

Я делаю, как она говорит, наугад разделяя колоду, фиолетовые полумесяцы напечатаны на обратной стороне каждой карты.

Она возвращается на свой пуфик рядом с кофейным столиком и начинает переворачивать карты лицевой стороной вверх. Я не могу рассмотреть ни один из рисунков, но мне кажется, что на одном я вижу белого единорога, от чего Коннор закатывает глаза.

Несмотря на это, он переплетает свои пальцы с моими и целует костяшки, как будто мне нужно дополнительное успокоение, прежде чем она раскроет моё будущее.

Она переворачивает последнюю карту.

— Я вижу, — говорит она и кивает. — Ты очень плодовита. Я чувствую двух сильных мужчин в твоей жизни, возможно, у тебя будут мальчики-близнецы.

Она, должно быть, прикалывается.

Ревущий ребенок — это для меня личный круг ада. Когда моя старшая сестра, Поппи, родила ребенка, я не признавала свою племянницу до тех пор, пока она не научилась строить внятные предложения. У меня нет ничего общего с детьми. И никому не нужно говорить, что я буду ужасной матерью. Я знаю, что это правда. Именно поэтому я планирую никогда не заводить детей.

— Заберите свои слова обратно, — огрызаюсь я.

— Я не могу вернуть предсказание.

— Это не сумка, Роуз, — вклинился Коннор, его губы приподнялись. — Это твоё будущее.

Его веселье ощутимо.

Я показываю на него пальцем.

— Просто. Заткнись.

Коннор хватает меня за руку и говорит: — Я не буду в это верить, если ты не будешь.

Он не кажется расстроенным моим заявлением (технически я уже высказывала свое презрение к детям, так что это не должно быть сюрпризом), но странно то, что я жажду правдивого ответа. Его честности. Я знаю, что он не поделится этим сейчас, не тогда, когда кругом камеры и Скотт сидит рядом со мной.

— Договорились, — говорю я.

Экстрасенс щелкает языком.

— Мне кажется, я улавливаю чью-то энергию. Она очень чёрная, очень тёмная, совсем нехорошая.

— Она точно от Коннора, — говорит Лорен, подмигивая.

Коннор и в правду улыбается, и, насколько я могу судить, искренне.

— Нет, — говорит мадам Шармейн. — Это от неё.

Она смотрит прямо на Лили. Нет, нет, нет.

— Ты скоро выходишь замуж, не так ли?

Лили сползает вниз по дивану, чувствуя себя неуютно от такого внимания, особенно когда Бретт и Бен направляют на нее оба своих объектива.

— Да, — говорит она сипленьким, слабым голосом.

Ло ставит их бумажные тарелки на журнальный столик.

— Ну ладно, — говорит Коннор, вставая и приближаясь к экстрасенсу. — Думаю, этого волшебства достаточно для одной ночи, — он кладет руку на локоть мадам Шармейн, и она приподнимается от давления. — Было действительно приятно познакомиться с кем-то, кто увлекается драматическим искусством, но я думаю, Вам пора уходить.

Лорен одними губами говорит Коннору «спасибо», а затем гладит Лили по спине.

Но Скотту обязательно нужно всё разрушить, когда он встает.

— Я отвечаю за продакшн, Коннор. Я говорю, когда эти мероприятия заканчиваются, — он смотрит на часы. — И у нас есть ещё десять минут.

Как по команде, мадам Шармейн задает свой следующий вопрос Лили.

— Эту свадьбу, ты же не хочешь её?

— Что? — глаза Лили расширяются. — Нет… — она смотрит на Лорена. — То есть, да. Да, я хочу этого. Почему бы мне не желать этого? — она бросает тревожный взгляд на камеру. — Я... я так сильно люблю Ло. Он мой лучший друг…

— Эй, — говорит Ло, притягивая её к своей груди и затем устраивая у себя на коленях. — Ты не должна ничего говорить этой старой карге.

Райк качает головой и бормочет себе под нос: — Он только что назвал ее старой каргой?

— Ага, — говорит Дейзи.

— Блядь, просто фантастично.

Лили выглядит неважно. Её плечи поддались вперед, словно она дрожащий щенок, попавший под дождь. Я встаю рядом с Коннором.

— Хорошо, мадам… — я даже не могу произнести её имя, не закатив глаза. — …либо Вы уходите раньше… — я бросаю взгляд на Скотта, прежде чем он успевает возразить, — либо прекращаете приставать к моей сестре.

Но её губы снова раскрываются.

— Зачем тебе выходить замуж, если ты полна опасений? — спрашивает она Лили.

Я убью Скотта! Если он подсунул эти вопросы... Я издаю небольшой рык, и Коннор кладет руку мне на плечо. Я хочу выковырять глазные яблоки Скотта своими ногтями. А затем раздавить их острием каблука.