Натуральный обмен (СИ) - Семакова Татьяна - Страница 25

Я тихо охнула, не ожидая такого напора, ожидая поцелуя, но Вася замер в сантиметре от моего лица, а я начала лихорадочно соображать, что делать дальше и как выкрутиться из щекотливой ситуации. Васька мне нравился, всегда. Как человек, как мужчина, чисто внешне, но я никогда не испытывала к нему никакого влечения и сегодня во мне явно говорил коньяк и обстоятельства.

— Смотри, какая штука, — сказал тихо, обдав меня горячим дыханием, — поцелуем дело не ограничится. Я не остановлюсь. Решай.

— Я замужем, — пискнула в ответ, сдрейфив.

— Иди спать, — посмеялся, ослабив хватку, — замужем она… — я тут же подскочила, стремительно покидая гостиную, а он добавил мне вслед: — Второй этаж, вторая дверь налево.

«Надеюсь, это не твоя спальня…» — подумала мимоходом, стрелой поднялась на второй этаж, зашла в указанную комнату, явно гостевую, закрыла дверь и подперла её собой.

Сердце долбит, во рту пересохло, трясёт всю от волнения. Стыдно ещё, чёрт, стыдно-то как! Мало того, что попросила себя поцеловать, так ещё и удрала! Долбаный коньяк!

Легла на кровать прямо в одежде, накрыла голову подушкой и очень качественно притворилась мёртвой. Уснула.

Глава 8

Как же было неловко… Утром, спустившись вниз, увидев его за столом, лениво жующим яичницу в одних шортах.

— Жарко сегодня? — спросила невпопад и торопливо отвела взгляд от его голого торса.

— Уже двадцать пять, — ответил обыденно. — Сначала по магазинам?

— Угу, — промямлила в ответ и пошла к холодильнику.

Ливанову я уже позвонила, отгул получила и на ближайшие дни была абсолютно свободна.

— Завтракай, я сполоснусь, — сказал, поднимаясь.

Положил тарелку в мойку, я на автомате помыла её, быстро соорудила бутерброды, налила кофе и развернулась, вздрогнув и выпалив:

— Твою мать, Марина!

— Да вроде получше стало, — хмыкнула подруга, коснувшись синяков под глазами. — Долго вчера сидели?

— Да около часа, не больше, — буркнула в ответ, — прокатимся по магазинам, потом на ферму, потом к Попову. А ты завязывай бухать, сама на себя не похожа уже.

— Да, мам, — хмыкнула в ответ, — а вообще, я в отпуске. И тут скука смертная, чем ещё заниматься?

— Ты совсем ничего не помнишь из того вечера на ферме? — спросила серьезно, а она поморщилась:

— Я помню всё. Орали, стреляли, но толком ни черта не понятно. Виталик за каким-то хером потащил меня в лес, типа, на случай, если ты внезапно вернёшься и обломаешь кайф, не могу сказать, что пришла от этого в восторг, но душу жгло и я согласилась. Процесс в самом разгаре, он явно никуда не торопится, а потом началось такое, что стало уже не до чего. Но вот что конкретно орали… междометия какие-то. Ищи да ищи… кого, чего — не ясно. Но шарили под каждым кустом, в каждый дом зашли после главного здания.

— В каждый? — переспросила растеряно, а она кивнула уверенно:

— Даже в тот, что пустовал.

— Но я тоже везде была, дождь, грязь, а следы только мои… — пролепетала в ответ, а Марина хмыкнула:

— Значит, они сообразительнее и разулись.

Я нахмурилась, задумавшись, а со второго этажа спустился Вася, спросив без затей:

— Погнали?

Кивнула, оставила чай и бутерброды Марине, молча порадовалась, что походная косметичка всегда при мне, вышла из дома, вдохнула поглубже и отбросила все нелепые мысли. Коньяк есть коньяк.

Идея заехать к Попову на чай с плюшками по утру так же не выглядела особенно привлекательной, но идти на попятный было поздно. И делать этого в сопровождении Васи точно не следовало.

Села в машину, пристегнулась, а Вася лихо выехал через открытые ворота. Деловито нажал кнопку на пульте, не сбавляя хода, и поддал газу, стремительно разгоняясь и игнорируя лежачие полицейские.

Я проложила маршрут через все магазины, стараясь построить перемещения так, чтобы не кружить особенно по городу, и спросила ненавязчиво, чтобы разбавить тишину:

— Вась, а чем ты занимаешься?

— Тачками, — пожал плечами в ответ, — четыре салона по области, по всем сторонам света, три в черте города.

— Не дурно! — воскликнула уважительно.

— Год был продуктивным. Надо было чем-то занять мозги и руки.

— Ясно, ясно… — покивала задумчиво и уточнила невзначай: — А куда ты коноплю из оврага дел, а, Вась?

— Хера се предъява! — возмутился в ответ и бросил на меня суровый взгляд.

— Ну ты ж сам сказал, что следил… значит, видел, значит, мог забрать.

— Понял, куда вы путь дорожку держите и развернулся. На просёлочную не съезжал, там спалиться проще простого, в этом чахлом лесу — тем более. Так что оставь эту гениальную идею. К тому же, она мне ну вот вообще не упала. Деньги плёвые, сбыть трудно, а она ещё и сырая — двойной гемор. На такое дерьмо мог позариться только какой-нибудь кретин без гроша в кармане.

— По твоей логике выходит, что и Олегу с Максимом она не нужна.

— Ну, тут бы я не спешил… — ответил задумчиво, — зависит от оборотов. Поставщиков всего тридцать семь. Есть совсем мелкие, есть покруче. И если у каждого по такому амбару или по нескольким… ну, ты поняла. Не обязательно даже в розницу барыжить, мешком тоже вполне можно сбагрить, у нас на это дерьмо с некоторых пор наметился дефицит.

— На траву? — удивилась, а Вася едва заметно ухмыльнулся:

— На наркоту в целом.

— Интересно… — пробормотала задумчиво. Неужели Попов сдал?

— Ты б не влезала, Милк, — поморщился в ответ, — я не только тачками занимаюсь, кое-что слышал, кое-что видел. Помнишь домик где тебе ногу вправляли?

— Ну… — я нахмурилась и напряглась, слегка развернувшись к нему.

— Гну, — хмыкнул в ответ, но продолжил серьезно: — Не просто так на въезде предупредили. А вместимость там приличная. В городе неспокойно, поэтому я за тощий зад дорогой бывшей супруги и трясусь. Полезла куда не следует, сыщик доморощенный. И, уверен, что-то недоговаривает. Мне не доверяет, тебя впутывать боится, а самой страшно. Поэтому и гипсом размахивала и сидит смирно, хотя могла бы свалить, я ж её не пристегиваю, в конце концов.

Я затихла и стала перебирать в голове все события, начиная с момента, когда она настойчиво начала звать меня на ту ферму. Допустим, она хотела попасть туда, чтобы сунуть нос под каждый куст, тащить меня в этом случае было совершенно не обязательно. А шарилась она там очень старательно. Не брезговала никакой работой, хотя, вообще-то, даже пыль вытирает с неохотой, когда следы пальцев на мебели начинают бросаться в глаза. И тот момент, когда я пришла из домика, когда она сказала, что теперь понятно, к кому я бегала. Именно «к кому», она сама себя поправила. Даже если она знала, что Максим бронировал дом на ферме, откуда могла знать, что обосновался он в домике в лесу? И потом, выстрелы я услышала из леса, уже на подходе к ферме, мог ли Максим услышать их из дома?

— Вась, у тебя пистолет есть? — спросила, вновь развернувшись.

— Допустим, — ответил осторожно, — тебе зачем?

— Хочу провести следственный эксперимент… — пробормотала пространно.

— Пояснения будут? — буркнул недовольно, а я отрицательно мотнула головой, забыв, что он, вообще-то, на дорогу смотрит. Реакция не заставила долго ждать, Вася сказал язвительно: — Зорька, ау! Помычи, чтоб я знал, что ты в сознании.

А я насупилась и открыла карту на телефоне, сверяясь с маршрутом.

— Через пару минут первый магазин, — сказала вкрадчиво.

— Я в курсе! Что там за эксперименты?

— Ты выстрелишь, я послушаю, — ответила, чтобы отстал, но вопросов и комментариев стало ещё больше:

— И нахрена? Ты понимаешь, что кроме тебя может кто-то услышать? Скажи что хочешь этим проверить и придумаем другой план. И откуда ты собралась слушать? Из дома того? А я, типа, должен быть на ферме… не, не покатит. Будешь там слоняться одна, а мне жди сиди, хер знает кто там ещё шарится рядом с тем амбаром. Короче, нет. Забудь.

— Ладно, — пожала плечами в ответ, — попрошу кого-нибудь ещё.