Инквизиtor (СИ) - Домина Елизавета - Страница 25

― Елена, добрый вечер! ― Аня понимала, что общение должно быть кратким.

― Анна, здравствуй! Ты как здесь оказалась? ― Елена в смятении не могла понять: то ли стоит предложить присесть к ним за столик, то ли встать самой.

Пётр, рассчитавшись с официантом, резко поднялся, подошёл к Ане, схватив её под руку, потащил в сторону выхода.

Они ехали в машине молча. Апостол чувствовал свою вину, но объясняться желания не было. Включил громко музыку, опустил стекло, свежий ветер порывом залетел в салон, вихрем взъерошив волосы Анны.

― На смотровую? ― подмигнув, спросил он, сделав вид, что ничего не произошло.

Аня, откинув волосы с лица, скорчила обиженную гримасу:

― На смотровую!

Искупление

Апостол и Анна смотрели на огни ночного города, холод мраморных объёмных перил, снижал зашкаливающее между ними напряжение. Аня осознавала, что она должна дать понять мужчине, что с ней не стоит так обращаться. Пётр, в ожидании начала разговора, искал мысленно объяснение, которое лишит его необходимости переживать, что когда-нибудь возлюбленная догадается, что он знаком с Еленой. В горле комом застывали слова. Мужчину волновало, что психолог разрушит их отношения рассказом о том, что Анна ‒ Объект для него. Девушка скрестила на груди руки, демонстрируя, что она закрылась от мужчины.

― Замёрзла? ― Пётр решил начать разговор первым.

― Нет, я просто не могу понять, в какой момент ты решил, что я ‒ твоя вещь? ― Анна пристально вглядывалась в серые, всё ещё колкие, глаза Апостола.

― Анют, я тебя очень прошу, не надо сейчас на эмоциях портить наши отношения, ― мужчина, обнял девушку за плечи, притянул к себе, почувствовал мелкую дрожь в её теле. ― Тот мужчина за столом, к которому ты подошла, кто он?

― Я не к мужчине подошла!

В руках Петра Анна казалась совсем хрупкой и маленькой. Повернулась лицом к городу, почувствовав, как он прижал её ещё сильней, и его горячее, ровное дыхание греет ей затылок. Мужчина вдохнул аромат волос, поцеловал в макушку. Он понимал: выбранная стратегия успешна, стоит сослаться на ревность в этой нелепой ситуации.

― Ты стояла рядом с ними, он глаз с тебя не сводил, что я мог подумать? ― вкрадчиво произнес он.

― Я не к нему подошла, я подошла к Елене ‒ она психолог! Я занималась с ней несколько сеансов. ― Анна поняла, что сказала лишнее. Она не готова пускать Петра в душу.

― Психолог, зачем тебе она? Тебя что-то беспокоит? ― Намеренно напряг руки, чтобы создать эффект волнения. При этом глубоко внутри мужчина был рад ‒ инцидент исчерпан.

― Уже не беспокоит: мы закончили с ней терапию. Больше не подставляй меня перед знакомыми, ― Анна отошла от мужчины, облокотилась на широкие перила.

Она отдаляется от него, их мнимое взаимопонимание и радостное забытье улетучилось вмиг. Напряжение ушло лишь частично. Аня не могла забыть серое лицо Петра. Он обратил внимание, что первая претензия и условия ему уже выставлены. А ещё он заметил, как постепенно сужается ореол вокруг девушки, меняя краски на более тёмные оттенки. Причиной тому был он. Он разрушает её. Стоило снизить немного дистанцию и прижать к себе это хрупкое создание, как она, словно индикатор, погруженный в абразивную среду, поменяла цвет. Мужчина подошёл к перилам, наклонился, вглядываясь вдаль. Ещё утром ему казалось, что вернувшись сюда, он испытает те же ощущения, как в студенческие годы, но теперь понял другое.… Из-за ситуации, которая произошла, для него смотровая теперь всегда будет памятью об Анне и этом разговоре. У него украли ещё один ключ к себе настоящему.

Громкая музыка и шум мотоциклов прервали их молчание. Площадка заполнилась байкерами. Ветром принесло аромат кожаных курток, пластика и машинного масла. Спутницы мотоциклистов спрыгивали с байков, весело общались. Петра взбодрила возможность вынырнуть из тугой трясины недопонимания. Он посмотрел на Анну, она наблюдала за компанией, ореол постепенно возвращал перламутр и свои прежние размеры.

― Тебе нравится? ― удивленно спросил он.

― Это ‒ моя мечта детства! ― Анна по-детски глубоко вздохнула, дав понять обречённость осознания невозможности исполнения мечты.

― Ты хочешь байк? ― Пётр готов был хоть сейчас ехать в ближайший салон и сделать ей подарок. ― У тебя есть права?

― Нет, ты меня не понял, я не хочу байк! ― Аня капризно топнула ногой. ― Я хочу просто прокатиться.

― Малыш, с чужими дядечками я тебе не разрешу кататься, это небезопасно! ― Пётр был рад, что Анна так быстро отошла и вернула своё свечение.

― Кто бы сомневался, небезопасно или ты ревнуешь? ― Анна игриво посмотрела на Апостола.

― Не безопасно! Я могу позволить тебе прокатиться только с проверенным водителем.

Аня приподняла бровь, улыбнулась:

― У тебя есть такой? ― с сарказмом, прищурив глазки, девушка понимала, что Апостол зажат в угол.

― Есть, сейчас я ему позвоню, и он приедет! ― Пётр достал из кармана смартфон, разблокировал сенсор.

― Реально, ты сейчас реально? ― Анна подбежала, схватила мужчину за свободную руку и чмокнула в щеку.

Апостол ожидал ответа абонента.

― Мирон, добрый вечер! Спишь? ― подмигнул Ане. ― Хорошо, ты на байке вроде сегодня был. Можешь через час приехать в одно место, я тебе адрес скину, одна девушка, оказывается, с детства мечтает прокатиться. Отлично, ждём!

― Он реально приедет, и я прокачусь сегодня на мотоцикле? ― Аня дождалась утвердительного кивка. ― Ты ‒ волшебник!

Девушка подпрыгнула от радости, заверещала. Поднимая в верх поочередно полусогнутые руки, начала кружиться, покачивая в такт бёдрами. Странный танец победителя очаровал Апостола. Послышались одобрительные возгласы байкеров, обративших внимание на танец Анны.

― Поехали, нам успеть надо, ― собрав девушку в охапку, мужчина направлялся к машине.

― А куда успеть? ― Аня, продолжала подпрыгивать, словно Пятачок из мультика рядом с Винни.

― Анют, переодеваться едем, ты же не на каблуках собираешься кататься? ― мужчина открыл дверь, дождался, когда Анна запрыгнет на пассажирское сиденье.

Отправил Мирону сообщение, со знакомым для подчинённого адресом, включил радио, покачивая головой в такт музыке, вдавил в пол педаль газа.

Мирон после звонка начальника отправился в душ. Конечно, он догадывался, о какой девушке идёт речь. Оно и к лучшему: будет возможность увидеть Объект. Заодно рассеет эту надоедливую розовую завесу в глазах Петра Сергеевича, не придется в понедельник искать повод зайти к нему.

Выбрал для встречи селективный парфюм с чёрным тмином. Джинсы, футболка, кеды. Шлем, права, перчатки, ключи. Проверил сообщение от Апостола, ‒ предположения подтвердились: покатать надо Анну.

Апостол сидел в машине, продумывая варианты, как донести до Елены необходимость молчать в данной ситуации. Пока Анна отошла переодеваться, он решил позвонить психологу. Абонент в сети не зарегистрирован. Елена сменила номер: это огорчило! Он сможет выйти с ней на связь только при личной встрече. Рёв мотора оповестил о приближении Мирона. Расположение домов создавало усиление акустических звуков из сквозных арок. Вышел из машины.

― Пётр Сергеевич, доброй ночи!

― Доброй, Мирон! Извини, что потревожил в нерабочее время. ― Апостол протянул руку, поприветствовал.

― Не страшно, я как раз только домой зашёл. Где ваша девушка? Сделаем в лучшем виде! ― Мирон заглянул через стекло в салон авто.

― Анна сейчас выйдет, она переодеваться пошла.

Мирон обратил внимание на то, что Апостол назвал её не «Анечкой», при этом, перламутра уже было значительно меньше, чем в тот день в кабинете.

― Я так понимаю, прокатить надо совсем немного по набережной? ― смотря в сторону подъездной двери, уточнил Мирон.

― На твоё усмотрение, я вас тут подожду! Мечта у неё, оказывается, что тут поделать? Лучше уж с тобой, чем с посторонним. ― Пётр Сергеевич был отвлечён попытками понять, как договориться с Еленой.