Дурная кровь (СИ) - Жирохова Надежда - Страница 23

— Отпусти, — сиплю я.

Утыкаюсь ему в грудь руками, и пелена с его глаз спадает. Он как будто бы сам не осознает, что делает.

— Давай сюда документы, — парень практически вырывает их из моих рук и, подойдя к столу, достаёт ручку. А затем его взгляд опускается на экран с моим фото, и он напрягся всем телом.

Картер отпускает взгляд на документы и ставит размашистую подпись. Я жду ответа. Пристально смотрю на него, ощущая, как пол под ногами шатается.

Что это все значит?

— Можешь идти, — хрипит Картер, — документы останутся у меня. И да, не стоит заходить в мою комнату без стука.

— У тебя моя фотография на заставке, — произношу я.

Парень смотрит на меня с прищуром. Черты лица заострились, делая его похожим на хищника.

— Тебя что-то удивляет? — он выразительно приподнимает бровь.

Действительно? Меня что-то должно удивлять? Он вообще в своём уме? Я же не кинодива какая, чтобы вот так вот запросто светиться на экране у незнакомого мне парня.

— Где ты взял это фото?

— На просторах интернета. Я каждого работника досконально изучаю, прежде чем взять к себе в команду. Или ты подумала, что я тайно в тебя влюблён?

Черт, в лицо ударяет краска стыда.

Картер ухмыляется, а я ощущаю себя идиоткой. Я же действительно на секунду подумала…

— Нет, конечно, нет.

Проклиная все на свете, я уставилась на свои руки, чтобы скрыть волнение. Хотелось выскочить за дверь. Просто взять и убежать, как бы это глупо не выглядело. А затем открыть холодильник и запихнуть туда свою голову.

— Что-то ещё хотела?

— Нет, — отвечаю.

— Тогда, свободна, — отрезал он.

Я разворачиваюсь и иду к двери, спиной ощущая жар его взгляда. Наверное, я действительно сошла с ума. Сейчас мне кажется, что он глазами сдирает с меня одежду.

О, Господи! Дыши.

Мне все это мерещится. Я себя накрутила. Вообще с этим парнем даже воздух вокруг кажется другим. Он слишком пропитан его бешеной энергетикой, от которой мое тело словно один раскалённый нерв.

Я принимаю ванну и готовлюсь ко сну. В квартире слишком жарко. Распахиваю балконную дверь и забираюсь на кровать, не потрудившись укрыться одеялом. Глубокий сон наступает практически мгновенно. Прохладные простыни соприкасаются с разгоряченным телом. Мне кажется, что в комнате кто-то есть. Вся кожа наэлектризовалась и покалывает. Темные глаза, напротив, с поволокой смотрят на меня. Я слышу его дыхание, но не вижу лица. Его губы на моем теле. Мелкая дрожь сотрясает и дарит, ни с чем несравнимое, удовольствие. Он везде, повсюду. Я сладко выгибаюсь дугой, и громкий стон вырывается из моего горла. Так порочно и самозабвенно я отдаюсь этому парню. Как будто в последний раз. Его глаза бездонные, темные, порочные. Зрачки расширены, дыхание хриплое. Я хочу рассмотреть его лицо, провожу по нему рукой, изучая черты, но этого мало. Я хочу видеть его всего. Зажмуриваю веки и вновь открываю, но по-прежнему темнота.

— Дай мне рассмотреть? Покажи себя, — шепчу ему.

Его взгляд становится тяжелым. Невыносимым. Как будто он хочет мне что-то сказать, но злится, потому что не может этого сделать.

— Эден? — вырывается из меня.

— Да, дефекты мозга тоналкой не замажешь, — хрипит он.

Звучит, как пощёчина, наотмашь. Я хочу распахнуть глаза, но у меня не получается.

— Ну же, вспомни меня, Тера! Вспомни! — рычит он.

А затем я захлебываюсь. Я в воде, она проникает через рот и нос. Дыхание спирает. Пытаюсь выплыть, но руки одеревенели. Меня тянет на дно. Слабый свет, виднеющийся вдалеке, меркнет. Я хочу плыть на него, но тело как будто сковали цепями.

Нет… нет… нет…

— Нет!— кричу, как ненормальная, и подпрыгиваю на кровати.

Мне не хватает воздуха. Пот струится по лицу и тело все липкое. Я поднимаюсь на ноги и выбегаю на балкон, пытаясь отдышаться. Чувствую себя паршиво. Делаю судорожные вздохи, ощущая, как кислород понемногу насыщает лёгкие. Мне чертовски плохо. Это все следствие моего прошлого. Кошмары стали привычкой. Как бы я ни пыталась вспомнить ту аварию, ничего не получалось.

— Дерьмо, — хриплю я в темноту.

Ветер ласкает мои оголенные плечи. Луна слабо освещает лужайку у дома. Здесь даже есть качели. Дома я всегда любила посидеть на качели с книгой в руках. В голову взбрела глупая идея спуститься вниз, но я понимаю, что время позднее, и скоро на работу.

— Тебя мучают кошмары? — тихий шепот заставляет меня подпрыгнуть на месте.

Я медленно разворачиваюсь и смотрю на одинокую фигуру парня, находившегося в самом темном углу. Туда не проникал свет, но силуэт я различила мгновенно. Как будто я снова вернулась в свой кошмар.

— Ты меня напугал. Что ты делаешь на моем балконе?

— У нас он общий, если ты не заметила. Моя задумка заключалась в том, чтобы даже самые одинокие находили время хоть с кем-то пообщаться. Это полностью мой проект.

— У тебя это неплохо получилось, вот только я одиночеством не страдаю.

— Действительно? — слишком хрипло.

— Да, у меня есть семья, родные, подруги, и парень, которого я люблю.

— Парень, значит, — его голос пропитан сталью, руки, неестественно, сжаты в кулаки, — ты с ним спишь?

— Это не ваше дело, — цежу, сквозь зубы.

— Не твоё. Я ненавижу, когда мне выкают, запомни правило номер один. Второе правило, всегда правдиво отвечать на любые мои вопросы.

— А что, если я откажусь?

— Я не буду тебя держать, вылетишь завтра же с позором.

— Ты же это несерьёзно? Может мне ещё рассказать какое сейчас на мне белье?

Поздно понимаю, что стою перед ним в одной тонкой сорочке и, как раз таки, без белья. Черт! Ночная сорочка прилипла к телу так, что не оставляет фантазий, что скрывается под ней. Я поздно пытаюсь прикрыться руками, и это смотрится нелепо.

Его глаза ощупывают мое тело и, судя по легкой ухмылке на губах, он успел все досконально рассмотреть. Картер шумно втянул в себя воздух, а затем сделал шаг в мою сторону. Мои щёки вспыхнули, в груди задребезжало.

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Да, я сплю со своим парнем. Доволен?

Картер подошёл ко мне вплотную. Опалил дыханием мое лицо. Я вижу, даже сквозь неясный свет, как венка вздулась и запульсировала на его виске.

— Удовлетворяет?

— Что?

— В постели он тебя удовлетворяет?

— Это действительно тебя волнует? Удовлетворяет ли меня мой парень в постели?

Картер прищурился. Некоторое время он молчит, наблюдая за мной. Я сжала руки в кулаки и впилась ногтями в податливую кожу. Моя реакция на этого парня удивляла и обескураживала. Я буквально дрожала всем телом, и эта дрожь была вовсе не от холода. Мне жарко, чертовски горячо. Ещё немного и превращусь в пепел. В то же время я сильно возмущена его поведением.

— Можешь не отвечать, я вижу, что нет. Ты хочешь саму себя убедить, что счастлива, но это не так. Ты хочешь ласки и тепла, — он проводит рукой по моей шее, и я сглатываю, — вот так, чтобы ни о чем больше не думать, а лишь отдаться этой страсти. Тебя всю трясёт. Чувствуешь?

— Я замёрзла, — вру, безбожно.

В моих венах забурлила кровь. Ноги за секунду стали ватными. Он как будто следит за каждым моим вздохом, а я понимаю, что рядом с ним я теряю рассудок. Как будто это не я. А совершенно другая девушка. Она порочная и раскрепощенная, совсем не похожая на меня.

— Ты не прав, я скромная и порядочная, и никогда не стану изменять своему парню.

— Действительно? Девственности тебя он тоже лишил? Или ты для этой роли выбрала другого?

— Конечно, он, даже не сомневайся.

— Да что ты говоришь?

На миг мне показалось, что он просто возьмёт и оторвёт мне голову. Глаза парня сверкнули в неконтролируемой агрессии. Его руки опустились на мою талию, и Картер с силой припечатал меня к себе.

— Такое ощущение, что ты пропустила одну ступень эволюции. И знаешь, я чертовски зол. Ты трусиха, Тера, тебе проще забыть и жить, как ни в чем не бывало, — хрипит он, с силой надавливая на мою талию. — А ты попробуй, как я, — говорит он, — каждый день, как будто сердце из груди вырывают. Попробуй бороться, а не прятаться за свою тень. Что, боишься, что на твою фарфоровую жизнь нагрянет ураган? Проще заменить ее на другую и притворяться, что у тебя все прекрасно. Да, Тера?