S-T-I-K-S. Человек из Пекла. Книга 3 (СИ) - Тимофеев Денис - Страница 107

К слову, Птаха волновалась на счёт раскрытия Даров зря. Её люди отнеслись к этому, во-первых, с пониманием, а в рейде, это во-вторых, даже с некоторым энтузиазмом, мол, вот мы какие, так что лучше сто раз подумайте, прежде чем задумать против нас плохое. Явно, конечно, это не показывалось, но умный догадается, а глупых среди рейдеров не было.

Люди Бесогона на фоне Охотников смотрелись, конечно, "блёкло", но у них и задачи совершенно иные и жизнь имела другой ритм. Так что, сравнивать их попросту глупо. При этом, если не брать в расчет Дары, бойцами рейдеры Бесогона были сверх всяких похвал, что уже не раз доказывали.

Невольно Дима сравнивал всех их с собой и с бойцами Артели в стабе. И пришёл к выводу, что Мятный своих людей, основной состав, во всяком случае, готовит лучше. Всё же он до мозга костей военный специалист и прививает именно военную дисциплину и науку. Но те же Охотники "выезжают" за счёт опыта проведённых в Стиксе десятилетий, а вот группа Бесогона уже нет. Другим моментом являлись именно Дары. И если один на один Дима одолеет любого из Охотников, то со всеми сразу уже не справится. Вдвоём с отцом, возможно, но полной уверенности нет. Разумеется, без критичных потерь и Охотники не обойдутся, но победа в гипотетическом конфликте останется, скорее всего, за ними. И это ещё при условии, что нападение не будет неожиданным, в спину, так сказать. В этом случае, вообще, без вариантов. Впрочем, если в спину ударят Дима с Горцем, не сдобровать уже Охотникам. Что интересно, понимали это и Птаха со своими. Она даже, на одном из привалов, когда уже шли обратно в Гвардейский, прямо и заявила, мол, "надеюсь, нам никогда не придётся оказаться по разные стороны баррикад". И воспринимать эти слова можно было совершенно по-разному. И как угрозу или предупреждение и как опасение и уважение возможностей Димы и Горца. Кое-что из своего арсенала показали, конечно же и они. К примеру, всех без исключения поразила филигранность в использовании Медоедом и его отцом Кинетики, а так же разностороннее применение этого, казалось, абсолютно понятного и простого Дара. Тот же Пастух обзавидовался, он-то мог только "вломить" или щит выставить с одного направления. К этому добавить ещё и Невидимость, которая у Горца, в отличие от Пастуха, была практически абсолютной, не скрывала, разве что от эмпатии, тоже добавила повод для "белой" зависти. И это всё не считая остальные его возможности.

Медоед больше всего удивил Охотников Сдвигом и возможностью убивать им не видя цели. Ну а во владении клинками, что короткими, что мечами, люди Птахи и вовсе проигрывали обоим по всем статьям, пусть даже и имели огромный опыт, дело тут было в банальном отсутствии у них квалифицированного, скажем так, учителя. Опять же, компенсировала Охотникам отсутствие "правильных" навыков обращения с холодняком их скорость. Это так же, как и с Горцем в рукопашной. Медоед знал, как драться, а отцу в "рукомашестве" помогала реакция и та же скорость.

Стоило отметить и Анжелику, её Купол тоже поразил Охотников. Минута с лишним абсолютной безопасности с возможностью воздействия на противника при этом. Что интересно, даже Телепорты рейдеров, ни один не не сработал. Испытания, кстати, заставили всех понервничать. "Копия" Лиса при соприкосновении с куполом мгновенно лопнула, вызвав спонтанное перемещение рейдера. Горец "выпал" из Телепорта на границе Купола и выглядело это, словно на скорости впечатался в стену. Благо, у обоих обошлось без травм и вообще без повреждений. Вот смеху было бы, убейся он, как говорится, об стену… Птаха видя неудачи напарников, разумно решила не пробовать.

Отметили Охотники и "эфирный" Дар девушки. При чём не резали её даже клинки из скреббера. Проверили сначала на кончике пальца, а затем, под недовольство Димы и на самом пальце. Обошлось. Пришёлся к месту и крайний Дар Анжелики. У Аспирина и Птахи имелись дезориентирующие Дары. И они против девушки сделать ничего не смогли. Не подействовала и Контузия Медоеда. А что удивило больше всего, не сработал и Отвод глаз Бесогона. Птаха, поцокав, спросила даже при каких обстоятельствах Дар был получен. Но развёрнутого ответа не дождалась, Анжелика, взглянув на Медоеда и Бесогона с Кумаром и Лексой, ограничилась лишь одним словом, "нарвались".

Пришлось так же, что Горцу, что Медоеду, показать и воздействие своего "давления", чтобы в драке это не стало неожиданностью. На этом моменте Охотники, все без исключения, крепко задумались, а Дима с отцом пришли к выводу, что, скорее всего, им эта демонстрация напомнила о скребберах. Чудища тоже начинают "давить" и "выворачивать наизнанку", но на порядки мощнее, хотя при желании и отец с сыном могут "разогнать" воздействие до почти тех же величин. Разумеется, и Дима с Горцем далеко не на всю мощь использовали это свойство эмпатии, но для сравнения хватало. Кстати, Медоед до этого пытался пробудить эту способность и у Анжелики, но пока ничего не выходило, она никак не могла "разыскать" в себе своего "зверя", но Дима был уверен, что он есть и рано или поздно у девушки получится.

В остальном, по большому счету, рейдеры друг о друге всё узнали за прошедший месяц. Эти же три дня прошли и вовсе одним моментом. Мыслями рейдеры уже "отправились" в Пекло и каждый из них понимал, что может не вернуться, но они не отступали, не возникало и тени того страха, который источит душу и сделает слабее. Имелся другой, рациональный и понятный, который вполне можно держать в узде и который заставляет лишь крепче стиснуть зубы и продолжать дело.

Новость о гибели почти всего отряда Институтских, мягко говоря, ошеломила всех "причастных". Вот они, первые потери. И потери очень глупые и ненужные. Хрен с ней, с бомбой, как ни крути, а жаль было именно людей. По-человечески жаль. Отдали свои жизни, можно сказать, ни за что, из-за чьих-то меркантильных планов, из-за сволочной, мерзкой и грязной стороны человеческой души, которая здесь, в Стиксе, раскрывается на всю свою глубину.

Конечно, Институт это просто так не оставит, найдут настоящих виновных и с особой жестокостью, показательно покарают. Достанется наверняка и всему Холму, но погибших в той стычке это всё равно не вернёт.

Для Гвардейского большим ударом стала гибель Кондора. Его в стабе знала чуть ли не каждая собака, в хорошем смысле. Для поселения он сделал очень многое. И вот так глупо погиб. Ни за что и даже не за своих. Крикливая, когда ей сообщили о смерти любимого, на глазах состарилась лет на двадцать, а в баре "первую сотку" стали наливать бесплатно. На Базе тоже объявили траур и Мятный отложил рейд, разумно рассудив, что бойцы нормально выполнять свои обязанности в рейде не смогут, особенно кто лично знал Кондора ещё по временам, когда он командовал "Северянами". Да и для самого Мятного это стало ударом, как и для всех ближних друзей.

На несколько дней Гвардейский погрузился в траурное настроение. Конечно, жизнь на этом не остановилась и всё в стабе продолжало идти своим чередом. Возникли, разве что, подвижки в кадровом составе службы Охраны. Нюхача, как прямого зама Кондора, Зубр поставил на его место и так по цепочке вниз. Назначение это, конечно, не радовало, но и другого кандидата не имелось, пришлось Нюхачу занимать кабинет погибшего друга и соратника.

Для отправляющихся закрывать портал, гибель Институтских и Кондора тоже стала ударом. Всё-таки имелся расчёт на пополнение отряда бойцами Института, да и с двумя бомбами, как ни крути, возможности отряда расширялись.

Из выживших в той мясорубке только Столяр был в состоянии присоединиться к отряду как физически, так и морально. К слову, он сразу об этом и заявил. Хром тоже хотел, но раны не позволяли, а на восстановление, даже ускоренное за счёт знахарей, требовалось около двух недель.