Попал (СИ) - Дейнеко Никита - Страница 70

Достал револьвер и, выбив из барабана патроны, подал его Митьке. Тот взяв револьвер, подержал его в руках, по прицеливался в лежащую корягу и сказал:

— Зачем патроны вынул? Давай их сюда.

— Погоди! Чем сразу из него палить, нужно немного поучиться с ним правильно обращаться. Вон Архипка уже знает как. Ну-ка, боец! Правило номер один.

Архипка ухмыльнулся и отбарабанил:

— Правило номер один: никогда не наставлять на своих даже не заряженный пистоль.

— Вот это самое главное правило и его нужно выполнять всегда, иначе можно кому-нибудь и бошку прострелить. Правило второе: размахивать и грозить кому либо пистолетом тоже не надо. Доставать его нужно только в крайнем случае, когда нет другого выхода. Но если достал то стреляй сразу, лучше пальнуть мимо, чем дать повод твоему врагу засомневаться в том, что ты сможешь в него выстрелить.

— Ты чё Немтырь? Какие враги? — Антоха был неподражаем.

— Это сейчас у нас врагов, которых без пистолета не одолеть, нету. А вот пойдешь ты в тайгу за шишками, а тебя беглые каторжники встретят? И че тогда?

— Ладно! Хватит балаболить! Давай постреляем. — Нетерпеливо сказал Митька.

— Хорошо! Пусть Архипка первым стреляет, потом ты, за тобой Антоха с Платошкой, ну а я последний.

Митька неохотно протянул револьвер Архипке, а я подал патроны. Архипка довольно ловко вставил их в барабан и, подняв револьвер стволом вверх, спросил:

— Куда стрелять?

— А вон коряга и сук торчит. В сук и пали. Тут расстояние самое то для стрльбы из револьвера. Метров двенадцать-пятнадцать не больше.

Архипка, держа револьвер на вытянутой руке прицелился и первым выстрелом зацепил сук по краешку. Остальные четыре пули ушли в молоко. Митька, завладев пистолем, не совсем ловко выбил шомполом стреляные гильзы и, вогнав в барабан свои пять патронов, довольно быстро отстрелялся, ни разу не попав в сук, зато всадил две пули в корягу чуть ниже сучка. Антоха, повозившись с перезарядкой, послал свои пульки в сторону коряги, умудрившись попасть в нее одной почти в метре от цели. А вот Платошка снова удивил. Он не торопясь перезрядил револьвер и, так же не торопясь, отстрелялся, попав один раз в сук, причем ближе к центру.

— Молодец, Платоха!

Платошка, улыбаясь до ушей, протянул игрушку мне. Перезарядив, я прицелился придерживая рукоять левой рукой и не давая револьверу дергаться вогнал две пули в сук почти по центру. Затем, сделав три приставных шага в сторону, выстрелил еще два раза в движении и даже один раз попал. Последний патрон я решил выстрелить в классической дуэльной позе. Встал боком, навел свой пистоль на мишень и позорно промахнулся. Но несмотря на мой последний промах, парни очень впечатлились. Откуда им было знать, что в той жизни мне подарили на день рождения пневматическую копию «Макарова» и я извел чуть ли не сотню баллончиков с углекислым газом и тысячи две стальных шариков, стреляя из него на рыбалке, когда не было клева. Конечно пневматика это далеко не боевое оружие, но кое какие навыки я все таки получил. Да и здесь немного пострелял и с Архипкой, и когда золото один мыл.

Дня через четыре в село вернулся Савва Зырянов. Я несколько поднапрягся ожидая какой нибудь подлянки от его подельников. Но все было тихо и никто подозрительный в селе не появился. Дед взяв часть намытого золотого песка куда-то уехал вместе с Жабиным. Скорее всего поехали в Бийск, в надежде пристроить золотишко. По хорошему надо было бы попросить деда патрончиков к револьверам прикупить, но наглеть не стал. Сам собираюсь в Барнаул съездить, там и куплю.

Жабина, на предмет расплаты за совет спекульнуть хлебушком, напрягать не стал. Куда он денется. Тем более, что в этом году прибыль получили не большую, меньше пятидесяти процентов наварили. Видимо голод еще не слишком прижал и правительство не озаботилось массовой скупкой зерна, а значит и заоблачной цены на хлеб пока не будет. Вот на будущий год цены должны взлететь, по крайней мере в моем мире так и было, если так будет и здесь, то хитропопый деревенский «олигарх» с крючка не сорвется. Денежку с него слуплю.

Мы с парнями занялись изготовлением летающих пропеллеров. На дедовом токарном станочке с ножным приводом Антоха точил оси и втулки. С винтом было сложнее — его проишлось выстрагивать ножом. Чтобы винты получались одинаковые и более-мение сбалансированы, придумали несколько простейших приспособлений. Платошка с Архипкой строгали винты, я же как самый бестолковый и не умелый делал для них заготовки. Работали недолго, часа три. Остальное время тренировались и учились. Выпросив у Бабы Ходоры подшивку «Нивы», заставлял пацанов читать и писать, иначе забудут и так очень небольшую прививку грамотности. Сам читаю, привыкая к современной орфографии с дурацкими ятями, фитами и тому подобной ерундой.

Надо будет книжек прикупить в Барнауле, ну если там есть книжный магазинчик или лавка, а то я уже начинаю сомневаться в их наличии. А еще я парням преподаю арифметику, заставляю их учить таблицу умножения и считать в уме. Умственный счет хорошо детские мозги развивает, калькуляторов-то пока нет.

К Бабе Ходоре частенько захаживаю, поговорить с ней и Катькой, которая в учебе продвинулась гораздо дальше моих дуболомов. По итальянски со знахаркой чирикает и траволечение постигает, речь ее все грамотней становится и больше не бегает сплетничать. Некогда ей! Иногда и Архипка со мной к ним захаживает.

Кстати, Савватевна с ним после того случая с итальянцами сеанс гипноза провела по моей просьбе. Боялся я, что пацан не утерпит и начнет рассказывать о великом сражении в ее избушке. Поэтому она время от времени просит приводить пацана к ней для наблюдения и правки мозгов. Надо будет и Платошку с Антохой сюда привесть, пусть и им мозги немного вправит, а то тупят парни иногда.

Вот и сегодня мы с Архипкой, проводив девчонку, идем к себе домой. Осень на дворе. Темнеет быстро, фонарей в деревне нет, поэтому тащимся не спеша, чтобы со слепу в грязь не врюхаться. Я, чтобы зря не терять времени, кручу нунчаки — руки тренирую. Архипка молча бредет чуть впереди, о чем то задумавшись. Завернув за угол, натыкаемся на три темные фигуры. Слышу негромкое:

— Они!

Архипку хватают двое и, стукнув, скручивают. Я бью одного деревяшкой на цепочке по голове и, стараясь не задеть друга, луплю второго по рукам. Ударенный по голове молча оседает на землю, второй сдавленно матерится, но Архипку не выпускает. Крутанув нунчаки пытаюсь и второму врезать по башке, но боковым зрением улавливаю какое-то смазанное движение, пытаюсь уклониться, но не успеваю, получаю чем-то тяжелым вскользь по затылку и проваливаюсь в темноту.

Прихожу в себя от тряски. Голова раскалывается, но вспомнил все сразу и трепыхаться не стал, поскольку лежу носом в пол, на спине у меня стоят тяжелые сапоги, а в сапогах чьи-то ноги. Рядом валяется Архипка и трясет нас с ним неимоверно. Из чего я заключил, что мы едем, а точнее нас куда-то везут. Похоже влипли и влипли основательно. Вот блин идиот! Расслабился и меня подловили. Ладно меня, но ведь и Архипку подставил и деда, да вообще всех. И что я сегодня Кабая с собой не взял. Был бы пес с нами, вряд ли бы нас захватили. Хотя не факт. Кабая могли и грохнуть.

Ладно, хватит ныть, думать надо как из этой задницы выбираться. Так, что мы имеем? О! Это сюрприз! Меня даже не обыскали и не связали. Вот он дерринджер подмышкой и ножи в рукавах. Надеюсь и у Архипки револьверчик из-за пазухи не выпал. Вот тут-то вы ребятки прокололись и прокололись основательно и, если нам немного повезет, то можете очень сильно удивиться, прямо смертельно удивиться. Блин! Трясет-то как! Куда же все таки нас везут?

— Ну что Кила очухался? — Раздался над головой хриплый голос.

— Башка трещит, как с похмелья и блевать тянет. — Голос второго был тонок и жалок.

— Эй! Ты в пролетке не наблюй. А то пёхом пойдешь. — Послышился с облучка знакомый голос. А ведь это Пахом, зыряновский кучер и телохранитель. — Я ж вас предупреждал, чтобы вы были поосторожнее с мальцами. Так нет, вы сами с усами, вот и получили.