Фэнтези на мою голову! (СИ) - Кин Мэй - Страница 17

После пятого круга начались очередные неудачи. Или же продолжение: «Утро добрым не бывает»!

От быстрого бега глаза застилает пелена. Я толком не вижу, куда уходит дорога. Ноги заплетаются, больше не в силах совершать какие-либо движения. Дыхание и вовсе, как у собаки, которая мучается от жажды. Правда для пущего эффекта слюней только не хватает!

Но, что бесит меня больше всего, так это тот факт, что даже черноволосая стерва – Катарина (кажется?) бежит лучше, чем я! Про Ториана и его дружков, я вообще помалкиваю. Иначе, как они бегут и складывается такое чувство, словно эти ребята и вовсе не напрягаются! Их лица расслаблены и совершенно спокойны. А периодические ухмылки озаряют довольные лица!

Жесть!

Я чувствую себя, как кошка среди собак, или же, как мышка среди орлов. Короче, так и так, я чувствую себя не то, что неловко. О, нет. Я чувствую себя здесь лишней!

Восьмой круг.

Круг перед последним - девятым забегом. Я еле дышу. Уже не бегу, а скорее плетусь, дрыгая ногами, пытаясь барахтаться, то есть бежать. Хоть внутренний голос и продолжает напевать победные речёвки и вопить: «Не сдавайся!»

В какой-то момент я неожиданно равняюсь с Катариной. А может: она равняется со мной?.. Не факт. Девушка озлобленно смотрит в мою сторону, а затем улыбается. Словно это не она минутой назад мысленно душила меня! Затем обгоняет, убежав далеко вперед.

Я же пытаюсь понять, что это было, когда мысль: «Не к добру это» так и крутится в моей голове. Только мне настолько плохо, что думать или же настороженно смотреть по сторонам, прибывая в боевой готовности, элементарно нет сил. И, как оказалось, напрасно. Очевидно, что фраза «Держи ухо востро» должна соблюдаться без перерыва на «отдых», если у тебя в наличии имеются (или же появляются) недоброжелатели!

Я замечаю на ботинках непонятное пятно, похожее на слизь, которая словно жвачка, растягивается в стороны, оплетая мои ноги! Как итог: я теряю равновесие и заваливаюсь на землю. Благо успеваю выставить руки вперёд и не клюнуть носом, чтобы испробовать местной почвы!

Пробегающие рядом некроманты, вместо того чтобы быть нормальными людьми и помочь – оказываются ненормальными грешниками! Потому как лишь давятся смешками, глядя на меня. А кто-то подбрасывает весёлые комментарии! Когда странная жижа не спешит останавливаться на достигнутом и с каждой секундой поглощает мое тело с большим размахом!

Девятый круг заканчивается. Только вот никто из присутствующих так и не додумался мне помочь!

Я же вместо того, чтобы стоять с остальными и выполнять следующие упражнения, лежу пластом в зеленой липкой дряни, которая сковала моё тело напрочь!

— Да ж такое то, а? Что творится то?! Средь бела дня ведь, изверги! — начинаю недовольно причитать я, вспомнив старушек возле подъезда, когда они видят действия молодёжи, не согласованные с их действиями.

Снова пытаюсь пошевелиться, чтобы выбраться самостоятельно. Но бесполезно. Эта дрянь такая плотная и липкая, что при малейшем движении, еще больше сковывает моё тело, зарубив на корню какие-либо попытки освободиться!

А-а-а! Не хочу становиться мумией! Я ведь еще так молода!

— Золотарёва, позвольте поинтересоваться, чем вы тут занимаетесь? Я был очень удивлён, когда студенты сказали мне, что вы развлекаетесь, — вдруг слышу насмешливый голос декана, который собственной персоной сейчас стоит здесь, склонившись над моим обездвиженным телом и не моргает. Впрочем, как и я. Потому что в глазах этого мужчины скрывается неимоверное удовольствие. Ведь сейчас он наблюдает такую жалкую и смешную картину!

А-р-р…

Черствый некромант!

Где только таких берут?! Или нормальных учителей в априори нельзя брать в академию, чтобы они не лишись в первый же день своего здравого рассудка, от таких-то студентов «ангелочков»!? Хотя этому…этому и лишаться то нечего! Он, итак, бесчувственный псих и садист на всю голову! Такой сам: кого хочешь до белого каления доведёт!

Изверг!

— Ой, простите, — саркастично произношу я, взглянув на мужчину, наигранно похлопав глазами. — Мне тут так весело, что я, знаете ли, даже не могу пошевелиться от переполняющих меня эмоций! Хотите присоединиться? Правда, боюсь, этот кокон не выдержат вашей желчи!

— Золотарева! — рычит в ответ на мой диалог, склонившись надо мной ещё больше. — Думайте, с кем разговариваете и как!

— Мистер, как вас там…Сай!? Думайте, кем вы являетесь, а не злоупотребляйте своими полномочиями! — вторю я, но нотки обиды в моём голосе все же улавливаются.

Нет, это просто абсурд!

Этот мужчина ведет какие-то поучительные беседы, вместо того чтобы вытащить меня из этой липкой дряни!..

— Как вы смеете перечить своему декану?! К тому же такое хамство просто неподобающи для леди! Где только ваши манеры?

Он смотрит на меня не мигающим взглядом, который при первой же возможности, кажется, готов метать молниями.

— А вы, как смеете пренебрегать своими обязанностями?! У вас студенты творят черти что! А вам хоть бы хны! И к сведению, я проявляюсь леди лишь в том, что являюсь женского пола. Что касается остального, то мои манеры присутствуют лишь в том случае, когда человек этого достоин!

Я гордо задираю кверху свой маленький носик и поджимаю губы, дабы снова чего-нибудь умопомрачительного не ляпнуть.

— Значит вот как вы заговорили? И это, если учесть тот факт, что вы являетесь в нашем мире чужой и ничего не знающей особой?.. — Он усмехается, странно ухмыльнувшись, а затем приседает на корточки и, склонившись к моему лицу, приторно, растягивая каждое слово, произносит: — Не я начал эту войну. Не обессудьте, когда вы с треском провалитесь на всех заданиях, и я лично вышвырну вас за ворота, Виктория.

Он поднимается, поправив черный, с серебром, камзол. А затем мило улыбнувшись, добавляет:

— Так и быть, сегодня вы можете больше не появляться на построении. Удачного, — Он смотрит на мой кокон и уголок его губ наглым образом ползет вверх, — времяпровождения.

Что?! Он серьезно?! Вот так просто уйдет!?

— Вы что, оставите меня здесь одну? — озвучивая свои мысли вслух, когда мои брови шокировано взлетают вверх, а губы начинают едва подрагивать.

— Не вижу причин, чтобы отказывать вам в вашем веселье. К тому же это послужит вам уроком в будущем, что с людьми постарше надо быть более почтительной.

— Да вы!.. Вы!..  Изверг! И где только ваша совесть?! — чуть ли не плача, выпаливаю я на ходу, все-таки хлюпнув носом.

Он усмехается. Смотрит на меня. На красивом, очерченном лице губы снова растягиваются в сволочной улыбке.

— Я - некромант. Моя совесть давным-давно осталась в прошлом.

После этих слов он просто разворачивается, крутанувшись на пятках, и идет в сторону стадиона.

У меня просто нет слов!

Лишь одни эпитеты!..

***

Не знаю сколько времени я пролежала, в безумном желание освободиться, конечности порядком затекли. Несколько раз я даже кричала, но меня никто не услышал. Или же не хотел услышать… В какой-то момент я пробовала взывать к своей силе, но и она, что-то не очень торопилась отзываться. Очевидно обиделась, что вначале я от неё отрекалась.

И всё бы ничего, вот только… Как же хочется в туалет! Сил моих больше нет!

— Эй! Кто-нибудь! Помогите! Пожалуйста… — в который раз кричу я. — Ну хоть кто-нибудь…— последние слова даются уже с трудом, поскольку в горле появляется комок, а по щеке невольно скатывается слеза.

«И-ироды! Чтоб вас умертвия покусали!» — обиженно думаю я, и вдруг слышу чей-то насмешливый голос:

— И чего это мы здесь ревем?!

Открываю глаза, узрев действительность, и снова вижу того самого – Кругляша! Надо признать, сейчас я счастлива, как никогда!

— П-привет!

— Виделись уж, — бурчит это нечто мне в ответ.

— Слушай… Ты мне не поможешь? Пожа-а-а-луйста! — Я делаю жалостливое выражение лица и смотрю на это чудо, которое со странной задумчивостью (похоже размышляет, стоит ли помогать) смотрит в упор на меня.