Черные начала. Том 9 (СИ) - Кири Кирико - Страница 70

— Да конечно!

­— Конечно! Я могу дать тебе силы, что будут уничтожать целые империи! Могу дать тебе власть дарить и отбирать в других жизнь! Я могу сделать тебя живой! Подумай, живая и полная сил, что смогут изменить мир! Сделать его таким, каким ты хочешь его видеть!

— Никто не может изменить мир!

— Но я могу, — давил он, чувствуя мимолётные сомнения в голове призрачной гостьи. — Я бессмертен, я способен восстать из мёртвых, захватить тело, создать новое. Я могу всё, ведь я само божество Чи Ю!

— У меня только один друг…

— И его больше нет, теперь я твой новый друг и я дам тебе куда больше, чем мальчишка, запревший тебя в собственном теле!

— Я не верю ни единому твоему лживому слову.

— Новое тело, новая жизнь и бесконечная слава, что впишется в века, разве ты этого не хочешь?

— Мне это не нужно.

— А так ли это на самом деле? — оскалился Чи Ю.

Меня душило.

Тяжесть в груди была такой, будто я попал на дно Марианской впадины. Тьма, густая, обволакивающая тьма. Здесь не было Ци, здесь не было времени, здесь не было ничего, кроме меня. И даже я был здесь временно, потому что чувствовал, как тьма пытается меня растворить, как в кислоте.

Странное чувство, будто ты теряешься частичку… личности: перестаёшь замечать что-либо, перестаёшь думать, перестаёшь бороться, перестаёшь испытывать эмоции и помнить — перестаёшь существовать.

Это и есть… исчезнуть?

И всё потому, что Чи Ю занял моё тело и поглотил душу?

Возможно, в какой-то другой ситуации я бы и исчез уже давно, растворился бесследно во тьме, став ничем, однако сейчас во мне, словно маленький факел, горело чувство, которое заставляло личность оставаться целой…

Злость, пробирающая до кончиков пальцев.

Какой-то божественный ублюдок просто пришёл и занял моё тело, то, что принадлежит мне, то, за что я боролся, что хранил и оберегал всё это время. Пришёл, сука, на готовенькое, и забрал без спросу. Словно какой-то гопник, который отобрал велосипед лишь потому, что считает, что ему всё можно.

Несправедливо…

Несправедливо, млять…

Если он думает, что ему всё можно, то пусть оно не достанется вообще никому. И потому я сопротивлялся, боролся, тянулся, лягался, толкался, пытаясь выплыть из этой гущи. Я горел изнутри ненавистью, которая не собиралась затухать, дрался, боролся с неизвестностью, которая хотела меня уничтожить.

Несправедливо, несправедливо…

— Юнксу…

И в этой тьме я слышал один единственный голос того, кого мог назвать другом. Мягкий, надёжный, ласковый, которому я доверял жизнь не раз.

— Юнксу, хватайся за мою руку…

Знать бы, где здесь рука ещё…

— Руку…

И в этот момент, едва я потянулся на голос, почувствовал, как меня вырывает из тьмы, вырывает из цепкой гадости того, что меня едва не свело на нет.

Мир вновь вспыхнул красками, однако теперь я был…

Опять в своей реальности.

В той нормальной реальности, где должен быть.

На плато на вершине вулкана среди инея и снега, которые теперь быстро таяли из-за высокой температуры. А передо мной была та самая спасительная девчонка, которая парила над землёй, глядя на меня встревоженным взглядом.

— Юнксу, ты как?!

— Я…

И в этот момент мой голос неожиданно сорвался на хрип сам по себе, и мою глотку покинул совсем нечеловеческий звук.

— Маленькая дрянь… — раздался шёпот из меня. — Как ты посмела идти против меня?!

Весь мир... стал неожиданно красным. Голову скрутила боль, и я почувствовал нечто схожее с тем, когда ты теряешь сознание или засыпаешь. На смену мне будто пришло что-то иноя, перехватывая бразды правления телом.

— Так почему бы тебе не пойти и не поплакать? — язвительно с усмешкой ответила призрак. — Можешь пойти и поплакать в платочек к своей мамочке, маленький бедненький и беспомощный Чи Ю. Ой, прости, я совсем забыла, у тебя же её нет.

Умничка, моя школа.

— Я сотру тебя в порошок! — прошипел я (он) и…

— НЕТ!!! — рявкнул я, упав на колени и не дав ему дотянуться до Люнь.

Меня трясло, я не чувствовал тела, будто словил сонный паралич, руки и ноги двигались сами собой и… я всё равно пытался бороться. Пытался не дать ему управлять моим телом, отчего оно дёргалось, как при судорогах, а иногда мышцы и вовсе простреливала боль. Но даже так в этой борьбе победителем при всё при том был совсем не я.

— Думаешь, ты меня остановишь? — прошипел он мне моим же ртом. — Я хозяин небес, я могу сделать всё, что захочу и с кем захочу.

И словно в подтверждение его слов мои руки потянулись к моим глазам. Мои собственные пальцы на мгновение застыли прямо перед моим взглядом, будто давая понять, что они хотят сделать. А после коснулись глаз, надавили, пытаясь пролезть дальше в глазницы. Всё вокруг исказилось, мир поплыл, пока не погрузился во тьму, а следом не стал красным, с чем пришла и боль.

— Не сопротивляйся мне, великому Чи Ю, человек, и возможно я оставлю тебя…

— Иди в задницу, сука!!!

— Я великодушно дал тебе выбор…

И пальцы погрузились в мои глаза.

Было больно. Было до жути больно…

Да господи, было так больно, о чём я говорю что?! Я орал благим матом. Мне вырывали, млять, глаза на живую! А вместе с тем, будто и частичку мозга, который сходил от такого с ума. Я орал благим матом, пытаясь хоть что-то сделать, но мои собственные пальцы предательски лишали меня зрения.

— Мне не нужно зрение, жалкое подобие жизни. Я ведь говорил, что ты не более…

И его голос стих вместе с моим сознанием, когда раздалась вспышка у меня в затылке и какой-то металлический звук. Словно…

Словно меня оглушили чем-то железным по голове.

Но это был не конец, не для нас двоих, так как ни я, ни он не собирались оставлять единственное тело в округе. И вместо кровавой темноты и боли пришёл другой мир, где-то…

Просто где-то…

Серые равнины, серое небо, серый горизонт без края и конца. Бесцветный мир на задворках то ли моего мозга, то ли моей души.

Но я был здесь совсем не один.

В метрах десяти от меня, повернувшись ко мне спиной стояла массивная фигура, по габаритами примерно такая же, что и я, но с одним исключением — у меня не было шести рук. И я не воровал чужих тел.

— Вижу, ты очень настойчив… — произнёс Чи Ю зло. — Никак не оставишь меня в покое…

Я аж задохнулся от такой наглости.

— Я тебя не оставлю?! Ты, кусок тупого дерьма, попытался отобрать МОЁ тело! Попытался убить МЕНЯ! И это Я тебя достаю?!

— И что?.. — развернулся он ко мне. ­— Какое ты имеешь право указывать мне, божеству Чи Ю, что мне делать?..

Это была не просто другая логика — эта гнида просто считала себя венцом творения, тем, кто имеет право что-то диктовать, потому что он божество. Потому что он грёбаный ублюдок, который считает, что весь мир крутится вокруг него. Но стоит ему прищемить яйца, как тот будет первым жаловаться на несправедливость.

Так я ему эту несправедливость сейчас устрою.

Я метнулся к ублюдку на встречу, метнулся к этому чванливом уроду, даже несмотря на то, что он был божеством и сильнее меня. Я собирался вбить этому Чи Ю его самодовольную рожу в затылок. И…

Мы схлестнулись в центре бескрайнего серого мира.

Божество встретило мою атаку в лоб чванливо и самоуверенно, считая себя действительно бессмертным. И даже не попытался прикрыться, когда я подпрыгнул и с двух ног врезался ему в грудь.

Чтобы через мгновение отлететь от меня на метр.

— Не нравится боль, да, сука?! — прошипел я, глядя на то, как он, кряхтя и задыхаясь, с болью на роже пытался подняться.

Если Чи Ю и был сильным, то видимо не здесь, не в моём теле.

Едва тварь оказалась на ногах, я уже был тут как тут, не дав ему опомниться. Подскочил вплотную, развернувшись к нему спиной, после чего схватил ублюдка за рог и перебросил через себя как мешок с цементом обратно на землю. И начал топтать его уродливую рожу сверху. Пяткой ему в хлебало раз, другой, третий… отпрыгнув, когда Чи Ю попытался меня поймать руками.