Строптивая сиротка для Айсберга (СИ) - Верта Мила - Страница 39

Немножко съезжаю ниже. Как кошка мну каменные ягодицы. Кайф.

Кай шумно тянет носом воздух, чуть поворачивает голову.

Как же он смотрит, жрёт глазами.

— Мааааш, я же некаменный. Ты что творишь? Что за провокация?

— Это не провокация, считай, я выбросила белый флаг, полная капитуляция. Делаю несколько поступательных движений бёдрами.

Хочу, хочу.

— Уверена? Маш, я и так на пределе. Не смогу тормознуть потом. По-любому трахну.

Переворачивается на спину, от его манипуляций сползаю на диван. Сильные руки тут же тянут меня обратно, усаживая на каменную эрекцию.

Ничего себе. Еложу, пытаюсь поймать ощущения поярче. Хотя и так дым из ушей скоро пойдёт. Облизываюсь, веду пальцами по накачанной груди, задеваю коричневые соски. Кай сокращается, шипит и делает несколько выпадов бёдрами.

— Хочу тебя адски. Когда у нас был последний секс? Я чуть не сдох без тебя.

Мне хочется съязвить, что у него было на один секс больше чем у меня, но вовремя прикусываю язык. Мы ведь решили всё забыть и жить дальше. Вдвоём, без третьих лишних.

— Я соскучилась, хочу тебя.

Кай садится, удерживает меня одной рукой.

Другой ведёт по волосам, скуле, большим пальцем очерчивает губы. Он любит мой рот.

Чуть наклоняюсь, касаемся носами, первая начинаю целовать. Кай с жаром отвечает, врывается языком в мой рот, вылизывает, заново завоёвывает.

Я цепляюсь за его плечи, веду по спине, мне мало, мало. Он ластится ко мне как большой кот. Скучал. Целуемся долго, вкусно.

Я нащупываю член, обхватив ладонью, обвожу пальцем головку.

Кай подаётся бёдрами навстречу, настойчиво тяну резинку пижамных штанов вниз. Ловко приподнимаюсь, быстро стаскиваю их по ногам. Кай за шею тянет меня обратно. Приземляюсь на его пах, наконец-то полный контакт.

— Люблю тебя, сожру сейчас, отлюблю так, что ходить не сможешь. — рычит.

Потом языком ловит мою реакцию, мурашки, он жадно целует шею, ключицы, прикусывает кожу над грудью. Не то. Путаюсь пальцами в кудрях, настойчиво тяну его ниже. Наконец-то уловив мой намёк, Кай жадно лижет сосок, сжимает ягодицы до лёгкой боли.

Как хорошо, мне так этого не хватало!

Кай переключается на другую грудь, катает сосок на языке, следит за моей реакцией. Я снова тянусь к члену, тоже хочу его трогать, сделать ему приятно. Начинаю дрочить, то и дело возвращаюсь к головке, растираю смазку по стволу. В воздухе терпко пахнет его возбуждением.

— Хочу трахаться, не могу больше, как ты хочешь? Давай сверху? — взгляд Кая совсем безумный.

Снова терзает шею.

Ненормальный, засос мне поставил.

Я как болванчик трясу головой. Сейчас я на всё согласна.

Снежинский проверяет мою готовность пальцами, я такая мокрая, что пальцев мне мало.

Утыкаюсь носом ему в шею. Впиваюсь зубами в трапецию, он шипит, приподнимает меня и резко опускает на член. Даааа. Ощущение наполненности такое знакомое и новое одновременно, всё-таки у нас был большой перерыв.

Кай начинает двигаться, не давая мне перехватить инициативу.

Крепко держит меня за талию, глубже насаживая на себя. Стонем в унисон от остроты ощущений. Мне больно с непривычки, или угол какой-то не тот? Смещаюсь несколько раз, в попытке найти удобную позицию. Не получается.

— Кай, подожди, мне больно. — стараюсь соскользнуть с члена, но сильные руки держат слишком крепко.

— Нет, Маш! Я же предупреждал, не тормозну, хочу тебя! — хрипит и продолжает трахать.

Чёрт, как с цепи сорвался.

Морщусь от особенно болезненного толчка. Сжимаюсь внутренне, Кай считывает мою реакцию, или чувствует.

Замедляется, резко выходит. Ловко переворачивает меня на живот, суёт под бёдра подушку. Я шокировано оглядываюсь через плечо. Что это за смена локаций?

— Расслабься, верь мне. Люблю тебя, тебя одну, трахать хочу только тебя, мне никто больше не нужен. Маленькая моя, отважная Герда.

Наклоняется и целует меня всю, попу, спину, плечи, шею. Поцелуй в губы долгий, тягучий, немного агрессивный.

Этот варвар дважды меня укусил.

Сильные ладони скользят по спине, бокам, он мнёт меня, распаляя ещё больше. От возбуждения я дышу как астматик, машинально приподнимаю попу и развожу бёдра, трусь о подушку.

Её уголок задевает клитор и это приятно и остро, но катастрофически мало. Кай пробует меня одним пальцем, другим стимулирует клитор.

Мне становится жарко, под кожей, словно жидкий огонь разливается.

Мышцы живота сокращаются, мои стоны глушат даже меня. Но это так хорошо, что я не могу сдержаться.

— Маааааш, сосочки пальчиками потри, ты знаешь как надо. — уговаривает Кай — искуситель.

Я знаю как, потому что мы так уже пробовали.

Тройная стимуляция — мой топ. Послушно тянусь к ноющей груди, перекатываю соски между пальцев, быстро тру.

Кай шире расталкивает мои бёдра и резко входит. Стонем в голос.

— Как охуенно. Тугая такая, тесная — пошлит.

— Как же я люблю тебя трахать. — рычит, не прекращая фрикций.

Я хочу ответить, что тоже люблю наш секс. И вообще его самого люблю. Но на меня накатывает оргазм такой силы, что я даже дышу ртом, язык немеет, в животе простреливает, и я бьюсь в конвульсиях.

Это длиться долго. Поджимаю пальцы на ногах, руками вцепляюсь в простынь, мне нужен якорь, чтоб окончательно не слететь с катушек.

С удивлением понимаю, что по лицу текут слёзы восторга и облегчения. Зря я переживала за наш секс. Такого со мной ещё не было, это какой-то новый уровень. Перерождение.

Кай продолжает, остервенело меня трахать, догоняет свой оргазм. Чувствую, как он становится больше внутри, сильнее распирает, пульсирует. Бурно кончает с глухим стоном. Я на таблетках, мы так решили.

— Пожалуйста, скажи, что ты ревела не от боли, что тебе понравилось. Потому что мне было круто. Это просто космос. И вообще, знаешь что?

Отрицательно кручу пустой головой. Ни одной мысли.

— Люблю тебя, Герда.

Кай опускается на меня, удерживая вес на руках, жадно водит носом по шее, мурлычет что-то восторженно матерное.

Я счастливо улыбаюсь, переворачиваюсь на спину. Смотрю на Кая снизу вверх. Он такой уязвимый сейчас, румяный, губы припухшие, с моим укусом на шее. Красивый.

Указательным пальцем маню ближе, он опускает голову, прижимаюсь губами к уху.

— И я тебя.

Глава 33. Маша

— Вань, не знаю, сможем мы приехать или нет, как у Кая с работой будет.

Крепче прижимаю телефон к уху, продолжаю строгать овощи, на плите аппетитно дымиться рагу.

Ставлю айфон на подставку, включаю на громкую.

— Вано, отвали, ты нам трахаться мешаешь! — орёт на всю кухню Снежинский, шагая к холодильнику.

Из трубки слышится гогот. Неугомонный Ростов зазывает всех друзей в выходные на дачу.

— Не перестаю вам удивляться ребятки, не первый месяц живёте вместе, а всё как кролики, завидно даже. — вздыхает трубка.

— Не слушай ты его, просто голодный Айс лютый Айс, мы только из боулинга вернулись, ещё не ужинали. — смеюсь в ответ.

— И чем ты его сегодня балуешь, богиня кулинарии?

— Овощное рагу и курица гриль.

— Звучит вкусно. Маша, отложи мне хоть бёдрышко, пока Снежинский всё не сожрал! — голос Ивана становится смешно просящим.

— Иди на хрен, нам самим мало. Всё давай, завтра наберу. — Кай скидывает звонок.

Обнимает сзади, покусывает за ушко.

У меня мурашки табунами разбегаются от его прикосновений.

— Я голодный, во всех смыслах. Пять дней без сладкого, знаешь ли. Сегодня можно уже?

Кай смешит меня весь день, пошлит и требует, чтоб его срочно пожалели.

Каждые мои месячные он переживает как маленькую драму.

Как этот извращуга не пытался склонить меня к интиму в «эти» дни, но я непреклонна. Тем более он лукавит и страдает театрально, совсем без ласки я его не оставляю. Но ему вечно мало.

И после минета, он ходит за мной хвостом и стонет что хочет «по-взрослому».

Толкаюсь попой Каю в пах. Будет тебе сегодня по-взрослому.