Viva la Doppelgänger, или Слава Доппельгангеру (СИ) - Давыдов Игорь - Страница 88

“Номер один” не хотелось об этом думать. Подобные мысли до добра не доведут. Проблемы бывают двух типов: имеющие решение и не имеющие его. О первых беспокоиться не нужно, надо просто их устранять, а о вторых — бессмысленно.

Он сделал, что мог для Ростинки. Со временем она отслоится от Ганнибала. Её душа изменится. Проклятье лишится силы. А у бывшего карфагенского военачальника уж хватит крепости духа выдержать этот период. Не сломается.

А раковые больные из челяди… и о них позаботятся. Не о всех, конечно. Но за двумя зайцами погонишься — от каждого огребёшь. Курс Брони Глашек… будущей Брони Маллой на широкое распространение дендромагии рано или поздно приведёт к качественному скачку в массовой медицине. Он сделает доступней многие колдовские средства. Нужно будет планомерно способствовать разработке методологии и внедрению.

И тогда многим станет проще.

Эти измышления успокоили Даркена. Сейчас, имея чёткий, конкретный, внятный, а самое главное, удовлетворяющий ответ на вопрос “а сегодня что для завтра сделал я”, молодой человек мог себе позволить и сам погрузиться в объятия Гатеи.

В конце концов, в скором времени он сможет называть богиню мироходцев своей дочкой. Надо налаживать контакт с ребёнком. А не то совсем уж от рук отобьётся.

Эх, молодёжжжжжь…

Глава 16. Затишье

1.

Предсвадебная суета Даркена почти не коснулась.

Почти.

В конце концов, он ведь мужчина. Что ему? Напялил заранее заготовленный костюм и жди. Его и правда непосредственно сама свадьба беспокоила куда как меньше, чем ожидаемый визит Перловки на это мероприятие.

Другое дело — женщины. Матушка. Ёла. Сеструня. Даже пани Ковальская, и та не удержалась и попросила на время герра Кёстера принять бразды правления слугами. Это, конечно, было не совсем по профилю “тёмного дворецкого”, но экономку в доме уважали все, а потому, когда она захотела уделить внимание доведению своего и без того будоражащего кровь величественного образа до идеала, шляхта отнеслась к этому начинанию с пониманием.

Из-за всего этого Даркену казалось, что пропасть между мужским и женским сообществом сегодня куда как глубже, чем даже вчера. В конце концов, на мальчишнике им хотя бы уделяли внимание слечны с пониженной социальной ответственностью, а сегодня… а сегодня же женщинам было настолько не до мужей-сыновей-женихов, что те ощущали себя чуть ли не призраками.

Время текло медленно. Ужасно медленно. “Номеру один” казалось, будто бы Хронос насмехался над ним и специально, когда молодой человек не смотрел, замедлял ход секундной стрелки. Словно бы специально хотел измотать главного героя, дабы тот к моменту финальной битвы тома уже стал подобен выжатому лимону.

Но ведь Даркену было буквально нечем заняться. Он ещё вчера сделал всё, что считал необходимым. А что не сделал, уже всяко не успеет. И что теперь?

Молодой человек видел лишь один ответ на этот вопрос.

И этот ответ показался окружению “номера один” достаточно нелепым, чтобы позабавить того.

Было ласковое солнце. Лишь редкие облачка порой бросали тень на купающуюся в лучах светила траву. Луга, окружающие усадьбу Маллоев выглядели обманчиво умиротворённо. Даже неестественно. Словно бы на деле Даркен смотрел на мир через шлем виртуальной реальности. Не должно существовать столь ярких красок. Миру, предвкушающему появление Перловки, полагается быть тёмным, мрачным, серо-коричневым. Однако же он не внемлял логике.

Как и группа молодых некромагов, что при полном параде вышла сюда поиграть в мяч.

— Я чувствую себя нелепо! — наконец не выдержал Лукан.

Спортивный снаряд сейчас находился у него. Но нувориш не спешил его бросать. Перекидывал из руки в руку, да переминался с ноги на ногу.

— Дарк, ну это ни в какие ворота. Мы же не играем. Двигаемся, как беременные улитки, чтобы не испачкать, не помять и не повредить шмотки да не получить за это нагоняй от своих слечен и матерей.

И он прав. Не то, чтобы некромаги не могли быстро заштопать и очистить одеяния, но женщины сейчас были на взводе. И сложно сказать, из-за самой свадьбы или же из-за того, в какую бурю событий предстояло вместить этот “самый счастливый день объединения двух семейств”.

Ответил Лукану Вик. Он не выглядел ничуть скованным необходимостью поберечь праздничные одеяния. Наверное потому, что они не то, чтобы сильно отличались от того, что некромаг печального образа носил в повседневной жизни.

— Полно вам, пан Кучера. Неужели вы не понимаете, к чему всё это? Давно пора бы уже всё выучить. Ваш культурный уровень угнетает нашего сюзерена.

В следующую секунду Виктору пришлось ловить мяч, который Лукан запустил со всей дури, явно намереваясь сбить оппонента с ног. Ну, сбить не удалось, однако вынудить ворона выпустить трость — вполне. А это уже само по себе можно считать победой.

Улыбнувшись своему небольшому, но показательному успеху, нувориш вновь обратился к Даркену.

— Ну и к чему эта отсылка?

— К шедевральному фильму. В Форгерии его не существует. А жаль. Это самое настоящее пиршество. Смотреть его — всё равно, что потреблять сыр с плесенью, откусывая куски прямо от головки.

— На такое способен только Гало, — усмехнулся Лукан, после чего был вынужден ловить ответочку от Виктора. — Ух!

Дарк повторил усмешку нувориша, после чего обратился к “номеру три”:

— Кстати, как там Лега? Выспалась хоть?

Тот небрежно закинул несколько орешков в сахарной глазури себе в пасть.

— Вроде того. Пришлось, правда, магией её бодрить. Она к своему здоровью относится попросту безответственно…

“Номер один” рассмеялся.

— А то ты во время событий трёхмесячной давности, когда она с сотней вооружённых мужланов в соло дралась, не заметил.

Даркен пришлось отвлечься, чтобы принять мяч. В следующую секунду снаряд устремился уже к громиле.

Тот небрежно поймал его одной рукой.

— Ну, ничего. Я нашёл способ с этим бороться?

— Какой?

Гало посмотрел на сюзерена с выразительным разочарованным неодобрением, а затем вместо ответа запустил мяч тому прямо в грудак.

Даркен перехватил снаряд. Тот громко и довольно болезненно хлопнул по коже ладоней.

— Да ладно?!

— Я отнёсся к твоему совету серьёзно. Разве это удивительно?

— Если честно, я стебался тогда, предлагая тебе влиять на Илегу через Марию.

— Но ведь работает же. Насколько это может работать с такой своевольной слечной.

— Завтра она будет уже своевольная пани Ллорко, — широко улыбнулся Дарк, после чего метнул мяч обратно в Гало, помогая себе при этом магией.

Громила инстинктивно понял, что происходит нечто не то, отбросил упаковку орешков и поймал снаряд двумя руками. Пошатнулся, но устоял. После начал по очереди трясти кистями, да бросать печальные взгляды на рассыпавшуюся вкусняшку.

— Ну вот зачем ты так?

— Соизмеряй силушку… — Дарк поднял взгляд на небо и увидел там парящую витру.

Морозница в принципе всегда была красивой птицей, но сегодня, когда ей в волосы вплели длинные шёлковые ленты да живые цветы, а лапы украсили драгоценностями… возможно у кого-то из гостей появится новый фетиш, о котором он ранее и не догадывался.

Юный пан Маллой выставил в сторону руку, словно насест. Дополнительно колдовать для того, чтобы укрепить ткань, не требовалось: в конце концов, “номер один” изначально рассчитывал, что за его предплечье время от времени будет цепляться когтями Букль, а потому озаботился.

— Эй, красавица! Что ты смотришь свысока? Почти нас!

Витра описала пологую дугу, после чего вышла из неё в короткое пике на руку Даркена. Ей нравилось, что тот не особо-то дёргался после того, как птица таким образом наваливалась на живой насест всем весом с разгону.

— Я с посланием от твоей сестры.

— Вещай, — горделиво поднял подбородок “номер один”.

Морозница набрала воздуху в грудь, зажмурилась, а затем выдала, что было мощи: