Лестница к морю (СИ) - Сивкевич Лидия - Страница 61

— Не будьте прежней. Если не можете принять это, то не принимайте, и, может, у вас снова получится что-то изменить.

Девушка встала с капота, обхватив себя руками, и сделала пару задумчивых шагов вперёд.

— Мне бы хотелось не возвращаться сегодня домой. Ночевать под кустом, замёрзнуть так, чтобы ни о чём, кроме холода, не думать. Альваро будет страшно зол.

— Думаю, он и так зол. Но на меня, не на Вас.

— Он знает, что мы уехали из дома?

— Чиро должен был позвонить Дани.

— Поехали куда-нибудь, где можно очень вкусно заесть стресс.

Хуго посмеялся и поднялся на ноги, отряхивая брюки.

— Садитесь в машину. — Он открыл дверь, приглашая девушку сесть. — Я знаю такое место.

— Пожалуйста, называй меня по имени. Только сегодня, пока рядом никого больше нет. Я хочу представить, что я с другом, а не в окружении чужих людей, которые за деньги называют меня сеньорой.

Они въехали в городок, расположившийся в окружении зелёных гор, недалеко от речушки, которую заметно подпитала череда дождей. Улицы наполняли шершавые и уставшие домики со следами далёких веков, старательно спрятанные нынешними хозяевами под слоями современных отделок. Именно они придавали городку не то шарм, не то величие, будучи одним целым строением. Их извилистые ряды навевали теплые чувства отсутствием идеальности, мол, вот мы страшненькие, но уютные и с морем сочетаемся. Значит, и вы, люди, так сможете, сквозь неидеальность источать тепло и заставлять души блуждать рядом, засматриваясь на красоту сквозь недостатки. Мысли о том, что в каждом домике люди наслаждаются долетающим бризом сквозь распахнутые стеклянные квадратики, заставляла Лидию улыбаться.

Жара снова стояла плотная и неизбежная, словно не было вчерашнего серого дня. Тяжёлый сырой воздух окутывал прохожих, заставляя чувствовать себя погруженным в горячую ванну. Спящих машин на миниатюрных улочках было в избытке, людей же, напротив, хотелось добавить, чтобы немного оживить каменный лабиринт.

Они остановились в глухом закоулке, оставили машину плотно прижатой к облезшей стене, чтобы было хоть немного пространства для пешеходов. Затем прошли ещё сотню метров и остановились возле квадратного двухэтажного строения со скрипучей деревянной дверью и со скромной площадью перед входом.

Хуго, заходя в дверь, стукнул по косяку. Лидия вздрогнула от неожиданности. Будь в заведении посетители, и они бы перепугались, но все столики оказались пусты.

— Санчо! Большую тарелку бускетт и порцию лучшей картошки в провинции. — Хуго, весело улыбаясь, посмотрел на удивлённую девушку.

— Что!? Всего лишь в провинции? — послышался наигранно злобный голос из кухни. Затем, открыв узкую деревянную дверь, оттуда выглянул пожилой мужчина. Его густые нахмуренные седые брови тут же поднялись, когда он увидел Лидию. — Хуго, засранец! Зачем ты так поставляешь меня перед сеньоритой!? — Мужчина вышел, поправил воротник на поло весёленького жёлтого цвета. — Добро пожаловать, сеньорита!

Лидия засмеялась, искренне порадовавшись спектаклю.

— Добрый вечер! — она сделала два шага, осматривая деревянные стены, завешанные картинами, фотографиями и всевозможными бумагами до самого потолка.

— Вам повезло! У меня как раз есть свободный столик! — сказал смешливый старик, показывая рукой на пустой зал.

В квадратном зале распологалось десять прямоугольных столов, сколоченные из широких досок. Под каждым прятались по четыре стула, из тех же самых материалов. Поскольку окошко было лишь одно, на стене рядом с дверью, зал освещали не меньше десятка ламп на потолке. Стена возле двери в кухню являлась одной большой полкой. Помимо алкоголя, который неудивительно увидеть в любом баре, она была усыпана всевозможными разностями: кружки и бокалы различных форм, цветов и размеров, рамки с фотографиями, статуэтки, парочка снежных шаров и прочих сувениров. Чуть сильнее выделялась ярко-зелёная статуэтка в форме члена, с сомбреро цветов испанского флага на верхушке.

— Как поживаешь, Санчо? — Хуго протянул старику руку.

— Помаленьку, не жалуюсь.

Девушка подошла к ним по широким скрипучим половицам и тоже протянула ладонь для рукопожатия.

— Меня зовут Лида, очень приятно познакомиться!

— А как приятно мне! — Санчо элегантно взял её руку и поцеловал, колясь седыми усами. — Давайте, садитесь! Сейчас приготовлю для вас всё по лучшему разряду! Давайте, Давайте! — он буквально пропихнул их к столику и скрылся за узкой кухонной дверью.

Лидия села на высокий деревянный стул и вновь принялась рассматривать стену. Множество листов с пожеланиями, отзывами и даже стихами, заполнили пространство, словно держась друг за друга, другого объяснения, почему это всё не рухнуло вместе со стеной, не существовало.

Девушка заметила даже несколько отзывов на русском, одно из которых расхваливало местную кухню исключительно нелитературными выражениями.

— Обычно здесь всегда посетители, туристы или хотя бы парочка местных. — Сказал Хуго, выкладывая ключи и телефон из карманов на стол.

— Специально для нас сегодня все остались дома. — Лидия облокотилась на стол, рассматривая теперь часть стены, на которой висела большая таблица с меню.

Санчо вернулся с кухни в ярко оранжевом фартуке, который был идеально чистым, но служил хозяину уже не один год.

— Что вам налить молодежь?

— А что предложишь? — спросил Хуго, подходя к бару.

— Сангрия, красное сухое, светлое пиво, охлаждающая Клара!?

— Ну, всё, прекрати! — Хуго замахал руками. — Ты ведь знаешь, что я за рулём, Санчо!

— Ну, тогда свежайшая, только что свежерозлитая вода, друг мой!

Лидия засмеялась, подходя к бару.

— Кола, фанта? — скривив скучающую гримасу предложил Санчо.

— Лучше налей нам две орчаты!

— Что, с рыбными бускеттами? — Ахнул старик, театрально хватаясь за сердце. Хуго повернулся к Лидии, с озорной улыбкой.

— Ты пробовала орчату?

— Я знаю что это, но никогда не пробовала.

Через несколько часов заедания стресса, десяток весёлых историй на отстранённые темы и уйму бесконечного смеха, Хуго, кинув подбородок на кулаки, тихо сказал:

— Я ведь могу и влюбиться в тебя.

— А я в тебя, Хуго. И знаешь, тогда всё было бы гораздо проще. Альваро бы убил нас обоих и всё бы закончилось.

— Точно! — Парень, истерически смеясь, опустил вниз голову.

В бар зашли ещё двое посетителей и громко пожелали всем хорошего вечера с улыбками на лицах.

— Мне сейчас так сложно, что я предпочла бы влюбиться в другого и умереть. Но я уже люблю этого идиота, и очень хорошо поняла это сегодня днём.

От её печального голоса Хуго прекратил смеяться и выпрямился, внимательно слушая.

— Я уверен, что он тебя тоже любит. Других объяснений нет, он очень изменился.

— А ты знаешь что-нибудь о других женщинах?

Парень молчал, опустив взгляд в пол.

— Хуго, я знаю, их было много. Он сам об этом говорил. Но Альваро никогда не расскажет о своих чувствах к ним, о том, как он себя чувствовал, потому что считает это неважным.

— На моей памяти ни одна не задерживалась больше чем на месяц. Они никогда не были в доме, только в отелях.

— А Дайана?

— Дайана?

— Девушка, с которой я говорила в отеле на празднике, ты должен был видеть.

— А, да, вспомнил, но это совсем другое. — Он потёр уставшие глаза. — Мы с парнями тогда думали, что вот, наконец-то, что-то серьезное. Подшучивали, когда Альваро не было дома. Дани не знал, так как он всегда с сеньором, но однажды услышал и вежливо приказал заткнуться. Очень странно отреагировал, Дани ведь всегда спокоен, не умеет злиться, а тут… В общем оказалось, что всё как обычно, есть и другие. А Дайана лишь игра.

— Как это, игра?

— Её отец хотел подставить Альваро. Чтобы добыть информацию кинул дочь в постель конкурента. Но Альваро знал всё с самого начала, и играл в эту игру, но по своим правилам.