Академия отпетых некромантов. Братство Падших (СИ) - Кин Мэй - Страница 73

— Оставим здесь?

— Как вариант, — как ни в чем не бывало соглашается с Оеном Вэйсс.

— Вы себя сейчас слышите?! — возмущённо произношу я, уперев руки в бока. — Говорите так, словно он мешок картошки, а не человек!

Они одновременно переводят взгляд на меня, а затем вздыхают.

— Думаю, в потайную комнату его точно нет смысла тащить, — предлагает Сайви, и я не могу не признать, что некий резон в её словах все же есть.

— Ладно. Оставим его пока здесь. Но кто-то должен остаться с ним…

Я перевожу взгляд с парня, что сейчас пускает на пол слюни, на ребят. И они все дружно отходят в сторону.

Фидж яростно выдыхает, а затем произносит:

— Я останусь. Только быстро.

— Заберем ростки и возвращаемся.

Девушка согласно кивает, а затем принимается за парня, пытаясь помочь ему принять хотя бы сидячее положение.

Я кручу голову бедной птицы, что так легко поддаётся мне. А затем в одной из стен появляется скрытая магией дверь, внутри которой оказывается лестница, ведущая вниз.

— Я пойду первым. Кид замыкай.

Парень понятливо кивает, а я не возражаю. С лестницами, ведущими вниз, у меня особенные воспоминания: ловушки, чокнутые и кровь, стекающая по моим ладоням…

Незаметно передёрнув плечами, я следую за парнем. За мной идёт Лин и замыкает нашу процессию Оен. Но к нашему облегчению эта комната напоминает маленький подвал, оборудованный под лабораторию, без каких-либо ловушек и прочих неожиданностей. Уж это мы проверили!

— Так, берем ростки и уходим.

— Издеваешься? — на этот раз на полном серьезе выдаёт Оен, оглянувшись. — Да здесь куда ни глянь — одни сплошные ростки!

И он действительно прав.

Куда ни глянь — повсюду стеклянные баночки — разные по форме и размеру. Маленькие колбочки, заключающие в себе вьющиеся стебли. Прозрачные ящики, сквозь которые видно слой земли и крохотные, еда заметные и цветные ростки, что ещё только восходят, цепко пуская корни.

Только вот нимфанóрию я нахожу сразу…

— Вон они…

Кивком головы указываю на очередной ящик, что стоит на возвышении, под яркими лучами, исходящими от включённой ламы.

— И как я раньше их не заметил?.. — фыркает парень, сложив руки на груди.

— Ты уверена, что это они? — не без сомнения в голосе спрашивает Вэйсс, вглядываясь в содержимое ящика.

Очевидно, он до сих пор помнит наш провал на зачете по травологии. Хотя такой ли это уж был провал — ещё вопрос!

— Да. Это нимфанóрия, — вместо меня произносит Лин, тем самым подтверждая мои слова, а затем добавляет: — Но, если не верите нам, то можете убедиться в этом сами.

Оен тут же оборачивается, заинтересовано взглянув на блондинку.

— И как же?

Уголки её губ едва приподнимаются, изображая насмешливую улыбку, которая так и говорит: «На занятиях следует больше концентрироваться на словах профессора, а не на своём сне».

Кид и правда пару раз засыпал на лекциях, из-за чего ему неоднократно выписывали штрафные отработки. Впрочем, упырь от него не отставал.

Вот уж где полная идиллия!

— Приглядитесь и вы увидите, что в отличии от остальных растений — эти шевелятся и тянутся листочками к свету.

Парни переглядываются. После чего одновременно ступают вперёд, прямо к ящику. Мы с Лин, в свою очередь, продолжаем стоять возле стеллажа, на котором находятся различные цветы в горшках. Но пока они тщательно изучают содержимое ящика, едва слышно переговариваясь — похожи решили вспомнить темы прошлых лекций. Один из множества листочков фиолетового цветка начинает приставать к моим волосам.

Поначалу я этого не замечаю, наблюдая за разворачивающейся картиной, аля: «Будущие профессора Ольсфорда», в которой конечно же кроется ирония. Затем я еда ощутимо начинаю чувствовать чьи-то прикосновения. Словно пёрышко, упавшее на волосы. Но после, когда меня резко дёргают за прядь, я оборачиваюсь. И, что застаю? Как вытянутый листик, темного, почти чёрного цвета с фиолетовыми прожилками обхватывает прядь моих волос.  К н и г о е д . н е т

Мои брови сердито сходятся возле переносицы.

— А ну живо брось! — шёпотом, чтобы никто не услышал, тут же произношу я.

Не хватало мне только новых проблем и очередного позора, после которого Вэйсс не применит придумать новые шуточки вроде: «Ох, тётушка Хэлен (то бишь моя матушка), а вы знали, что у Роуз появился кавалер из семейства цветковых!» или же «Роуз, где твой парень — застрял в горшке?» О, или: «Кассандра — цветочный монстр!»

Стоит только представить все это в своей голове, и я тут же передёргиваю плечами!

Боги спасите!

Мой взгляд снова цепляется за мелкого проказника, который не унимается и вместо того, чтобы отпустить меня — лишь сильнее обвивается вокруг захваченной им в плен пряди.

Да что ж такое!

У меня в кармане лежит магнит для прилипчивых существ, а я и не в курсе?!

Грозно фыркнув, делаю то, что всегда делает моя матушка, когда я прихожу на кухню и ворую только что вынутые из печи пирожки. Резко хлопаю по рукам — в данном случае по листу, а затем говорю: «Где твои манеры?»

Хватка этого проказника тут же ослабевает. Затем и вовсе — сходит на нет, когда поникший, одинокий лист вновь оказывается рядом с другими сородичами. Однако не успеваю я толком порадоваться и спокойно выдохнуть, как на меня кидается остальная часть цветка!

— Помогите! — на этот раз плюнув на свою гордость и прочие принципы, тут же взвизгиваю я, когда эти листья начинают тянусь мои волосы во все стороны. Да с такой силой, что моя голова вот-вот отвалится!

— Кэсси!

Лин своевременно оказывается рядом и пытается помочь мне. Но эти чертовы листья лишь сильнее оплетают пряди моих волосах.

Вэйсс тут же оказываемся рядом с нами — похоже мой крик лучший катализатор к действиям — и его пальцы аккуратно гладят головку цветка, прямо под нижними лепестками, у основания толстого стебля, похожего на дуб дерева. Не проходит и секунды, как листья замирают. Прекращают стягивать мои волосы в тугое кольцо. А затем и вовсе расслабляются, отпуская их. После чего снова возвращаются на своё законное место.

— Что это за монстр?!

Делаю шаг назад и с опаской смотрю на цветок.

— Гринбус. Они довольно чувствительные. Поэтому, если их хоть как-то обидеть, то месть не заставит себя долго ждать. У отца как-то был такой.

Угрюмо поджимаю губы, чувствуя себя тупоголовым бибоном.

— Ты в порядке? — Лин кладёт руку на мое плечо и едва поглаживает его.

Я сглатываю. Делаю ещё один шаг назад. И киваю.

— Лучше и быть не может.

— Тогда можем идти. Ростки у нас, капитан. — Оен едва слышно усмехается, впервые воздержавшись от каких-либо комментариев. Наверное, даёт своему другу такую возможность. А затем с ящиком в руках направляется в сторону выхода.

Мы трое следуем за ним. При этом я стараюсь держаться как можно дальше от растений. С ними у меня как-то тоже…не вяжется.

— Наконец-то! Чего так долго?..

Все трое смотрят на меня, сдерживая улыбки, которые так и рвутся наружу, словно встающее по утру солнце. А затем Вэйсс произносит:

— Скажем так, возникли некоторые трудности. Но ростки у нас. Можем уходить.

— Это все, конечно, прекрасно, — язвительно произносит Фидж. — Но этот дьявольский черт так и не просыпается, сколько бы я его не будила!

— Даже не думайте! — спешно произношу я, добавляя своему голосу ноток грозности, стоит лишь увидеть их пересекающиеся взгляды. — Мы его не оставим.

— Ладно.

Вэйсс коротко пожимает плечами. После чего подходит к той самой стойке, где стоит касса и, выкинув парочку увядших цветов, берет вазу и выливает все её содержимое на парня.

— Надеюсь, там была обычная вода, — закусив губу, произносит Лин.

Я хмыкаю. А Оен добавляет:

— Надежда нынче — наше всё.

Уиш резко выдыхает, а затем открывает глаза.

— Где я?..

— Он потерял память?! — ужасается Сайви.

— Может быть в его случае это было бы и неплохо, — задумчиво, но с нотками иронии добавляет упырь.