Проект хаоса – 2 - Фомичев Алексей Сергеевич - Страница 10

Остальные восемь боевиков занялись зачисткой территории, используя фактор внезапности, оружие с глушителями и ножи. Сопротивления им никто толком не оказал, кроме немолодого прапорщика, начальника вещевой службы. За его спиной была война в Чечне, причем в разведбате, так что опыт внезапных боестолкновений прапорщик имел. Услышав приглушенные хлопки выстрелов и увидев падающие тела заместителя командира дивизиона и писаря, он успел добежать до сейфа, вытащить свой ПМ и схватить два снаряженных магазина.

Старая привычка держать оружие в готовности в этот раз подарила прапорщику время и жизнь. Он встретил двух боевиков возле склада, одного застрелил в спину, второго подранил и добил. Подобрал их оружие и чесанул вдоль забора ко второму выходу, но на полпути вспомнил о старом лазе, проделанном в заборе солдатами для ухода в самоволки, и нырнул в него.

Прапорщику повезло, второй выезд из части тоже был взят под контроль террористами, а вот лаз никто не стерег. И прапорщик ушел, скрывшись в кустарнике, добежал до рощи и уже через нее добрался до трассы.

Капитан Куркин так и не узнал, что сразу после завершения переговоров командир боевиков застрелил тещу Нину Андреевну. А боевики занялись женой и дочкой капитана. Девочка потеряла сознание через десять минут и была добита ножом в сердце. Жена вынесла издевательства до конца и получила удар милосердия только когда боевики насытились ее телом.

Мог ли капитан что-то сделать? Поднять тревогу, напасть на боевиков? И как бы поступили на его месте другие офицеры? Этого не скажет никто до тех пор, пока сам не окажется в таком же положении.

Трофеями террористов стали две зенитно-ракетные установки «Тунгуска» еще старой модификации, что стояли на вооружении в батарее ПВО. Ракеты с них сняли и вывезли, но вот тридцатимиллиметровые автоматические пушки сохранились в полном порядке, как и боекомплект к ним. Так что террористы получили отличное средство против вертолетов. Да и самолеты, если пролетят низко, могут попасть под залп.

Держать территорию дивизиона в планы террористов не входило, они погрузили на машины все, что нашли, вывели установки и покинули расположение части, предварительно заминировав ее. Если в течение суток сюда не сунутся, то часть взлетит на воздух сама.

Координатор Тимур донесение о захвате воинской части встретил спокойно. О том, что ракетный дивизион передислоцируется, что в части почти нет личного состава, и сопротивление оказать некому, он хорошо знал. И не ждал неприятных сюрпризов. Хотя весть о том, что один военный сумел уйти, предварительно завалив двоих боевиков, царапнула Тимура. Его профессионалы оказались не очень-то профессиональны, раз дали себя снести какому-то шустрому служаке. Большой опасности побег не представлял, уцелевший боец ничем не помешает, даже если сообщит начальству. Это самое начальство и так скоро все узнает.

– Кто работал в части? – спросил Тимур помощника. – Отряд «Запад»?

– Отряд «Запад», группа «Гамма». Командир…

– Помню.

Каждый отряд, группа и их командиры имели позывные – простые, совершено нейтральные. Группой «Гамма» руководил некто «Ураган». Достаточно опытный боевик, способный и расчетливый. Других тут и не было. Иной вопрос, как он подбирал и готовил свою группу, что вот так на первом же задании понес потери? Небольшие, возможно, оправданные, но все-таки нежелательные.

– Группе работать по плану. Проверить периметр и держать постоянную связь с командирами отрядов. Что с аэропортом?

Помощник вывел на экраны мониторов картинки с камер наблюдения, проверил на своем планшете поступление докладов и довольно цокнул языком.

– Они начали!

– Отлично. Запускайте дроны.

Перехват управления камерами наблюдения, установленными на улицах и на вокзалах, произвели еще ночью. А за неделю до этого техники команды Тимура смогли незаметно войти в систему управления, минуя все защитные порядки сети МВД и городских структур. Конечно, не все камеры имели единый центр контроля, но небольшие локальные сети вроде какого-то жилого комплекса не особо интересовали Тимура. Главное, взять под контроль улицы, чтобы иметь полную картину происходящего.

Кроме того, техники подготовили три десятка беспилотников, оборудованных камерами наблюдения, в том числе, ночного видения. Их готовились запускать после обезвреживания основных объектов. Вот сейчас этот момент как раз и наступал. На очереди был, наверное, самый большой и самый значительный объект – аэропорт. Он успеха его захвата зависело очень многое в планах Тимура и его команды. Это был настоящий козырной туз. Ну, или король, по меньшей мере. С таких козырей в большой партии никогда не ходят. Зато им можно побить практически любую карту, которую швырнут на стол оппоненты – власть. Не городская, конечно, а та, что сидит в столице. Пока она не знает, что уже втянута в игру, ну а потом начнет активно бросать карты не последнего ранга, стремясь отыграть потерянное. Вот тут козыри и пригодятся.

Аэропорт по плану должны были брать отряд «Восток» и три сотни боевиков прикрытия. Расписанный и несколько раз проигранный на компьютере и на картах план имел все шансы на успех. Но, как всегда, до самого последнего момента нельзя быть уверенным ни в чем. И эта неопределенность имела ни с чем несравнимую прелесть для настоящего воина. Или настоящего террориста.

Аэропорт – это не только здание самого порта и взлетно-посадочная полоса. Это целая инфраструктура, куда входят цех техосмотра и ремонта, пункты приготовления и фасовки питания, система подачи топлива, горюче-смазочных материалов, склады и ангары, помещения вспомогательных служб и еще много чего необходимого для обеспечения бесперебойного функционирования всей системы. По площади даже не самый крупный аэропорт сопоставим с целым поселком. Что уж говорить о таких гигантах, как столичные аэропорты.

Количество сотрудников тоже сопоставимо с населением небольшого города. От диспетчеров, руководителей полетов до техников, поваров и уборщиков. Сотни единиц техники, тонны оборудования и инструментов. Махина, одним словом.

Семь лет назад аэропорт Сурсака модернизировали. Перестраивали и ремонтировали здания, расширяли дороги, перекладывали асфальт, заново проводили трубопровод для авиационного топлива. Потом устраняли недоделки, без которых не обходится ни одно строительство в России.

Несложно угадать, кто проводил ремонтные и строительные работы. Они самые, незаменимые, недорогие и безотказные гастарбайтеры. Все сделано их руками, от прокладки дорог до ремонта строений, в том числе в закрытых зонах. Лучше сказать так – для них нет закрытых зон.

Сроки работ периодически сдвигались по разным причинам, так что ремонтные и строительные бригады авралили почти всю дорогу. Быстрей, быстрей, это бросьте, это оставьте, это потом, это на хрен! А это вообще не трогать, ибо нефиг. А вот это немедленно и как следует, а то хрен что получите, если вообще получите…

При таком режиме контроль работ бригад гастарбайтеров был чисто формальным. Ибо если следить за каждым шагом, то… так можно следить лет десять. А надо было уложиться в год. Ну в два. Максимум в три.

Ну и не стоит удивляться, что среди обычных работяг затесались немногочисленные спецы иного, так сказать, толка. Они тоже умели красить, копать, закапывать, а также закладывать, вставлять, маскировать и убирать за собой все следы.

Их трудами в земле, под асфальтом, в стенах и крышах некоторых строений были созданы ниши и выемки, не предусмотренные планами. Эти полости заполнили материалами разного типа, но одного назначения – причинять невосстановимые повреждения всему, что расположено рядом. Да, еще тогда, пять-семь лет назад это было сделано, если так можно выразиться, на вырост.

Удивляет такой расклад? А есть уверенность и даже гарантия, что в других аэропортах страны нет подобных закладок? А на железнодорожных вокзалах, на мостах, трассах? Гастарбайтеры сейчас работают везде вплоть до космодромов. Незаменимые такие вот мастера на все руки.