За фасадом строительства советского ВМФ - Почтарев Андрей Николаевич - Страница 61

И ещё в доказательство вышеизложенных слов Николай Герасимович писал, что даже накануне войны он «не присутствовал ни на одном совещании, где бы рассматривался вопрос готовности] Вооружённых Сил и флотов в целом к войне». «Мне, — рассказывал флотоводец, — были известны многочисленные мероприятий распорядительного порядка по Советской Армии, но до Наркомата ВМФ не доходили указания о повышении готовности или поступках на случай войны»594.

«Мне могут возразить, что это, возможно, и делалось, — рассказывал Н.Г. Кузнецов, — но только без ведома и учёта точки зрения Военно-Морского Флота. Но какие могли быть секретные разговоры на эту тему без учёта целого вида Вооружённых Сил? Руководство Красной Армии не могло иметь полноценных планов обороны без учёта действий Военно-Морского Флота»595.

Фактически руководителем строительства «Большого флота» являлся В.М. Молотов596, координировавший кооперативные поставки всех наркоматов. При этом Н.Г. Кузнецов писал: «...Ему и А.А. Жданову597 было поручено "шефствовать”, и они в какой-то мере помогали мне в решении вопросов, но всё же чаще всего предлагали "написать товарищу Сталину"598. Хотя и «регламентированного положения о том, что могли и должны были решать Молотов, как зампред Совнаркома, и Жданов, как секретарь ЦК, не имелось»599.

“Шефы " отказывались даже "проталкивать” подобные вопросы, не зная, как будет реагировать "Хозяин” — опасались попасть из-за флота в неудобное положение, если окажется, что Сталин имеет иное мнение, чем моряки.

Бывало и так: обещали поддержать меня и меняли своё мнение "на ходу” в кабинете Сталина, определив направление ветра, но мне-то так поступать было нельзя...

Я имел своим прямым начальником самое высокое лицо в государстве и в то же время не имел такого "шефа ", с которым мог бы в любой день обстоятельно побеседовать и доложить ему свои флотские нужды. Когда я начинал надоедать своими просьбами Молотову и Жданову, то они сердились и прямо говорили: моё дело как наркома добиваться приёма у Сталина и просить его решить эти вопросы.

Но чем ближе к войне, тем больше Сталин удалялся от флотских вопросов текущего порядка. ...Это приучило меня к самостоятельности и вынуждало в отдельных случаях самостоятельно принимать собственные решения. Пожалуй, этим я обязан и тому, что в канун войны, не ожидая приказаний свыше, принял ряд решений по повышению боевой готовности флотов.

...Молотов считал своим долгом шефствовать над флотом и избегал только оперативных вопросов. По всем флотским вопросам он обязательно советовался со Сталиным... У меня сложилось впечатление, что Молотов при взаимоотношениях со Сталиным не имел собственного мнения, и только слушал его приказы. Возможно, это ошибочно и касается только флотских дел, в которые он явно не хотел вмешиваться и ограничивался ролью исполнителя принятых решений»600.

Даже когда в ноябре 1939 г. жена В.М. Молотова Полина Семёновна Жемчужина601 была снята с поста наркома рыбной промышленности СССР, в феврале 1941 г. на XVIII партконференции выведена из состава кандидатов в члены ЦК ВКП(б), в декабре 1948 г. и вовсе исключена из партии (в это время состоялся развод с мужем), а в январе 1949 г. арестована и вскоре осуждена на 5 лет лагерей, В.М. Молотов не возражал, так как разделял точку зрения И.В. Сталина на репрессии.

«Когда в апреле 1939 года я был утверждён в должности наркома ВМФ, — вспоминал Н.Г. Кузнецов, — Сталин уже не любил возражений. Вокруг него образовалась своего рода плотная оболочка из подхалимов и угодников, которые мешали проникать к нему нужным людям...»602

К полному единовластию И.В. Сталин стремился давно. На протяжении всех 1920-х гг. в правящей партии не утихала «гражданская! война». Поставив своей целью любой ценой сохранить и упрочить свою власть, генсек и его ближайшее окружение сделали ставку на ликвидацию всех сомневающихся и несогласных с проводимой линией, — как со стороны старых, ленинских кадров, так и со стороны всех других потенциальных противников. Шире стали применяться чрезвычайные меры. Ставка была сделана на террор. О том, как это происходило на флоте, да и в стране в целом, как уже говорилось, освещалось в первой книге «Репрессированный флот».

ПРИЛОЖЕНИЯ

Приложение 1

№ 86 6 декабря 1917 г.

1. Всё управление флотами переходит в ведение цен тральных комитетов флотов, которые являются высшей властью на местах.

2. Все штабы командующих флотов заменяются соответствующими выборными организациями.

3. Военные отделы центральных комитетов флотов управляют всеми военно-оперативными морскими действиями. Военным отделам предоставляется право приглашать компетентных лиц по управлению оперативными действиями и право назначения комиссаров.

4. Должность командующих флотов упраздняется, а их функции целиком переходят к военно-оперативной части военных отделов центральных комитетов флотов.

Примечание. Член оперативной части Военного отдела центрального комитета, ответственный за разработку оперативных действий, впредь до выработки новых окладов содержания получает содержание командующего флотом. Первый его ответственный помощник исполняет обязанности бывшего начальника штаба командующего флотом по оперативной части, второй помощник — бывшего начальника штаба командующего флотом и получают содержание таковых. Все остальные должности распределяются военными отделами центральных комитетов флотов.

5. Военно-оперативный отдел держит флаг командующего флотом с буквами Р.Р. (Российская Республика).

6. Все остальные отделы центрального комитета избирают ответственных лиц и распределяют между ними исполнение технических обязанностей...

7. Все приказы, постановления и распоряжения, касающиеся военно-оперативной части флота, издаются Военным отделом центрального комитета. Все эти распоряжения подлежат беспрекословному исполнению. В случае отказа от исполнения служебных обязанностей и невыполнения приказов, распоряжений и постановлений все виновные будут предаваться военно-революционному суду как враги народовластия.

Приложение 2

Российский флот, как и армия, приведены преступлениями царского и буржуазного режимов и тяжёлой войной в состояние великой разрухи. Переход к вооружению народа, которого требует программа социалистических партий, крайне затруднён этим обстоятельством. Для сохранения народного достояния и противопоставления организованной силы остаткам наёмной армии капиталистов и буржуазии и для поддержания, в случае необходимости, идей всемирного пролетариата приходится прибегать как к переходной мере, к организации флота на началах рекомендации кандидатов партийными, профессиональными и другими массовыми демократическими организациями.

Ввиду этого Совет Народных Комиссаров постановляет:

Флот, существующий на основании всеобщей воинской повинности царских законов, объявляется распущенным, и организуется Социалистический Рабоче-Крестьянский Красный Флот.

Председатель Совета Народных Комиссаров