Притяжение влюбленных сердец (СИ) - "Цветы весеннего сада" - Страница 136

Яков лишь задумчиво размышлял о том бардаке, что творится в его подотчетном районе. Это хищение удалось раскрыть, но что дальше? Кто стоит за этими безобразиями и так ли они случайны, эти происшествия, или укладываются в строго логичную последовательность событий.

Анна Викторовна захлопотала над племянником, велев Татьяне организовать поздний ужин и пока мужчины пили коньяк, обсуждая службу и последние новости, она ускользнула проверить как устроили гостевую для дяди. Хитрый Петр Иванович говорил обо всем и ни о чем, мастерски уходя от расспросов, и она решила вывести его на откровенность, когда они останутся наедине.

Ночью Аня дождалась, пока Яков уснет и отправилась допросить дядю с пристрастием. На чьей стороне он? Даже ей, с ее добродушием, было непонятно его загадочное поведение и таинственность.

Аня тихонько нашарила мягкие тапочки и, стараясь не шуметь, осторожно взяла свечу и вышла в коридор.

Постучавшись, она заглянула в гостевую. Дядя не спал, вольготно сидя в домашнем халате за столом и раскладывал пасьянс.

- Можно к тебе? - спросила Анна.

- Входи Аннет, я ждал тебя… - смущенно сказал Миронов.

Аня села напротив дяди и с минуту молча смотрела на него, подперев кулаком щеку.

- Дядя, говори! - потребовала Анна.

- Да что тут скажешь. - вздохнул Миронов. - Мы путешествовали с Еленой Владимировной три месяца. Проводили время душа в душу и ничто не предвещало размолвки. У Элен так много знакомых. Мы посещали приемы, балы, чудно вместе встретили Рождество. Но последний месяц Элен много ссорилась со мной, сложилось впечатление что она чем-то тяготится или же мое общество ей совсем наскучило… Я гнал от себя эти мысли. В Томске мы поссорились окончательно. Я утопил свое горе в вине, и она прогнала меня. Очнувшись в гостиничном номере, я поехал за ней и нагнал только в Иркутске. Элен не желает больше быть со мной. Однако она намекнула, что если я помогу ей в одном деликатном деле, то возможно простит меня. Елена безуспешно ищет одного человека, ученого, производящего съемку местности на строительстве дальневосточных дорог. Ей нужно договориться с ним о покупке очень ценных бумаг, но человек этот, топограф, к несчастью, пропал.

Елена знает, что мои способности не столь сильны, как твои. Она просила уговорить тебя помочь ей. Пойми, Анна, Елена - деловая женщина, она служит интересам государства.

- А интересам какого государства, она не уточнила? - подняла сердито брови Анна, всплеснув руками.

- Аннет, это Штольман тебя научил не доверять близким людям? Это неприятная черта. Я твой дядя, а Элен близкий мне человек, я люблю ее!

- Дядя! Ну допустим найдем мы этого топографа… он может не захотеть сотрудничать. Его планы касательно бумаг могут кардинально отличаться от планов Елены Владимировны. И потом… ну ты серьезно веришь, что дама, бросившая тебя и ставящая такие ультиматумы, хоть немного заинтересована в тебе? - призывала Анна голос разума Петра Ивановича. Впрочем, пока совершенно безуспешно.

- Аннет, Елена заинтересована во мне, я чувствую это. Но дело для нее важнее чувств и привязанностей. Она служит высшим идеалам! - воскликнул Петр Иванович.

- Ну да. - вздохнула Анна, беря паузу. Как спорить с влюбленным человеком? Любовь слепа.

- Я подумал, что если помогу ей, если ты поможешь, то Елена обрадуется. И, возможно, она вспомнит как мы с ней были счастливы эти месяцы и вернется ко мне. Ты поедешь со мной в Сретенск?

- Я-то поеду. По приглашению Лариных на твой спиритический сеанс. Но Элен помогать не желаю. Кстати, ты давно берешь за сеансы по две тысячи рублей и называешь себя на европейский манер?

- Недавно. - махнул рукой Петр Иванович. - Творческому человеку простительны вольности. Кроме того, чтобы быть завидным женихом нужны деньги, и немалые. Аннет, ты единственный человек, который может провести ниточку между пропавшим человеком и теми, кто его ищет.

- А я не уверена в помыслах тех, кто его ищет. Ты говоришь государственный интерес и долг Отечеству, а я вижу пока только корысть. - рубанула правду Анна.

- Аннет, я хочу жениться на Елене. Я так долго был одинок. А она такая сильная и такая красивая…

Миронова накрыло несвойственное ему чувство печали.

- Дядя… Анна прижала его кучерявую голову к свой груди. Она не знала, как утешить его. Зато Аня знала, что это просто любовный морок, и он обязательно пройдет. Нужно только время.

- Я завтра уеду в Сретенск, попробую разыскать Элен. А ты приезжай ко мне, развеешься. Приедешь? - спросил дядя.

- Приеду. - вздохнула Анна. - встретимся у Лариных.

Петр Иванович вдруг страстно заговорил:

- Откровенно говоря, я в ужасе от этого жуткого места. Что за “Кара”? Не иначе как кара Божья. Все здесь такие серьезные. И даже ты, моя радость! Здесь абсолютно нечего делать. Ни одного трактира, ни одного ресторана. Немногие благородные люди, что здесь проживают, приемов не устраивают.

- Я буду устраивать. - сказала Анна, - благотворительные.

- Все равно. Такая глушь! Мне жаль, что тебе приходится тут жить, душа моя. И Штольман твой косится на меня совсем недобро…

- Не смей дядя! - Аня погрозила дядюшке пальчиком. — Вот он, как раз таки, государственный человек, и в намерениях Якова Платоновича я уверена.

- Штольман не обижает тебя? … хотя, не отвечай. - замахал руками Петр Иванович. - По твоему виду я и так вижу, что не обижает и ты за него горой… Аннет, пожалуйста, не покидай меня. Я и сам на распутье…

- Да кто же тебя покидает. - вздохнула Анна и погладила теплую дядину руку.

Вернувшись в спальню, Аня прислушалась к мерному дыханию мужа. - Уф! Спит, кажется… Она прокралась к кровати.

Однако едва она легла на подушку как Яков схватил ее за руку, приподымаясь на локте и заглядывая ей в глаза.

- Аня! Что за секреты! Не ожидал от Вас. - возмущенно зашипел Штольман, ревниво нависая над ней.

- Да нет у меня никаких секретов. - замахала свободной рукой Анна. - Я просто хотела поговорить с дядей по душам.

- Поговорили? - сурово поинтересовался Штольман.

- Да. - вздохнула Анна.

- И о чем же? - напирал Яков.

- Я не могу Вам сказать, это его личные переживания. - пожала плечами супруга.

- И не говорите. Я сам Вам расскажу. Элен Корф влюбила, или уж окрутила, называйте, как хотите, Петра Ивановича и теперь вынуждает его обратиться к Вам за помощью в своих аферах. Так? —возмущенно сказал Яков.

Анна молчала.

- Я еще раз напоминаю Вам, сударыня, - шипел Штольман, что дело это настолько опасное, что в борьбе за это месторождение могут отправить на тот свет всех нас разом. Или в тюрьму, если вдруг выяснится, что Вы помогли преступникам, а я был слишком лоялен к супруге и ее родственнику. Радость моя, может, Вы все-таки никуда не поедете? Скажитесь больной. Интуиция подсказывает мне, что без Вас этот узел не развяжется, и бумаги сгинут навсегда.

Аня схватилась за голову.

- Что же делать? - растерянно сказала она. - Дух требует найти бумаги. Довольно настойчиво. Приходил за последние два дня уже трижды. Дядя просит не бросать его. Я его единственный близкий человек здесь, а он совсем запутался. Но я понимаю, что документы на месторождение топограф хотел передать нашему государству, а не англичанам.

- Я подстрахую Вас. - вздохнул Штольман. - Хотел оставить это в тайне, но раз так… Я тоже скрытно собирался ехать в город, несколькими часами позже Вас, и Алексей Юрьевич со мной.

Вы думаете, я действительно позволил бы Вам находиться в Сретенске, в такой опасной обстановке вдвоем с дядюшкой? Да я с Вас глаз не спущу. При всем моем к Вам уважении, Вы очень наивны и прямодушны, и недооцениваете стаю хищников, что там подобралась для поиска больших денег. Если мы нападем на след бумаг и разыщем их все-таки, то заберем и передадим охранному ведомству, тем, кому они и предназначались. Заодно убережем Петра Ивановича, раз уж он временно помешался, от необдуманных поступков.