Демонолов (СИ) - Камилл Марк - Страница 21

– Кричите. Кричите, сколько угодно. Рано или поздно устанете, – он даже не смотрел на ошарашенные глаза пленников, бьющихся в истерике в своих клетках. Всех, кроме одной, белокурой девчонке, которая жадно разглядывала Огнежку водя по ее силуэту своим стеклянным взглядом.

Спустя пол час загон был наполнен овцами, а клетки были снова пусты. Все кроме одной. В которой Огнежку ждала новая оболочка.

– Ладно, идем те уже отсюда, – Стефан поднял тело безголового вожака и кинул в загон.

На улице солнце обожгло лоб Люмена, после чего он тут же одернул капюшон. Такого он не ожидал увидеть в этом месте. Встретить мимиков, которые кормят живую избу, сросшуюся с магическим дубом. Сколько в мире всякого…

Последним из черной избы вышел фермер. Он хлопнул дверью и снова что-то пробубнил. После чего изба крутанулась в обратную сторону и вернула предыдущую стену без двери с забитым ставнями окном.

– У тебя должно быть много вопросов, Люмен? – старик потер шею, где уже не было и следа от раны. Размял челюсть и улыбнулся демонолову.

Тело было другое, но эти бледно-голубые глаза и ощущение… не нужно было и свыкаться с новой оболочкой. Она тут же подчинилась своему хозяину став его одеждой и никак не повлияв на его ауру.

Огнежка всегда смотрела на отца по-прежнему. И неважно был он в обличии старика, чудовища или черноволосого предводителя наемников, посланных за их головами, но отдавшего свою.

– Что это за дерево и дом, древняя магия, пропитавшая их? – Люмен переваривал случившееся. В основном он разговаривал с учителем о демонах. Монстров хоть Люмен и видел, но немного за свою жизнь. Да и все они были человекоподобными. Остальных видно было еще меньше.

– Магия, – Стефан усмехнулся, – сила нашего мира. И дерево оттуда же. Это кусочек с нашей некогда земли, – в словах Стефана проскользнула горечь. – Так устроено. Одно не может без другого. Мимики в своем первоначальном виде не живут, – они обошли длинный дом и вышли к тропинке ведущей в лес.

– Почему?

– Выбиваемся из окружения, так сказать. Есть множество причин и все они важны, но не для тебя, – старик взял под руку свою дочь и улыбнулся ей.

– А магия, это то, что вы называете душой у себя. У нас это сплетение нитей. Они питают все сущее. Из них мы состоим и в них мы превратимся после смерти, Люмен.

– Это дерево, часть нашего божества. Мы кормим его. Оно нас. В мире есть простые правила. И если научишься их понимать и соблюдать, то без труда в нем будешь существовать. Даже мы, чужаки, научились, – они вышли на поляну, где наемники ждали их с пленной Огнежкой.

Когда они добрались до дома, уже наступал вечер. В избе горел свет, и кто-то суетился. Из дымохода валили черные клубы дыма.

– Твоя жена?

– С ней все в порядке. Кора белого дуба способна исцелить многие раны.

Внутри бегала Зофия, как ни в чем не бывало она накрывала на стол жаркое. Стефан зашел первым и разувшись подошел к своей жене обнял ее и поцеловал. Зофия не задала ни одного вопроса, лишь коротко кивнула и вопросительно посмотрела на Огнежку, та смущенно опустила глаза.

За ужином никто не говорил.

Ночь пришла тихо и безмятежно.

Люмену разрешили спать во втором доме. Но засыпать демонолов не хотел. Он знал, что стоит ему только закрыть глаза, как он снова окажется на той чертовой спирали с кружащими над ним рыбами из символов.

Демонолов встал и подошел к окну. На небе плыла рыжая луна. Она круглым полным диском сияла на ночном небе. Звезды искрами светили рядом.

Вот созвездие Бегущего льва, а вот Радужный Орион. Рядом россыпью раскинулось Девичье озеро. Под ним, игриво сияют, соперничая друг с другом, два набора звезд. Два Брата.

Люмен вышел на крыльцо и сел разглядывая две далекие звезды. Одна горела ярким белым светом и располагалась на удалении от всех. Ей не хватило места в соседних созвездиях, и она стала цельной звездой своего собственного созвездия, состоявшего только из нее. Его называли – Белый шепот. На таком же расстоянии сияла еще одна звезда. Ярко-красным светом. Ее называли по такому же типу – Красный шепот.

Два самых ярких светила и два самых далеких друг от друга.

Люмен поднял руки и прищурился. Он всегда любил так делать в детстве. Соединять звезды. Он коснулся пальцем сначала одной, а потом другой и закрыв глаза соединил их.

Глава 12 - Попутчик

Морфей тягуче поглощал сознание Люмена. С каждым вздохом демонолов проваливался все дальше и дальше в нежеланный сон.

Сначала наступило расслабление. Затем, что-то неуловимое связало все мышцы и суставы своей легкой нитью. И, наконец, пустота поглотила Люмена. Сознание белым вьюнком кружило по бездне подхватываемое ветром мыслей и неумолимо, неотвратно летело к показавшейся вдалеке белой искорке.

Белая точка понемногу увеличивалась пока не приняла очертания маленькой спирали. Сознание пронзило некий пузырь и очутилось внутри приготовленного для Люмена сна.

Демонолов открыл глаза, и из его груди вырвался стон.

Снова он лежит на белой спирали, на этой черной земле. Здесь ему знакомо все: от ближайших камней, пышных кустов, растущего рядом дерева и до кружащих вокруг символов.

Он поднялся и отряхнул свою кожу. Осмотрел свое нагое белое тело. Сейчас было раннее утро. Солнце вот-вот должно было подняться и у него еще было время насладиться, его, днем.

Кружащие вокруг рыбы переливались замысловатыми рунами и символами. Люмен вдруг подумал, почему он никогда не пробовал их прочесть?

Он вытянул руку и схватил одну небольшую рыбешку, напоминавшую камбалу. Сущность затрепыхалась и попыталась выскользнуть. Но демонолов крепче стиснул рыбу, сжимая дрожащие руны. Люмен поднял сущность перед собой и усмехнулся. Руны читались словом: «Сад».

Он разжал пальцы и рыба тут же, взмахнув хвостом, заскользила по воздуху. Демонолов схватил другую напоминавшую щуку.

Когда он сжал ее брюхо из пасти выскочила маленькая рыбеха и скрылась за вращающимся рядом косяком. Сущность недовольно защелкала зубами. Здесь было слово, имеющее несколько значений: «Идти, плыть, бежать, скользить».

Должно быть это бесформенные обрывки его мыслей, проникшие в сон и воплотившиеся в виде подобных рыб.

По щеке демонолова что-то ударило. Он инстинктивно развернулся и попытался схватить наглеца, но вместо этого его руки уперлись в гигантское брюхо. Большая рыбина появилась из неоткуда и сейчас медленно проплывала рядом, чуть задевая отважившегося смельчака, стоящего у нее на пути.

Когда рыбина отплыла на десяток метров, Люмен смог разглядеть из ее очертаний два символа: «Бан» и «Чу». Поигрывая кончиками знаков, символы сложились в одно слово, переплетясь вместе: «Содействие, помощь».

Люмен усмехнулся и отогнал от себя мелькавших перед глазами шустрых мальков.

Спина начала резко гореть, приняв на себя первые лучи восходящего солнца. Демонолов размялся и побежал в сторону леса. Но не успел он сделать и десятка шагов, как земля под ним стала раскалываться. Часть за частью почва стала разделяться на небольшие островки, парящие в воздухе. Демонолов прыгал с одного на другой, пока один из них не рассыпался на сотни кусочков. Падая Люмен жадно хватался за скользящих рядом рыб, но у него все никак не получалось схватиться хоть за какую-нибудь. Когда он отчаялся руки сами обхватили, что-то крупное, поднырнувшее снизу.

Сущность взмахнула раздвоенным хвостом и стремительно поплыла вверх, разгоняя прочих рыб в стороны.

Люмен понял, что просыпается. Последнее, что он увидел были руны на спине рыбы, стремительно несущей его вверх из чрева пропасти к слепящему наверху солнцу. Руны сложились в надпись: «Чужой».

Спать на кровати, да еще и с подстилкой, это большая роскошь в сравнение с сеном на деревянном полу. Тут нет тебе фыркающих лошадей, чавкающих коров и кричащего в одно и то же время проклятого петуха. Что бы его зарубили на обед.

Люмен потер сонные глаза и заморгал, широко зевнув. Когда он поднялся и сел то не поверил увиденному.