Школа гетер или уроки по выживанию 2 (СИ) - Мананикова Ольга - Страница 35

— Ты просто не видела его взгляд, когда он смотрит на тебя и думает, что его никто не видит, он готов душу за тебя отдать, чтобы вернуть, честно, не вру, — в это было сложно поверить, но очень хотелось.

— У нас ним нет будущего, зачем обоим рвать душу на части? — попыталась себя вновь отговорить и оградить от напрасных страданий.

— Лина, о чем ты говоришь? Может замуж за него и не выйдешь, но впереди еще столько лет, которыми сможете наслаждаться вместе, летом практика на Земле целых два месяца рядом друг с другом, помощь в любых сложных ситуациях, а если захотите быть вместе, то тебе всегда свободный вход к нему в замок и что-то мне подсказывает, что он не прекратит с тобой общаться, даже если ты закончишь школу, ведь кроме тебя он ни разу так ни на кого не посмотрел, неужели от стольких моментов, которые предстоят впереди нужно отказываться? — мне хотелось верить в нарисованное будущее, но не могла себе позволить и дальше испытывать к нему чувства.

— Не смогу ему признаться в любви никогда, а быть просто подругой с каждым днем становится все тяжелее, плюс моя элементаль все эмоции усиливает многократно так, что сердце каждый раз готово вырваться из груди, это мне не по силам, — впервые наизнанку вывернула те чувства, которые сжигали пламенем изнутри.

— Вот и подошли мы к твоей настоящей проблеме, подруга, ты отказываешь себе в собственных желаниях, в угоду другим, всегда хочешь быть беленькой и пушистой, стараешься никому не причинить страданий, а тем самым сама попала в капкан сильных эмоций, не в силах справиться и не прося о помощи, хотя бы советом. Рядом с тобой, святошей, сама себе кажусь каким-то похотливым монстром, ты себя просто не любишь, вот и все, — высказала то, что давно накипело и замолчала, а я не знала, что ей ответить. Неловкая пауза повисла в звенящей тишине.

Она была во многом права, так как стараюсь быть хорошей для всех, кроме самой себя, и рядом со мной, замечала, не скрою, другим часто бывало не ловко, осознать это было не просто.

— Что значит любить себя? Научи, если сможешь, — тихо попросила, стараясь не обижаться на правду.

— Это на самом деле просто, каждое утро просыпаясь задаешь себе вопрос, а что ты хочешь, любимая? — она улыбнулась впервые за встречу, — а потом ждешь, когда внутри тебя душа ответит и дальше идешь ее баловать тем, о чем она попросит, будь то встреча, свидание, интересное занятие или вообще какая ни будь глупость.

— Неужели все так просто? А если желание не осуществимо? — усомнилась, чувствовала, что здесь где-то подвох.

— Когда это тебя останавливали трудности? Да и забыла подруга, в какой школе обучаешься, с твоими принципами здесь нечего делать, — в этом она была абсолютно права.

— А если мне захочется поцеловать, к примеру Орландо? — высказала совсем бредовую идею.

— А вот душа и ответила, чего она желала все последнее время, — обрадовалась Лана, — и что тебя здесь останавливает, у нас никто осуждать за такое не станет, только позавидуют.

— Мне надо серьезно подумать, как это осуществить, но невозможного в этом не вижу, наверное, душа обиделась на меня не хило и именно поэтому не желает возвращаться, — выдвинула бредовое на первый взгляд предположение.

— А ты не спеши, составь список своих желаний, только честно, не ограничивай душу ни в чем и пообещай все прихоти исполнить, когда вернетесь, — она поцеловала в щечку, — мне чувствую, что пора, буду ждать твоего возвращения.

— Мне нужно еще кое-что здесь доделать и возможно мы скоро увидимся, — проговорила, видя, как изображение Ланы тает на глазах, кто-то ее разбудил.

Прежде, чем узнать непосредственный ответ древнего на мое предположение о том, что если захочу искренне, то смогу благополучно свалить из мест обетованных, решила узнать или хотя бы попытаться разведать о его целях по завоеванию альянса или о том, что волнует больше всего, о его планах на Орландо.

Вновь с первого раза удалось переместиться к Самаэлю, хорошо, что он не принимал душ в это время, а всего лишь переодевался, натягивая на себя темно-синие брюки, современного покроя. Интересно, куда он намылился и для чего ему костюм, те, которые носят на Земле бизнесмены или политики. Ведь его все равно никто не видит, а дергать за веревочки, словно кукловод можно в любом обличье.

— В этом костюме мне легче дергать за ниточки, как ты выражаешься, Эвелина, да и мало ли кто может меня увидеть, сейчас в твоем мире не мало медиумов собралось, а так я буду всего лишь одним из гостей на большом приеме и когда ты захочешь снова переместиться, для начала позови и спроси разрешения, как и положено у вас, у людей, — раздраженным древний не выглядел, несмотря на то, что застала его в его спальне и в неглиже, да и не выдворил сразу, продолжая одеваться, — что ты хотела?

— Не дает покоя один вопрос, зачем вам разрушать альянс? Только не надо про то, что все стремится к энтропии, это итак понятно, — перешла в прямое наступление, не давая ему уклониться.

— Когда правит слишком долго порядок, то это становится скучно, да и люди превращаются в апатичных марионеток, бегущих от любого состояния дискомфорта в жизни, сама в этом убедилась, — кивнула головой, в этом была большая доля истины, — а хаос, будь то война, революция или переворот власти пробуждают в каждом несогласие и желание действовать, заставляют сражаться и вызывают бурю эмоций — это дает несравненный коктейль, а не пресное разбавленное пойло скуки и лени, ты же меня понимаешь? — он внимательно посмотрел на меня.

— Но тогда большая часть вновь начинает жить, чувствовать боль, страдания и сочувствие к ближним, это пробуждает людей? — вот сейчас у меня точно немного поехала крыша, потому что это противоречило всем законам логики, — вам то это зачем?

— Ну если ты не заметила, то я до сих пор еще не стал паразитом в каком-либо теле, как многие мои соплеменники, погрязшие в низменных инстинктах своих носителей и не подпитываюсь высокими эмоциями, как элементали, все что доставляет мне радость — это перемены, эволюция различных рас, а не их застой, который ты сейчас наблюдаешь.

— А зачем вы способствуете эволюции различных рас? — такого откровения от древнего совершенно не ожидала услышать, — и даже расы людей?

— Любой расы, которая сможет по днк или при помощи магии или каких иных способностей клонировать мое тело, сделав меня живым, — этот представитель вымершей расы до сих пор надеялся на возрождение собственного вида и подталкивал миры к их развитию тем или иным способом, питание и наличии большего количества душ совершенно не заботило, его цель оказалась достойна уважения, а вот средства вызывали сомнение.

— До сих пор экспериментирую со средствами, перепробовал практически все, но у эволюции слишком медленная скорость, а терпение мое не безгранично, — он улыбнулся.

— Но в ходе войны могут погибнуть тысячи? Неужели вам их не жаль? — с ужасом представила себе масштабы катастрофы.

— У них есть возможность перерождаться в ином теле, а я заперт здесь навечно, завидуя этой способности, по какой-то причине моя раса обрела бессмертие хоть и не в физическом теле, в теле духа, но переродиться не может, только лишь подселиться на время, сохраняя память тысячелетий, это грустно, — поняла, что эта тема расстраивает древнего.

— Не буду вас переубеждать в ваших методах, у меня нет вашего опыта, но надеюсь, что истребление какой бы то ни было расы народов не входит в ваши планы, верно вас поняла? — он утвердительно кивнул, вновь улыбнувшись, — какие у вас планы по поводу семьи Анортхад?

— Неужели ты так сильно переживаешь за судьбу этих заносчивых драконов? — внимательно посмотрел на меня, читая, по всей вероятности, мысли.

— Не такие уж они и заносчивые, — не согласилась с ним, — вполне нормальные ребята, если узнать их поближе, думаю и Лорана тоже была бы совсем ничего, если бы удалось вернуть ей умение сопереживать.

— Просто ты попала под их прирожденное обаяние, присущее расе сильных, но не думаю, что они поставят свою жизнь на кон, когда нужно будет защитить тебя, к примеру, — он явно на что-то намекал и это сильно настораживало.