Стражи волшебных миров (СИ) - Лавров Владимир - Страница 145

Право отца подразумевало, что тех детей, которые не хотели учиться и не могли закончить школу, которые заработали зависимость от искусственных удовольствий, таких детей родители должны были убить. Гражданам предлагалось рожать побольше детей, чтобы хотя бы двое из десяти могли вырасти и стать дееспособными членами общества.

Обязательная работа предполагала, что человек после окончания школы и получения профессии должен был отработать десять лет по профессии.

Со временем производительность роботизированных заводов увеличилась, людей стало нужно меньше, из-за чего сначала отменили обязательную работу, а потом и право отца. Теперь пожилые специалисты вымерли, а новых взять было неоткуда.

Александр Долгомиров с интересом ждал, когда я выскажу свои рекомендации властям этого мира. После двух суток непрерывного общения, после того, как кресло многократно изнасиловало меня во все отверстия, я был готов сказать своё слово.

Рекомендации тут были вполне очевидными. До властей надо было донести мысль о том, что привычка детей к компьютерным играм и общение по сети, даже без секса - это не просто забава, а зависимость не меньшей силы, чем алкоголизм или наркомания. А с сексом это вообще выше любой человеческой воли. Дети своей волей с такими сильными зависимостями справляться не могут, да и взрослые тоже. Семьи с ней сами не справятся. Поэтому необходимо запретить детям какие-либо легкодоступные искусственные удовольствия на самом высшем уровне. Разрешить только разные спортивные или военные игры с роботизированными комплексами в полном масштабе, чтобы за ними надо было бегать или с ними надо было сражаться. Компьютерные игры и прочие забавы, особенно с сексом, разрешить только после 20 лет.

Ещё я предложил широко распространить традицию выкладывать разные сцены ласкового и художественного супружеского секса в сеть для достижения наибольшего рейтинга. Чемпионов награждать. Такие трансляции уже существовали, но их было очень мало. Большинство эротической продукции ориентировалось на подростковые представления, когда женщину брали и имели во все дырки по принципу “как можно больше сношений в минуту”. Смотреть на это было просто неприятно. Строго говоря, нечто подобное я видел и на Земле, но там были хоть какие-то варианты. Здесь же была сплошная индустриальная удовлетворялка.

Я предложил выкладывать ласковый супружеский секс хотя бы для того, чтобы люди женились ради трансляций и высоких рейтингов… А там, может быть, и подружатся по-настоящему. Плюс это должно было сломать традицию подросткового жестокого отношения к сексу как к наибольшему числу удовольствий тела в единицу времени. Пусть увидят, что любовь - это не только удовольствие тела, но и ласка, и нежность…

Александр долго смеялся, но предложения принял.

Ещё мы записали в предложения резко увеличить зарплату тем, кто работает, и снизить пособие тем, кто не работает. Для тех, кому не хватит работы на производстве, создать разные работы по украшению жилья или по взаимным услугам.

На конгрессе гуманитарных специалистов, где представители государства слушали выступления разных групп аналитиков, господин Долгомиров зачитал предложения нашей группы. Из этих предложений было принято только предложение о традиции трансляций супружеского секса. Из предложений групп с других планет власти планеты приняли только идею платить за каждого следующего ребёнка в возрастающем объёме и идею демонтировать со всех личных компьютерных кресел устройства для орального и анального секса. Предполагалось, что это заставит людей чаще встречаться в реальности.

Уже сидя в корабле, я начал удивляться, почему власти не предприняли ничего для того, чтобы мотивировать людей к работе.

- Ведь у них люди как не видели смысла в учебе и работе, так и не увидят! - возмущался я.

Долгомиров смеялся:

- А где ты видел человечество, которое способно предпринимать осознанные целенаправленные усилия для собственного выживания? Я думал, история, как вы писали письма руководству России, вас чему-нибудь научит. Мы поучаствовали в этом цирке по просьбе локальных богов этого мира, но не для того, чтобы произвести какие-то изменения, а для того, чтобы озвучить очевидные вещи, которые никто заведомо принимать не собирался. Это, как говорится, слово пророка, отринутое властями, в осуждение этим властям. А тебя я притащил сюда для того, чтобы ты запомнил три взаимосвязанные факта: роботизированные производства, зависимость от искусственных легкодоступных удовольствий, массовое безумие и деградация. Это этап, через который должен пройти каждый мир. И далеко не каждый проходит. У многих богов люди на этом этапе деградируют настолько, что их мир, изгаженный и обезлюдевший, потом приходится присоединять к другому миру. Так что не торопись развивать промышленную и компьютерную цивилизацию. Пока у тебя не будет достаточно мудрых помощников, чтобы ходить за каждым интернет - наркоманом, даже не суйся.

- Александр, а сколько планет в этом мире, сколько связано космическими перевозками в единую систему?

- Около пяти тысяч. Все на очень разных этапах развития. Многие не отошли от феодализма и натурального хозяйства. Это не очень хороший мир, не советую входить в эту систему. У них тут лидирующих планет с мощными религиями почти нет. Технологические планеты вовсю грабят менее развитые миры и никак их не развивают. Зато болезни и эпидемии перелетают с планеты на планету очень легко.

- Александр, мне необходим Серен. Можно кого-нибудь попросить съездить за ним?

- О! А ведь он действительно тебе нужен. Давай-ка за ним заедем.

Александр прошёл к пилотам, и мы изменили курс.

К родной планете мы пришли только через три дня. Было забавно посмотреть на родной мир из космоса. До чего же маленьким был тот кусочек, на котором я успел побывать! Даже южный континент, который мы искали с таким трудом, оказался небольшим островом по сравнению с теми землями, которые лежали далеко за ним к западу и к югу. А мне казалось, что я проехал полмира…

Меня высадили ночью, над лесом, недалеко от Долигана. Пришлось почти час перебирать ногами. Я прошёл мимо отцовского замка и с трудом отыскал дом друга детства. Немного ошибся, разбудил не тех людей, они чуть не кинулись на меня с оружием.

Жена Серена отстроила на его деньги очень приличный по местным меркам особнячок в три окошка. Я постучал в колотушку у ворот. Дворовая собака решила, что я представляю угрозу, и никак не хотела разрешить убедить себя в обратном, даже после того, как я устроил внушение ей прямо в сознание. Серен выскочил в доспехе и с оружием, но сразу узнал меня и убрал оружие:

- Господин… Уже? Так быстро. Я сейчас соберусь.

Я прошёл в дом.

- Ты пришёл забрать нас? - спросила Гуада, жена Серена. Молодая, совсем девочка по виду. Я помнил её по детству, это она заставляла меня танцевать “козий балет” и строила с нами замки из песка, когда мы были маленькими. Как-то раз мы с Сереном, ещё мальчишками, шутки ради засунули её в мешок и завязали. Я тогда сбежал, а Серен остался её освобождать. А теперь у неё трое детей. И когда успели?

- Забираю.

- Мы когда-нибудь вернёмся?

- Скорее всего, нет. Хотя лет через триста - четыреста смогу отпустить, наверное. Когда свои люди вырастут.

- Я буду жить четыреста лет?

- Нет. Больше. Если не будешь прекословить. А вот твои дети нет. Они будут жить обычное для людей время.

Гу удивлённо посмотрела на мужа. Серен состроил ей весёлую рожицу.

- Что делать со скотиной?

- Напишите записку соседям. Оставьте завещание, кому кого. С собой нельзя брать.

- Понимаю, - сказал Серен, после чего подхватил узелок с вещами и оружие.

- Ничего не бери.

- А как же в новом мире…?

- Всё на месте.

Тащить троих маленьких детей было непросто. Пока шли до корабля, я описал Серену последние новости. Серен сделал правильный вывод:

- То есть мне придётся тащить на себе весь новорожденный мир, пока вы с локальными богами будете развлекаться на других планетах, решая вселенские проблемы.