Лучший способ спрятаться (СИ) - Майская Екатерина - Страница 48

— Да, согласен, эта светлость не достоин быть на этой должности.

— А кто достоин?

— Император сам решит, кто больше достоин, надо просто привлечь его внимание, — лицо хорька захотелось протереть тряпкой с хлоркой… Даже Венюков у меня таких эмоций не вызывал…

— Я не предам империю!

Аскольд кулаком стукнул по столу и пустые стопки подпрыгнули. Одна из бутылок упала, но не разбилась. Покатилась к краю стола, где и была перехвачено хорькообразным.

— Какое предательство? Кто говорит о предательстве? Просто предвидение… Так говоришь граф никуда не выезжает…

— Только в дворец и домой. Домой редко, даже ночует чаще во дворце…

— До дворца ближе, наверное…

— Он даже на мероприятия с наследником сейчас не выезжает… Управление, дворец, дом. Вот после бала у Ревельских — никуда.

— Никуда? А может ты просто не знаешь? Ты же уже больше не его личный помощник?

— Да я… Да я важнее чем любой помощник! Я все знаю! Весь график! Да они без меня и шагу не могут ступить! Вот только на торжественное открытие нового корпуса императорской больницы съездит… Его мать крупный мецентан… меценан, а… вспомнил! Меценат! Денег много пожертвовала на больницу, а приезжать из поместья не хочет, вот он и поедет ленточку перерезать…

— Да, ну, прямо на торжественное открытие… Себе помочь хочешь?

— Хочу!

— И доказать, что граф на твой счет ошибался?

— Я итак это докажу!

— Конечно. А это поможет. Как только граф поедет на торжество, не в службу, а в дружбу, кнопочку на этом артефакте нажми. Просто нажми и все»

К такому жизнь меня не готовила!

***

Аккуратно достала свои руки из созданной Аскольдом коробочки. Спокойствие, только спокойствие…

— Спасибо, ты мне помог, а сейчас мне надо идти.

— Так я же ничего не сделал!

— Сделал. Или сделаешь. В общем, мне в приемную пора.

Мозг пытается анализировать информацию, а ноги сами несут обратно в кабинет. Не помню как оказалась перед дверью в кабинет Вяземского. Постучалась, отряхнула платье, услышала: «Входите». Вдохнула и пошла.

— Похоже я нашла того, кто сливает информацию о вас…

Вяземский сразу напрягся и подобрался как хищник перед прыжком. Вот точно сейчас на ягуара в имперском зоопарке похож, нет на пантеру, волосы-то темные… О чем я думаю????

— Кто?

— Аскольд. У меня было видение, он в баре… Там еще такой хорек… Ну как он мог, он же друг! Торжественное открытие… Артефакт… Это опасно, а вы меня не берете…

И тут меня прорвало. Весь страх за Ярослава, вся боль после видений, невозможность что-то сделать, изменить или повлиять на события… То, что меня оставляют «в безопасности» и подальше от места событий… Все это вылилось в первую мою истерику после смерти родителей. Я плакала так впервые за последние восемь лет. В какой-то момент я обнаружила, что стою, просто вцепившись Ярославу в рубашку. А он обнял меня одной рукой за талию, а второй рукой гладит по голове и что-то успокаивающе шепчет мне в макушку.

Попыталась вслушаться в его слова.

— Все хорошо, Ариадна… Все будет хорошо… Успокойтесь… Все не так как кажется… Не так как на первый взгляд…

Наконец я немного успокоилась, с трудом убрала одну руку с рубашки Вяземского. Мне тут же в эту руку передали мужской платок. Последние всхлипы пришлись именно в него.

Ярослав, не убирая руки с моей талии, поднял мое лицо за подбородок, провел большим пальцем по нижней губе и посмотрел в глаза. Боюсь представить, какая я сейчас зареванная «красавица».

— Ариадна, вы кому-нибудь это рассказывали? Кто-нибудь вас после этого видения видел?

Ответить не могла, только замотала головой, показывая, что никому ничего не говорила.

— Готов взять вас с собой. С одним условием…

Я насторожилась и застыла с платком в руке.

— Вы будете сидеть служебной машине вместе с Василием Васильевичем. Из нее ни ногой.

Теперь замотала головой как болванчик, но на это раз с согласием.

— Успокойтесь, приведите себя в порядок, и ждите в приемной.

Меня отпустили и сразу стало как-то незащищено, одиноко и холодно. В голове все еще был легкий бедлам, но осознание того, что меня не оставляют в управлении, а берут с собой…

Правильно! Так надо! Я должна быть там!

Не знаю почему, но должна…

***

Мягкие рыжие волосы как будто сами проникали сквозь пальцы. В районе сердца слышались громкие всхлипы. Успокаивать девушек в слезах Ярослава Вяземского никогда не учили. Тем более, когда так: с болью, надрывом, искренне. Стоя в кабинете и обнимая трясущиеся плечи девушки, Ярослав понял, что попытка держать ее подальше от происходящих событий если уже и не провалилась полностью, то помахивает флажками как отходящий в плавание корабль.

Объяснить ей все подробно, он не мог. Риск, время.

Операция пока не вышла в активную фазу. Готовится можно долго и тщательно, но взятие наемного убийцы должно быть молниеносным. Тем более, что он подозревал, на кого он может выйти, раскручивая путь до заказчика.

Судя по организации покушения, выбора оружия, места, учитывая видение Ариадны, на «охоту», то есть на выполнение заказа, вышел широко известный в узких кругах, наемник по кличке Нифлер. Нифлер — любитель проживать за границей, а работать там, где больше заплатят. Известен редким хладнокровием, виртуозной подготовкой и особыми отношениями с заказчиком.

Нифлер работает с ограниченным количеством посредников и предпочитает общаться с заказчиками напрямую, чтобы у тех потом не было соблазна избавится от исполнителя. Как он при личном общении добивается того, что заказчики предпочитают забыть о его существовании и ни в коем случае не переходить ему дорогу в дальнейшем, Вяземский не знал.

Но сейчас у него был шанс взять неуловимого Нифлера с поличным. В суде тот конечно ничего подтверждать и не будет, но для императора достаточно будет пообщаться. Под запись. Задать вопросы и получить гарантированно правдивые ответы.

Слишком важная птица, слишком серьезная операция.

Сама того не зная, Ариадна может сейчас выдать Аскольда, а парень ему пока нужен именно здесь. Времени все объяснять, брать клятву о неразглашении, определять стиль поведения и легенду — совершенно нет, поэтому придется брать девушку с собой. Рассказать ей все сейчас — не вариант, а инстинктивное отвращение к Аскольду во время их отсутствия в процессе следующего этапа операции может выдать с таким трудом продвинутого агента.

Необходимо вычислить еще одного «крота» в управлении и сейчас Аскольд занимался именно этим. Все-таки он — ценное приобретение для заговорщиков. Человек, который знает все о передвижениях и может сам послужить орудием в устранении такого неудобного следователя по особо важным делам. Напрямую ему это пока никто не предлагал, но предложение пронести в кабинет бывшего начальника особо крупные по размеру артефакты прослушки — уже были.

Риск раскрытия. Нехватка времени.

Успокоив девушку, Ярослав отправил ее собираться к Самуилу Яковлевичу за защитными артефактами. Василий Васильевич, которого он тоже предупредил, клятвенно обещал присмотреть за Ариадной.

Беспокойство все-таки осталось, но сейчас Ярослав пытался сосредоточится на предстоящей операции. Пытался. Честно пытался. Но перед глазами стояли припухшие губы и взволнованные бирюзовые глаза. Вот после поимки наемника — начнет ухаживать за девушкой. Если все сложится хорошо…

Отставить пессимизм! Когда сложится хорошо!

Была бы воля Вяземского, он бы на каждый метр нового корпуса поставил своего человека, тем более что обыск зданий ничего не дал. Ребята определили подходящие места для стрельбы, но посадить там своих сотрудников Вяземский не мог. Спугнут.

Максимально близко к этим местам были размещены группы реагирования. Но выстрел он должен сделать. Или хотя бы достать оружие, чтобы на нем остались следы. Иначе предъявить ему будет нечего. Никто не запрещает с чердаков в бинокль на торжественное мероприятие смотреть, а оружие — вы сами и подбросили… Мало ли что еще можно сказать.