Колдунья по найму (СИ) - Максимова Адриана - Страница 38

— Да неужели? — снисходительно улыбнулся Клод. Только присутствие Изабеллы сдерживало его высказать этому мошеннику, все, что он о нем думает. Он уже собрался остроумно поддеть его, как послышался звон бьющегося стекла, а затем женский крик.

Глава 15. Отголоски прошлого

Поезд тронулся и Молли ничего не осталось, как сесть рядом с Верджилом. Она злилась на него и ей очень хотелось демонстративно уйти, но она нашла в себе силы сдержаться. В конце концов, они в общественном транспорте, это не ее личная территория, хотя возможность побыть наедине со своими мыслями безвозвратно потеряна.

— Для чего тебе это? — спросила Молли, ставя на колени сумку. Верджил повернулся к ней, на его губах была едва заметная улыбка. — Ты ведь не знаешь, зачем и куда я еду.

— Я просто хочу проветрится в хорошей компании. Ну и может быть, смогу быть тебе чем-то полезен, — сказал Верджил. — Никаких коварных замыслов, честно.

— Мне бы очень хотелось тебе поверить, — сказала Молли.

— Так не мешай себе в этом. Понимаю, учитывая мое прошлое и то, что наговорил тебе обо мне Клод, это сложно, но все же, — Верджил улыбнулся и в этой улыбке Молли заметила печаль.

— Клод ничего не говорил мне о тебе.

Верджил усмехнулся и провел рукой по волосам. Молли заметила у него на коленях каталог картин.

— Ты помнишь девушку по имени Конти? — спросила она и ее голос дрогнул. — Она была влюблена в тебя, бросила все, чтобы быть рядом.

— Смутно, — признался Верджил. — Почему ты спрашиваешь?

— Конти умерла у меня на руках, — тихо сказала Молли. — Она была моей пациенткой в лечебном корпусе.

— О! — выдохнул Верджил и прикрыл ладонями лицо. — Это…это неожиданно. В смысле, мне очень жаль.

— Надеюсь, ты имеешь в виду Конти, — строго сказала Молли, а в памяти всплыл момент, когда она закрыла девушке глаза. На сердце стало тяжело.

— Я ее почти не помню, — с тоской сказал Верджил. — Вроде бы она хотела быть художницей, какое-то время жила у меня в доме. Возможно, мы даже были любовниками. Скорее всего. Но в тот период я вел очень…неправильный образ жизни и многое выветрилось из головы.

Молли посмотрела на Верджила и подумала, что ему больно об этом говорить. Вспомнила, как ее душила ненависть, когда Конти рассказывала ей про своего возлюбленного, и как ей хотелось высказать ему в лицо, все, что она о нем думает, сделать ему больно так, чтобы он никогда не простил себе этой жестокости по отношению к ее подруге. Но сейчас она не смогла ничего из этого произнести. Она глядела на Верджила и понимала, что он так же несчастен, как и погибшая Конти. Разница в том, что ее путь закончился, а у него еще есть шанс все изменить. Ей вряд ли удастся его простить за то, что он сломал жизнь Конти, но наказывать за это желания не осталось.

— Жалеешь об этом? — спросила Молли.

— Не знаю, — пожал плечами Верджил. — Наверное. Я не собирался скатываться на дно, просто хотел, чтобы мне стало лучше.

— Хочешь поговорить об этом?

— Нет, — Верджил криво усмехнулся. — Я много обсуждал свою жизнь в лечебном корпусе. И вообще, с тобой я не хочу говорить о прошлом, только о будущем.

— Ладно, — кивнула Молли и почувствовала облегчение.

— Можешь посидеть молча? — неожиданно сказал Верджил, вытаскивая из-под каталога альбом. — Я бы сделал несколько зарисовок, пока мы едем.

— У тебя двадцать минут, — глянув на часы, сказала Молли. Верджил улыбнулся и стал рисовать.

Выйдя из здания вокзала, Молли убедила Верджила погулять по городу, а не сопровождать ее по делам. Она боялась, что он может догадаться о ее планах. Тот нехотя согласился и пообещал ждать ее в кафе, чтобы им не пришлось искать друг друга. Она посоветовала ему пару хороших заведений, намекнув, что поблизости находится небольшая картинная галерея. Верджил понимающе улыбнулся, и они попрощались.

Чем ближе Молли подходила к лечебному корпусу, тем сильнее волновалась. То, что она задумала, было не совсем правильно и она рисковала сама и своей просьбой могла подставить других людей. Но она хорошо знала доктора Леона и помнила, что для него всегда на первом месте были жизни других людей, а потом уже собственная безопасность.

Знакомый запах лекарств окутал ее с головы до ног и, казалось забрался под кожу. Молли замутило. Она уже успела забыть, как он обжигает горло и заставляет глаза слезится. Препараты, которые выводят из организма излишки магии, не менее ядовитые, чем сама магия. Она ускорила шаг и быстро взбежала по лестнице. Администратор, к которому она обратилась как обычный пациент, сказала, что доктор Леон может принять ее в своем кабинете.

Пройдя коридор, Молли подошла к знакомому кабинету. Откашлялась и робко постучалась.

— Входите! — громыхнул голос доктора.

Молли робко переступила порог и закрыла за собой дверь. Доктор несколько секунд смотрел на нее так, словно не верил своими глазам. Потом шумно выбрался из-за стола и подойдя к девушке обнял ее за плечи.

— Молли, девочка моя! — пробасил доктор Леон. — Какими судьбами?

— Можно сказать, по делу, — смущенно улыбнулась Молли. Леон расхохотался.

— Все правильно! Сюда либо по делу, либо по нужде! Но я в любом случае очень рад тебя видеть. Ты выглядишь выспавшейся, видимо, жизнь все-таки налаживается! — сев на край стола, сказал доктор. — Ну, рассказывай тогда!

Молли замерла, не зная, как начать. Сердце забилось чаще, во рту пересохло. Девушка бросила взгляд на доктора, который терпеливо ждал, когда она начнет говорить, потом перевела взгляд на часы. У нее есть десять минут, до того, как его свободное время закончится.

— Недавно я устроилась сиделкой к одному ребенку, — запинаясь, начала Молли. — И мне кажется, что его болезнь не настоящая. Мне бы хотелось…Чтобы вы его осмотрели и еще проверили лекарства, которые ему дают в нашей лаборатории.

— Ты ведь понимаешь, что это не этично с твоей стороны?

— Да, — сказала Молли и посмотрела доктору в глаза. — Но речь идет о жизни мальчика, и я не могу поступить иначе.

— Как зовут доктора, которого ты подозреваешь в недобросовестности?

— Александр Шмидт, — тихо произнесла Молли и Леон тихо присвистнул. — И я не говорила, что обвиняю именно его. Просто болезнь Генри выглядит очень странно. А эти приступы… Они похожи на передозировку бытовой магии.

— Это его т имела в виду, когда спрашивала про скородол? — спросил доктор и Молли кивнула. — Будь этот ребенок в моем корпусе, я бы сделал для него все, что в моих силах. Но Шмидт королевский доктор, только он может решать какие специалист и в каких учреждениях могу осматривать его пациента. У него, так сказать, полный доступ к здоровью потенциального наследника короны, и я не могу переступить через эти правила.

— А если вас попросит отец Генри? — робко спросила Молли.

— Тогда это будет возможно, но если доктор Шмидт воспротивиться, то увы, — Леон развел руками. — Мне тревожно за тебя, Молли. Я знаю, что ты хороший профессионал, но сейчас мне кажется, что в ситуацию вмешивается что-то личное.

Молли покачала головой. Открыла сумочку и вытащила оттуда несколько флаконов. Аккуратно расставила их на столе и отошла назад. Леон с видом знатока открыл каждый и понюхал.

— На первый взгляд ничего подозрительного, — сказал он. — Ладно, отдам ребятам в лаборатории, но я почти уверен, что ничего не найдут.

— Спасибо. Это правда очень важно, — сжимая ремешок сумочки, сказала Молли. Леон кивнул.

— Будь осторожна, ладно? — сказал доктор и бросил взгляд на часы. — Мне уже пора…

— Да, да конечно, — проговорила Молли. Леон еще раз обнял ее и не прощаясь вышел из кабинета. Она прижала руку к груди, желая унять частое сердцебиение и постояв минуту, вышла следом.

Верджил ждал ее на улице. Он медленно прохаживался взад-вперед, словно что-то обдумывал. Молли замедлила шаг, разглядывая молодого человека. У нее в голове крутились подозрения, которые ее совсем не радовали. Ей не хотелось, чтобы он оказался преступником, для Клода это было бы слишком.