Хочу твоим первым (СИ) - Стужева Инна - Страница 31

Парень. Есть парень. С первого класса вместе. Любим друг друга. Что-это-за-дичь-она-несет.

И все же я пытаюсь выдержать и устоять.

- Ты отзывалась на поцелуи! - выдвигаю главный аргумент, который не посмеет оспорить, как бы не хотела.

- Это было…ошибкой! О чем я очень и очень сожалею.

Под дых со всего размаха. Не вывожу. И все же, кажется, еще на что-то надеюсь.

- Смотри, не пожалей теперь об этих своих словах.

- Нет, - крутит она головой. – Не пожалею. Мне не нужны отношения с тобой, пойми это уже.

Грудину сдавливает до почти критической невозможности дышать.

- Ладно, - хриплю рвано и сам же офигеваю от своего голоса.

Но по-другому звучать сейчас просто не способен.

Что еще скрывает от меня Бельчонок? Что за камикадзе и как далеко у них зашло? Любит его?!? С первого, блин, класса? А может и про поцелуи мне врала? О чем еще недоговаривала, скрываясь за образом непорочной скромницы?

- В машину садись, отвезу тебя домой, - проговариваю, собирая по крупицам все свое самообладание.

Каждое слово с трудом.

- Нет, я на автобусе.

- Садись, я сказал… Или силой… Если сама сядешь, не трону.

Обхожу машину и первым усаживаюсь в салон, как бы показывая, что все окей, хоть мир и разваливается на части. Распахиваю соседнюю дверь.

- Можно, я…сзади

- Да похрен.

Едем в ледяном молчании. Что касается меня, я просто отключаю на время мозг.

В этом же молчании довожу Арину до подъезда.

Убеждаюсь, что попадает в квартиру и, не глядя больше в ее сторону, шагаю к своей машине.

Глава 25. Было бы хорошо, если бы не было так плохо...

"Оказывается, убивать можно не только оружием, но и равнодушием..."

Арина

Наутро голова нещадно раскалывается, да и вообще все состояние оставляет желать намного лучшего. Хочется позабыть о делах и проваляться в постели как минимум до самого обеда.

К сожалению, я не могу себе этого позволить.

Тетя с дядей не для того милостиво разрешили мне пожить у них, чтобы я отлеживала бока и прогуливала учебу. Даже мажоры с деньгами посещают университеты, что уж говорить обо мне.

При мыслях о Гордее сердце привычно ускоряет ритм, но стоит вспомнить, чем закончился вчерашний вечер, как оно тревожно сжимается, ничуть не сбавляя оборотов.

Мне все еще не верится, что я рассказала ему о Володе. Но вместо того, чтобы выдохнуть с облегчением, я отчего-то то и дело задаюсь вопросом, верно ли я поступила?

То есть, конечно, верно. Правильно. Вообще, нужно было с самого начала это сделать, рассказать. Только вот…только…неспокойно как-то на душе.

Противно и муторно.

Будто я что-то не то совершила и не так.

Отгоняю от себя это сосущее под ложечкой чувство внутреннего беспокойства, как только могу. Уговариваю себя, что все к лучшему, все идет так, как должно.

Одновременно с этим я очень боюсь нашей встречи в университете. Как он поступит, когда увидит меня? Подойдет или нет? И если да, то что делать мне?

Но на перемене после первой пары, когда мы сталкиваемся с второкурсниками, Гордея среди них не нахожу. Все здесь, в том числе и Фирсов, и Туманов, а его нет.

Внутренности снова сжимает тугим болезненным спазмом.

Ловлю себя на мысли, что мне было бы спокойнее, если бы он пришел. Находился если уж не рядом, то в поле моего зрения.

Остается последняя пара, а Гордей так и не появляется. Ошибки быть не может. Столько раз искала его глазами, что сбилась со счета.

И вынуждена признаться себе еще в одной вещи. В общем…мне-грустно-от-того-что-он-не-пришел.

И снова я не до конца понимаю себя. Почему?

Я же все правильно сделала.

Наконец, по-взрослому оттолкнула его, без всяких реверансов. И да, озвучила настоящее положение дел. Что я с Володей, который, кстати, полностью одобрен родителями, что у нас все серьезно.

Как раз вчера вечером, едва я вышла из душа, где простояла под горячей водой непозволительно долго, пытаясь согреться, потому что отчего-то бил озноб, Володя позвонил мне и горячо уверил, что скучает и обязательно приедет ко мне в ближайшие выходные. То есть уже через несколько дней мы с ним увидимся. И я ответила, что очень этому рада и с нетерпением буду ждать нашей встречи.

А теперь сижу и думаю, действительно ли я столь рада буду видеть Володю?

Настроение, итак депрессивное, отчего-то портится окончательно.

- Арин, ты, случаем, не заболела? – выдергивает меня из потока самокопания Лера.

Мы как раз устраиваемся за одним из столиков кафетерия.

- Что? Да вроде нет.

Неужели так заметно?

- Все в порядке? - не отстает подруга.

- Да. Думаю, да.

Убеждаю скорее себя, чем ее. Начинаю вяло ковырять вилкой салат.

- Надеюсь, твои сегодняшние рассеянность и потеря аппетита никак не связаны с отсутствием в стенах универа некоего нахального брюнета с непомерным самомнением, - хмыкает подруга.

Я чуть приподнимаю брови.

- Спрошу прямо. Арин, ты что, влюбилась в Горского? - вываливает на меня Лера.

- Я?!?

Наверное, никогда еще я так не краснела, как в этот самый момент. Даже в присутствии самого Гордея, кожа на щеках не так воспламенятся и покалывает, как от ее неожиданного и бесцеремонного вопроса в лоб.

Кусочек огурца попадает не в то горло. Судорожно откашливаюсь.

Лера наклоняется вперед, жестко хлопает меня по спине, ожидая, пока мой приступ прекратится. Затем откидывается на стул, закидывает ногу на ногу и снова впивается в меня внимательным взглядом.

- Так влюбилась, Арин?

- Вот еще! С чего ты взяла???

Поспешно хватаю салфетку и начинаю деловито промакивать губы.

- Хочешь я покажу тебе его приватные школьные фотки? Его и его девиц?

- Нет! – восклицаю поспешно и отрицательно мотаю головой.

- Только за один выпускной класс он успел перевстречаться с по меньшей мере тремя девчонками. Не считая нашей учительницы по географии, с которой у него тоже был роман.

Чувствую, как на Лериных последних словах мои глаза округляются.

- Да-да, представь себе. Не афишировалось, конечно, но я-то знаю. Она, конечно, не какая-то старая была, только институт закончила и сразу к нам, но все равно, сам факт.

- Кстати, - мну в пальцах салфетку, не понимаю, отчего мне так больно все это слышать, и намереваясь во что бы то ни стало переменить тему, - кстати…Как получилось, что вы учились вместе, а сейчас ты на первом курсе?

Мысли лихорадочно метаются, и мне хочется поскорее соскочить с отвратительной темы. Ни в коем случае не поддаться искушению смотреть фотки. Ни к чему. Незачем.

- А, это, - тянет подруга.

По ее лицу пробегает тень, но очень быстро оно принимает свое обычное беззаботное выражение.

- Не поступила просто с первого раза. Экзамены провалила. У меня был творческий кризис. Но я справилась, пересдала и, в общем, вот я здесь. Но сейчас речь не обо мне. Я просто предостерегаю тебя, Арин, от самого большого разочарования в твоей жизни.

- Спасибо, но это лишнее.

- Не только Горский такой, там вся их семейка подпорченная. Отец - продажный мент.

Я хмурюсь.

- Думаешь, на лапу не берет? Да еще как, иначе не продвинулся бы так быстро в чинах. Показания выбить или в тюрьму по заказу посадить для таких, как он, раз плюнуть. Или, вот взять хотя бы его брата. Зовут Демьян, и он редкая сволочь, скажу я тебе.

- Да?

Тут Лера подвигает свой стул вплотную к моему. Облизывает губы, стреляет глазами по сторонам. Мне не понравились ее слова про отца Гордея, и я не хочу слушать про брата, но просто встать и уйти мне не хватает решительности. Поэтому приходится слушать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Между прочим, - не заставляет ждать себя Лера, понизив голос, - ходят слухи, только это между нами, что одна девочка забеременела от Демьяна и не стала делать аборт. Родила, в общем. А он был уверен, что сделала. А потом случайно узнал, что она его провела.