Шелковая императрица - Фреш Жозе - Страница 186

Хрупкая и немолодая женщина, вынужденная покорно стоять в ожидании неизвестно какого знака, ясно понимала в этот момент, насколько не свободен повелитель Срединной империи. Но разве не вся ее жизнь была чередой уступок во имя осуществления главной цели, миссии, для которой она рождена? Ей оставалось лишь терпеливо ждать, когда распорядитель церемонии распахнет врата Храма Неба и воскликнет: «Слава Сыну Неба!»

В стороне от павильона собралась огромная толпа, напряженно ожидавшая чуда и участия в ритуале. Людям разных сословий: солдатам и крестьянам, чиновникам и торговцам народности хань — основной, титульной, нации империи, а также представителям других народов и территорий, находившихся под протекторатом империи Тан, предстояло дважды воздеть руки к небесам и трижды повторить возглас распорядителя церемонии.

Но момент этот все оттягивался, У-хоу чувствовала, как немеют ноги, но продолжала молча страдать, переключившись теперь с мыслей о власти на физические ощущения и печальные размышления о наступившей старости. Она не могла проиграть! Чтобы отвлечься от тягостных ощущений, У-хоу вспомнила про Небесных Близнецов. И стоило ей представить своих любимцев, их радостные лица, как вдруг случилось то, чего она так долго ждала: скрип дверей, возглас распорядителя церемоний, поднимающего шелковое знамя с символами императора Срединного государства, шелест ткани на ветру, а потом многоголосый, торжествующий крик толпы.

Она получила мандат Неба.

Императрица стала императором.

Хвала Небесам!

— Да здравствует император Срединной империи! Да здравствует император У Цзэтян! — кричали в толпе, когда первая повелительница Срединного государства медленно выходила из храма, символизировавшего центр мира.

Теперь она могла подумать о тех, кто был ей дорог, кто сыграл немалую роль в ее успехе.

Умара и Пять Защит… Чтобы вырастить восемь рожденных ими детей, они переехали поближе к морю, удалившись от двора, хотя У-хоу тешила себя надеждой, что юноша станет ее секретарем. Но он предпочел счастье почестям. И вот что любопытно: достичь счастья так же трудно, как добиться власти?

Буддистские церкви пребывали в мире и согласии со времен совета в Лояне.

Кинжал Закона вернулся в Пешавар в ореоле славы и был безоговорочно признан истинным настоятелем монастыря Единственной Дхармы, сместив самозванца по имени Радость Учения.

Ма-ни-па оставил участь странствующего монаха. Он поселился в Самье по приглашению настоятеля Рамае сГампо и спустя некоторое время занял место усопшего учителя.

Аддай Аггей и Море Покоя умерли. Их преемники продолжают деятельность миссионеров. Новый император У Цзэтян не станет осложнять положение этих общин. В них нет угрозы устоям общества и государства.

Луч Света и Нефритовая Луна вырастили троих детей — двух сыновей и дочь, они все живут в Лояне, где открыли процветающий магазин шелка.

У Цзэтян приблизилась к толпе. Взглядом она искала Небесных Близнецов. Вон они, прекрасные, улыбчивые, достигшие уже тридцатилетия! Они прибыли на церемонию в паланкине, установленном на спине священного белого слона из Пешавара! Жемчужина превратилась в красивую молодую женщину; в детстве половину ее лица покрывали волоски, а кожа была красноватой, зато профиль с другой стороны поражал совершенством. С возрастом волоски пропали, кожа посветлела, и теперь казалось, что ее лицо освещают одновременно солнце и луна — каждое со своей стороны.

С удивлением У-хоу отметила, что внезапно вместе с усталостью и ломотой в теле ушла привычная головная боль. Что это? Благословение богов? Энергия Небесных Близнецов? Зародившаяся гармония? Уголки ее губ дрогнули — У-хоу не испытывала сомнений в том, что, несмотря на все препятствия и сомнительные деяния, что ей пришлось совершить, она всегда шла путем, указанным ей свыше.

На мгновение женщина прикрыла глаза, вспоминая нежное пение сверчка, всегда приносившее ей мир и успокоение.

Теперь император У Цзэтян смело мог дарить свою улыбку самому Небу.