Перестройка миров. Тетралогия (СИ) - Греков Сергей - Страница 263

– Пятерых прямых вассалов у тебя, видимо, никогда не было, – догадался Праесидиум.

– Не было, – подтвердил Светлов. – Есть какие‑то проблемы?

– Конечно. Запрещено приказывать вассалам более низких звеньев. На это стоит ограничение.

– Плевать мне на эти ограничения. Мне моя жизнь и жизни пленниц намного дороже, чем эти туристы, которые собираются меня убить. Да и тоталитаристов, когда они открывали на меня охоту, это не остановило.

– У них тогда не было выбора. И ситуация была совершенно иной.

– Всё‑таки рискнем. Кто тут самый авторитетный среди этого сброда? – Олег обвел рукой всё пребывающих людей.

Праесидиум задумался. По его шевелящимся губам Светлов понял, что он общается с тульпой. Через полминуты настоящий защитник сказал:

– Нам повезло. Здесь есть один из тоталитаристов, у которых более восьми сотен человек в непрямом подчинении. Он как раз стоит возле Крюка. Ещё есть анархист с шестью сотнями. Да и у Арсения хватает людей. Он тоже отдаст приказ, чтобы дальше никто не совался и убивал всех подряд.

– Сможешь перенести тоталитариста на метров четыреста, а потом вернуться за мной и тоже перекинуть? Всё‑таки обойдемся одним таким человеком. Получать пять вассалов я не хочу. Мне что‑то подсказывает, что сейчас это делать нельзя, – Светлов неосознанно потрогал разогревшуюся диадему.

– Тогда действуем! – сказал Праесидиум и тут же исчез. Он появился рядом с нужным человеком, схватил его и куда‑то переместил. Затем возник возле отсекателя.

Через несколько секунд Олег насильно принимал клятву. Сперва он приказал тоталитаристу не шевелиться и не убивать себя, затем объяснил общее положение дел. Светлов не стал опустошать чужой инвентарь. Он лишь задал несколько уточняющих вопросов по поводу Авдотьи и блокираторов. Потом передал, что военный со своими вассалами должен резко атаковать остальных людей, а затем максимально долго защищать портал в лагере.

– Ты ведь понимаешь, что через час ты перестанешь быть моим сюзереном? – спокойно спросил боец. – И тогда я попытаюсь тебя убить. И не только раде призов за твою голову, но и из‑за обычный мести.

– Конечно, – ответил Олег. Этот тоталитарист ему понравился своей открытостью. – Но сперва сделай, что я сказал. Атаку начинайте, – он посмотрел на Праесидиума, который показал ладонь с тремя зажитыми пальцами, – через две минуты. За это время ты должен будешь раздать всем своим вассалам указания. А те – своим.

Настоящий защитник телепортировался к рейду, но затем вернулся, держа под руку Весельчака. Почти сразу же возникли Тромб, Крюк, Лысый и несколько бесклассовых.

– Здесь не все, – сказал Олег, когда Праесидиум перестал прыгать.

– Да. Мои люди остались прикрывать отступление. У них есть пару очень интересных массовых навыков, – пояснил Миха. – Гравицапа с ними осталась. Арсений снова использует своё умение и повалит всех. Баллисты будут заряжены только легендарными лентами. И твои новоявленные вассалы тоже пригодятся.

– Человек двести не дождались остальных. Они отправились в сторону вампиров, – проговорил Лысый, оглядываясь по сторонам. – А мы вообще где?

– Я рискнул закинуть нас поближе ко входу в подвал. Весельчак сказал, что никого не ощущает в радиусе трех километров. Все ближайшие вампиры скрывались в мороке. И туристы, кстати, скоро доберутся до нас. Отсекатель, рекомендую перехватить их.

Олег тут же активировал плащ и ринулся в сторону рейда. Первых людей он встретил через несколько секунд. Светлов не жалел маны, стреляя из Сплита ледяными и огненными зарядами. Регенерация моментально восполняла резервы.

– Ну прям как в тире, – недовольно проговорил Олег, глядя на три десятка растворяющихся человека. – Почему они настолько слабы? У них же есть полигоны, представительства, нейтральные поселения и прочее.

Откуда‑то из невидимости в него полетели морозные ленточные снаряды. Светлов спокойно принял их на своё тело. Он носился по залу, истребляя небольшие группы бойцов. Впереди Олег заметил бесконечные вспышки применяемых умений: «Что‑то я далеко забрался! Уже и рейд виднеется». Он прождал ещё несколько минут, выцеливая бегущих и летящих к нему людей. Вскоре поток закончился, так что пора было возвращаться. Отсекатель заметил красную панду. Он подобрал питомицу и рванул к бесклассовым.

– Ты долго, – сказал Крюк.

– Подчищал хвосты, – пожал плечами Олег. – Вроде бы больше никого не осталось. И мы опять занимаемся херней. Грави, Весельчак, призывайте вампиров.

– И то верно, – проговорил Тромб, материализуя артефакт.

Они побежали по указанному Праесидиумом направлению. Бойцы также контролировали окружающее пространство – рисковать понапрасну не хотелось. Когда Леон ощущал мобов, отряд замирал и начинал ждать приближения тварей. Светлов же мчался наперерез и в несколько взмахов уничтожал крылатого монстра. Через час их группу умудрились догнать четверо туристов. Праесидиум задал несколько вопросов, после чего отправил их в лагерь.

– Как‑то всё слишком просто идёт, – сказал недовольный Лысый, который почти не участвовал в сражениях с мобами.

– Когда появятся штук десять тварей за раз, то поймешь, что не все так просто, – пояснил настоящий защитник. – Рекомендую тебе засунуть в рот зелья с ядом. Тогда, может, успеешь сбежать.

– Я здесь для чего вообще?

– Для прикрытия. У тебя важная роль пушечного мяса. Меньше шанс, что вампиры атакуют отсекателя или Тромба.

Олег, не забывая поглядывать по сторонам, внимательно слушал чужие разговоры. Они подошли к широкой лестнице, ведущей вниз. Небольшой спуск упирался в массивные ворота, загороженные гигантским засовом.

– А вот и подвал! – улыбнулся Праесидиум.

– И сколько тварей за этой калиткой? – небрежно спросил Светлов.

– Не имею ни малейшего понятия. По прикидкам, штук пятьдесят. На воротах прочность в двести миллионов единиц.

– Предлагаю снова устроить им огненный ад, – сказал Крюк. – Олег, сможешь вынести ворота? – он вопросительно посмотрел на отсекателя.

– Конечно. И нужно, чтобы температура достигла максимального предела как раз в тот момент, когда они распахнутся. Нужно подгадать такой момент. Кто‑нибудь видит показательно прочности?

– Лови, – прогундосил Лысый, бросая Светлову склянку. – Поможет увидеть. Когда останется последних два удара, предупреди.

– Последние я лучше нанесу издалека. Буду просто швырять меч. А ленты тоже снимают прочность?

– Нет, – ответил Праесидиум. – Это только для оружия ближнего боя.

– Тебя система должна была умником назвать, – сказал Олег, используя зелье. – Всё‑то ты знаешь.

Врата. Изношенность: 200000000 / 200000000.

Светлов подлетел ближе. Сепаратум врезался в засов, а после прошелся по основной поверхности.

– Можно бить куда угодно! Отлично.

Полились монотонные удары. Створки зашатались. Когда оставалось несколько выпадов, Светлов отошел и зашвырнул меч.

Врата. Изношенность: 7488555 / 200000000.

– Чем больше покроем огнем лестницу, тем лучше, – проговорил один из бесклассовых. – И чем дольше вампиры будут находиться на горящей территории, тем лучше. Можно нагнать более высокую температуру огненными зельями. Потом добавим лентами. А следом я использую умение.

– Должно сработать, – сказал Тромб, кидая первую колбу.

Образовался огненный вихрь. А следом вниз устремились сотни склянок. Пространство снова раскалилось. Олег кинул меч:

– Остался последний удар! Малышка, Весельчак, зовите тварей, – он повернулся к человеку Крюка. – Разогревай! Устроим им огненный ад!

Бойцы не жалели лент. Снова начал плавиться камень, стены расползались, пол превратился в магму. Светлов отправил Сепаратум вперед.

Ворота распахнулись. Из них устремилось несколько десятков тварей. Они сразу же попали в подготовленную ловушку и издали пронзительный визг. Олег увидел, что два человека прекратили атаковать. Их взгляд затуманился, а кожа начала иссыхать. Гравицапа рванулась к одному из них. Она попала спиной в подбородок бесклассовому. За какофонией звуков Светлов расслышал лязг треснувшей во рту склянки. Отсекатель сообразил, что бойцы попали под чужой контроль, поэтому размозжил выстрелом из Сплита голову второго. Он заметил, что и Лысый начал вести себя странно – меч тут же надвое рассек его тело. Диадема снова раскалилась. Олег, будто ведомый чужой волей, обезглавил ещё одного человека.