Арка в скале (СИ) - Ангелов Августин - Страница 45

Великаны были гораздо выше и шире прежних вышек лагерной охраны, сделанных каждая на четырех длинных столбах-бревнах от сосновых стволов, но полностью снесенных атакующими. Походили каменные чудовища, скорее, не на охранные вышки, а на высокие ходячие крепостные башни с руками и ногами. Вот только материал их исполинских тел не содержал ни кирпичей, ни блоков, а представлял собой монолит. Словно бы этих монстров отлили из гранита.

Причем, все великаны были немного разными. Один, самый передний, который вел за собой в атаку всех остальных чудовищ, выделялся хищной угловатостью, словно бы отлили его из кусков толстой корабельной брони, превращенной в камень. Правый глаз монстра горел багровым огнем, а левый светился зеленым. Прямой приплюснутый нос сильно вперед не выдавался, а рот был обозначен лишь щелью над массивным подбородком. Голову его венчал странный купол, напоминающий простую солдатскую каску, только очень большую, на которой посередине светилась красная звезда, а сверху вращалось нечто, похожее на огромный рогалик, который знающим людям среди военнопленных напомнил антенну радиолокатора.

Второй великан был пониже первого на пару метров. Он больше походил фигурой на широкоплечего средневекового рыцаря в каменных латах. Его голову венчал цилиндрический шлем, напоминающий перевернутое ведро и оснащенный темными глазными прорезями. А на лбу тоже алела звезда. Этот каменный великан отличался короткими ногами и длинными руками. Но, в бою он показал себя очень проворным.

Третий исполин ростом был между первыми двумя, и он сверкал красными глазами-звездами, горящими на плоском лице с широким носом и с прорезью рта. На его приплюснутой голове угадывался покатый каменный шлем. А те двое великанов, которые отошли подальше и блокировали деревню, где располагалась команда эсэсовцев, хоть и стояли в отдалении, но все равно даже на большом расстоянии было заметно, что у одного из них нету половины левой руки. Похоже, то был настоящий ветеран боевых действий.

Великаны казались совсем не сказочными, а суровыми и боевыми. Да и вооружение их составляли автоматические спаренные пушки неизвестной конструкции с ленточным боепитанием. Среди военнопленных имелось немало военных специалистов, но ни один из них именно таких двуствольных орудий никогда не видел. В бою исполины только что продемонстрировали не только мощь и решительность, но и завидную выдержку. Все военнопленные видели, что великаны не открывали огонь, экономя боеприпасы, до тех пор, пока не достигли такого рубежа, откуда смогли бить наверняка. Воины в них угадывались опытные. И ждать от таких страшных гигантов можно было чего угодно. У военнопленных страх немного отступил, только когда с башмаков застывших каменных гигантов на землю попрыгали вооруженные люди. А у их командира, седого человека, одетого в кожаную куртку, на фуражке алела красная звезда.

— Майор Станислав Васильев, — представился командир, за которым на военнопленных внимательно смотрели пехотинцы в разной одежде, гражданской, по большей части, хотя все они держали в руках одинаковые немецкие автоматы. И это несоответствие формы и вооружения сразу наводило понимающих людей на мысли о партизанах. Среди толпы военнопленных, одетых в военную форму Красной Армии, но грязную и с оторванными знаками различия, сразу отыскались старшие командиры. Они вышли вперед и тоже представились:

— Полковник Сергей Кужеметов.

— Подполковник Георгий Мансурадзе.

— Военврач второго ранга Виктор Семенов.

— Майор Борис Романенко.

— Капитан второго ранга Александр Фадеев.

— Капитан НКВД Тарас Родченко.

— А комиссары есть? — спросил Васильев.

— Нету. Были. Но, расстреляли их враги сразу, — ответил Родченко.

— А полицаи где? — задал вопрос Васильев.

— Так они, как только вот этих ваших великанов с красными звездами увидали, так наутек и кинулись. Только пятки сверкали. Теперь прячутся где-то в окрестностях, вылавливать придется, — поведал кавторанг Фадеев, на котором красовался черный флотский бушлат, правда, грязный и с оборванными пуговицами.

— Может быть, майор, объясните нам, что это за великаны такие с вами? — спросил Тарас Родченко у Васильева.

— Это не великаны, а новая экспериментальная бронетехника из гранита, танки такие секретные сверхтяжелые, сильно бронированные и шагающие, — объяснил партизанский командир.

— А почему тогда эти танки так на великанов похожи? — недоумевал Родченко.

— Такой внешний вид ради устрашения противника придумали наши ученые, — нашелся Васильев.

— А вы что за подразделение представляете и откуда пришли? — спросил въедливый капитан НКВД.

Васильев ответил:

— Я командир партизанского отряда колхоза «Красный посев». Командование поставило нам боевую задачу освободить вас, военнопленных. Мы ее и выполнили. Вместе с шагающими танками. Вы свободны. Теперь нам нужно эвакуировать всех в безопасное место.

— Это куда же? Наши что, фронт прорвали, пока мы тут в плену сидели? — снова встрял в разговор словоохотливый моряк Фадеев.

— Пока нет. Фронт откатился к Ленинграду. И мы здесь в Карелии находимся в глубоком тылу у оккупантов, — честно сказал Васильев.

— Тогда о каком же безопасном месте идет речь? В лесу у вашего брата партизана прятаться предлагаете нам всем, что ли? — спросил Фадеев.

Васильев отрицательно покачал головой:

— Нет, не у нас в лесу. А совсем в другом месте. Оно очень секретное. Но там, действительно, безопасно. Тут по дороге не так далеко. Пешком дойдем за пару часов с небольшим. Только в маршевые колонны построиться нужно.

Тарас Родченко прищурился и сказал недоверчиво:

— Насколько я помню карты этой местности, то нету тут нигде никакого подобного убежища, в котором столько людей могли бы разместиться в безопасности.

Васильев не удивился замечанию, а проговорил:

— Я сам и вовсе местный житель, да еще и лесником служил одно время, но никогда не подумал бы, что есть тут подобные тайные места, очень тщательно замаскированные. Так что доверьтесь мне. Скоро стемнеет. А в темное время немецкая авиация вряд ли прилетит. Потому стройтесь быстрее в походные колонны. Надо поскорее уходить с открытого места на лесную дорогу. А там уже доберемся без особых проблем.

— Ну, мы то люди военные, построимся и пойдем, а вот что с гражданскими делать? Там дальше бараки с арестованными гражданскими специалистами, кого оккупационные власти в саботаже заподозрили. А еще и женские бараки за ними. Там женщины и дети содержатся, — проговорил кавторанг Фадеев.

— Их всех тоже оповестить нужно. Пусть строятся колоннами. С нами пойдут, — принял решение Васильев.

— А с больными и ранеными что делать? — спросил военный врач Виктор Семенов.

— Их в грузовики погрузят. Машины уже выехали. Скоро будут, — сообщил партизанский командир, который получал указания по мысленному каналу связи от Сомова. Этим необычным способом коммуникации стало возможно пользоваться сразу после процедуры их подключения к Живому Камню, что полностью решило проблему боевого управления.

— Так и здесь финны и немцы немало техники побросали, когда бежали. Вон, за холмом, где полевая батарея находилась, стоянка техники у них была. Там бронетранспортеры располагались, которыми орудия буксировали, да и грузовики с тентами стояли для перевозки личного состава артиллеристов. А вон там, где лагерь для гражданских, за бараками в конюшнях лошадей не менее тридцати голов. Телеги тоже там есть, рядом с конюшнями, — вставил Фадеев.

Станислав Николаевич обратился к военнопленным:

— Среди вас, наверняка, есть водители. Найдутся и те, кто с лошадьми и телегами управляться умеют. Раз присутствует трофейный транспорт, то прямо сейчас нужно сформировать экипажи для управления им. Да еще наши грузовики сейчас подъедут.

Васильева перебил громовой рык великана:

— Отставить разговоры! Воздушная тревога! Готовность двадцать минут. Трофейную технику завести! Лошадей в телеги запрячь! Раненых и больных погрузить! Здоровым рассредоточиться и бегом к лесу! Если жить хотите, то действуйте быстрее! Сюда летят вражеские самолеты. Будут бомбить и обстреливать. Всем приготовиться.