Испорть меня (СИ) - Ромуш Джулия - Страница 16

Мне кажется, что мое сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Настолько сильно я переживаю в этот момент.

Рустам вылетает из дома, и в эту самую секунду мои пальцы вжимаются в подоконник сильнее. Я их уже практически не чувствую.

Хватаю ртов кислород. Часто дышу. Всматриваюсь в фигуру мужчины. Что он сделает? Что сделает?

По Айдарову видно, что он прибывает в ярости. По тому как двигается, как проводит рукой по волосам.

Знаю, что он в любой момент может обернуться и увидеть меня. Застать за подглядыванием. Но мне плевать. Не знаю почему, но в эту самую секунду мне глубоко плевать на то, что обо мне может подумать мужчина. Для меня важно, чтобы он не уехал. Если он сейчас сядет в машину…, то внутри что-то надломится. Сломается. После этого уже никогда не будет как раньше.

Господи, да что же со мной происходит? Во что я вляпалась и как из этого всего выбираться?

Рустам обходит машину, подходит к багажнику. Открыв его достает какую-то огромную сумку. Она действительно больших размеров.

Я не понимаю, что происходит… Что это? Зачем ему это?

Закрыв багажник мужчина снова направляется в дом.

Я с замиранием сердца жду что будет дальше… Но ничего не происходит. Нет звука шагов. Никто не поднимается по лестнице вверх.

Я спустя некоторое время рискую подойти к двери и слегка ее приоткрыв, прислушиваюсь. Снизу тоже вроде тихо…

Закрываю дверь. Заставляю себя глубоко вдохнуть. Мне нужно успокоиться и лечь спать.

Вот только сделать это куда сложнее чем принять решение. Сердце продолжает тарабанить в груди. Я до сих не понимаю откуда во мне взялась смелость на такое решиться.

После его слов "должна заслужить" у меня как будто внутри что-то переключилось. Такая дикая злость накрыла с головой. Как же я его ненавидела в этот момент. И самое обидное, что он говорил на полном серьезе.

Он привык что его внимание заслуживают. За него борются.

Мы такие разные. Совершенно. Может есть смысл с ним поговорить? Обсудить? Может он…

Тут же отмахиваюсь от этой идеи. Айдаров меня не отпустит. Чисто из принципа. Из вредности. В его понимании, я дикая зверушка, которую нужно хорошенько выдрессировать. И кажется он не собирается отказываться от своего досуга.

Скинув с себя халат, я направляюсь в душ. Я не знаю как заставить себя успокоиться. Даже если я сейчас лягу в кровать, то не засну.

После душа становится немного легче. В голове все равно происходит полная каша. Возникают логические вопросы. А что делать завтра? Как спускаться к завтраку? Как смотреть ему в глаза? Ведь как бы ни было мы сегодня переступили запретную черту. Я разрешала ему себя касаться. Сама касалась его. Провоцировала… сама же возбудилась. Кошмар!

От этих воспоминаний становится до ужаса жарко. Кажется, что в комнате нечем дышать.

Часто дышу, чувствую что еще немного и меня просто взорвет. Я не могу видеть в этой чертовой комнате! Мне здесь душно и мало места, как в клетке!

Натягиваю на себя лосины и футболку. Даже анализировать не хочу насколько правильно я поступаю.

Мне все равно придется смотреть ему в глаза, что сегодня, что завтра. А как затравленная зверушка сидеть в комнате и дрожать, я не хочу!

Открываю дверь, выхожу в коридор и тут же глубоко вдыхаю воздух. Кажется что я как будто вынырнула из воды и наконец могу дышать…

Несколько минут у меня занимает то, чтобы восстановить дыхание. А после, я спускаюсь… Мне до сих пор не дает покоя огромная сумка Айдарова. Наверх он не поднялся. Посуду больше не бьет. Тогда чем он занимается?!

На цыпочках спускаюсь по лестнице, так, чтобы не создавать ни единого звука. Я хочу лишь немного подсмотреть чем занимается мужчина и тут же убежать обратно в комнату. Унять это неопрятное мне любопытство, которое разрывает изнутри…

В гостиной и столовой мужчины нет, на кухне лишь осколки стекла и испачканная виски стена. Рустама нет и здесь… И когда я уже хочу развернуться и направиться обратно к лестнице, я слышу какие-то звуки… Они доносятся снизу. Куда ведет деревянная лестница. Оттуда, куда мне было запрещено спускаться. Дверь туда всегда была закрыта. Закусываю нижнюю губу до боли и направляюсь к лестнице. Мое любопытство однозначно меня погубит…

Спускаюсь все ниже и ниже. При этом сердце дико колотиться в груди. Я знаю, что делаю это зря. Что не стоит сейчас показываться на глаза разъяренному мужчине, но… Но что-то не дает мне уйти. Глухие звуки ударов… Громкий рык мужчины… Мне до безумия интересно что же там происходит.

Наверное, тот факт, что Айдаров не уехал, придало мне какой-то уверенности в себе. Уверенности во всем происходящем. Я понятия не имею что будет дальше и самое ужасно совершенно не понимаю чего хочу сама.

Этот мужчина… он пугает. Даже не свои внешним грозным видом или угрозами. Нет. Он пугает меня тем, что я на него странно реагирую. И вопреки всем его ужасным повадкам, поступкам и словам…. Меня как бабочку тянет на огонь. Манит. При том, что мои крылышки были уже ни раз на грани, я все равно упорно лечу на чертов огонек.

Спускаюсь до конца лестницы и затаив дыхание сжимаю пальчиками край двери и слегка толкаю ее вперед. Совсем чуть-чуть, чтобы она ни заскрипела или не привлекла к себе лишнего внимания.

Перед моими глазами открывается картина, я даже рот немного от удивления открываю.

У Айдарова здесь самый настоящий ринг… Очень похожий на тот, что тогда был в клубе, когда мы познакомились.

Только сейчас есть отличия. У Рустама нет соперника. Только одна бедная груша, которую он колотит с дикой яростью. И нет многозначительной публики девчонок, которые готовы бросаться к нему на шею и прелагать себя ему.

Стоит вспомнить тот вечер, как я тут же начинаю злиться. Даже все мои подруги были готовы броситься ему на шею. И у меня снова возникает вопрос, который так и не оставляет меня в покое все это время. При таком огромном количестве поклонниц, почему он выбрал именно меня? Ту, которая больше всего не хотела оказаться на месте его жены. Что двигало мужчиной в тот момент? Что творится у него в голове? По каким причинам он решил, что я подходящая партия?

В этой всей сделке выгода есть только для моего отца… Он единственный сейчас оказался в шоколаде. При своем бизнесе. А Айдаров… даже ту выгоду, которую мог получить в виде большей части акции компании отца… предложил их мне. Да, на условиях… Но, черт возьми, я не маленькая и не глупая. Я прекрасно понимаю, что если бы он хотел, он бы мог взять меня силой. Без всяких согласий и договорённостей. Но он хочет по другому… И если честно, я совершенно не понимаю что происходит в голове этого мужчины.

Мне нужно уходить. Пока не заметили. Пока я вновь не нашла новые приключения на сою задницу. Но почему-то ноги отказываются меня отсюда уносить.

На Айдарове сейчас только его брюки, в которых он был до этого… Внизу живота становится невыносимо жарко, стоит вспомнить что мы вытворяли на кухне не так давно.

Глубоко вдыхаю и пытаюсь отогнать от себя эти мысли. Глаза сами скользят по обнаженному торсу мужчины. Рассматриваю каждый мускул. Никогда не думала, что это может быть так увлекательно. Рустам продолжает лупить грушу, рычит, замахивается сильнее. При каждом ударе на его торсе появляется все больше пота. Мне становится еще жарче. Кажется, что дышать совершенно нечем.

Пальцы впиваются в обивку двери настолько, что я просто перестаю их чувствовать.

Что же я делаю? Почему продолжаю стоять и нагло на него глазеть? Чем я сейчас отличаюсь от всей той глупой толпы девчонок, которые визжали от восторга, когда Айдаров только рядом с ними проходил? Тогда я над ними смеялась… А сейчас… Сейчас я оказалась на их месте.

Пошатываюсь слегка вперед, толкаю нечаянно дверь и она скрипнув, слегка приоткрывается вперед.

В этот момент сердце замирает, я даже дышать забываю. Потому что звук ударов прекращается. Айдаров больше не лупит грушу. Не рычит.

Я с ужасом перевожу взгляд вперед и сталкиваюсь со взглядом мужчины. Он стоит в угрожающей позе. Смотрит на меня из-под лба, по лицу ручьями струиться пот, грудная клетка вздымается от учащенного дыхания.