Сказка на ночь для дракона (СИ) - Ромм Дарина - Страница 37

— Гар, что это за чудище? Я не помню, чтобы в прошлый раз в этом мире мы встречали такое. И я чувствую от него какую-то странную магию.

Мужчина обнял дрожащую женщину:

— В прошлый раз мы оказались здесь ночью, когда эти твари спят. Это Саранх, мир пауков и ракообразных. Большинство из них на редкость ядовиты и лучше держаться от них подальше. Но этот мир хорош тем, что ночью он практически безопасен. По крайней мере для нас с тобой, Нати.

Женщина улыбнулась:

— Ты сто лет не называл меня так.

— Не сто, а всего двадцать с небольшим.

Они помолчали.

— Как ты жил эти годы, Гар? — осторожно спросила женщина, старательно пытаясь скрыть волнение. Близость этого мужчины опять действовала на нее, как это было тридцать лет назад, когда она в первый раз увидела его. Тогда ее отец устраивал прием по поводу помолвки своей старшей дочери Ранидари и пригласил всех самых важных персон из соседних государств.

Это был ее первый официальный бал, и юная Ренатания чуть не свела с ума мамину модистку, заставив трижды полностью переделать платье, пока не получилось именно то, что она хотела.

А за час до бала Жемчужинка, ее старенькая собачка, съела кусок ленты, найденной на полу, и начала дико кашлять и задыхаться.

Как была в корсете и тонком пеньюаре, Нат подхватила ее на руки и выскочила из своей комнаты, собираясь помчаться в крыло к целителям. Выскочила, и тут же с размаху врезалась в высокую фигуру, покачнувшуюся от удара.

Мужчина, в отличие от нее самой, сумел устоять на ногах и даже поймал Жемчужинку, вылетевшую из рук своей хозяйки, шлепнувшейся на попу посреди коридора.

— Куда же вы так спешите, красавица?

Голос низкий, чуть рычащий, какой-то обволакивающий, заставил Нати затаить дыхание. Она медленно подняла лицо и уперлась взглядом в смеющиеся глаза медового цвета. Да так и застыла, чувствуя, как ее закручивает, затягивает в омут его взгляда, лишая дыхания и не оставляя никакой возможности выбраться на поверхность.

Жемчужинка на руках мужчины снова закашлялась. Он перевернул собачку животиком вверх и дунул ей в мордочку. Сделав несколько пассов свободной рукой, аккуратно достал из пасти длинный пожеванный кусок голубой ленты.

— Ну вот, ваша подружка в порядке. — произнес, спуская собачку на пол. И, вопросительно подняв черную бровь, поинтересовался у глазеющей на него девушки: — А вы не желаете подняться, леди?

Перед ее носом оказалась широкая ладонь и голос, от которого слабость так и продолжала растекаться по телу, предложил:

— Прошу вас, красавица, на полу сквозняки, вы можете простудить свою… хм… поясницу.

Как завороженная она взялась за его руку и тут же оказалась стоящей на ногах и прижатой к его груди, вдыхая аромат хвойного леса, смешанного с пряными травами.

По ее спине под распахнувшимся пеньюаром прошлись горячие руки и насмешливый голос произнес:

— Какая жалость — первый раз встречаю такую красавицу, а она немая.

Вспыхнув, Нати оттолкнула наглого хама и, подхватив Жемчужинку, кинулась в свою комнату.

— До встречи на балу, прекрасная молчаливая незнакомка, — засмеялся вслед мужчина.

Влетев в свою комнату, девушка рухнула на кровать и долго лежала, раскинув руки и глупо улыбаясь в потолок.

— Как я жил? — холодно повторил ее вопрос Гар. — Сначала я пытался забыть тебя, принцесса Ренатания. А потом просто жил. Земля — интересное место. Еще я издалека наблюдал, как растет моя дочь, взрослея и превращаясь в красавицу.

Они замолчали, каждый думая о своем. Через несколько минут Рената, цепенея от страха услышать ответ, решилась задать вопрос:

— Почему ты остался на Земле, а не вернулся домой? Из-за какой-то женщины?

Не отвечая, мужчина встал и подошел к выходу. Осторожно выглянул и сообщил:

— Поджидавший нас паук уже ушел. Ночь наступает, очевидно, он отправился в свое логово. До рассвета нам нужно добраться до точки выхода из этого мира, а там еще три перехода, и мы на месте.

Он помолчал, вглядываясь куда-то вдаль, а затем обернулся и, глядя своей спутнице в глаза, ответил:

— Да, на Земле я остался из-за женщины, Рената.

Я выскочила из ресторана и кинулась в густую толпу, заполнившую площадь. Кругом нарастало веселье — люди смеялись, танцевали, жевали какой-то местный фаст-фуд в разноцветных упаковках. Кое-кто целовался, стоя прямо посреди толпы и не обращая внимания на шуточки и улюлюкание обтекающей их публики.

Пробираясь сквозь плотное скопление народа, я старательно загоняла внутрь слезы и старалась не думать о словах Ария. Ну, подумаешь, он невесту ждал и хотел с ней пообщаться! Как говорится, дело-то житейское — всякому принцу положено жениться. На принцессе, естественно.

Непонятно только, зачем меня туда притащил? Или просто решил и меня по доброте душевной накормить, и с возлюбленной встретиться. Как говорится, два в одном.

А то, что при живой невесте меня целовал да лапал, так у них, у принцев всегда так было. Это я хорошо помню из исторических романов и фильмов про разных Людовиков и Карлов. Брак, как говорится, дело политическое. А душа требует чувств-с. Вот и заводили они себе фавориток без счета. Или гаремы, как у некоторых…

Только это не для меня, быть дамой сердца женатого мужчины. Так что, Регина, прямо сейчас успокаиваемся, приходим в себя и топаем обратно во дворец, в свою уютную спаленку на отборе Вилиса, короля нашего синеглазого. Держимся там до упора, и за это время магию осваиваем, родственников ищем, деньги со Станисласа стрясаем и решаем, чем в этом мире заниматься.

А про зеленоглазых гадов забываем, как про страшный сон!

Составив себе программу действий, я приободрилась и начала оглядываться, пытаясь понять, где я и куда идти.

Оказалось, что я уже выбралась за пределы центральной площади, куда меня принес Арий, и сейчас шла по довольно широкой и хорошо освещенной улице. Иногда навстречу попадались прохожие, кидавшие на меня любопытные взгляды.

Да, пожалуй, выгляжу я не очень подходяще для прогулок по улицам ночного города — обувь на тонкой подошве, яркое платье, декольте, колье недешевое…

Все встречающиеся мне дамы выглядели гораздо скромнее и… целомудреннее, что ли. Как бы ни приняли меня за местную жрицу любви…

Стоило мне подумать об этом, и здрасьте — навстречу нарисовалась компания в десяток подвыпивших мужичков, по виду клерков или лавочников. Увидев меня, они дружно заулюлюкали и перешли на эту сторону тротуара, преграждая мне дорогу.

— Куда спешит такая красавица? — самый развязный из них, длинноносый и болезненно тощий, попытался обнять меня за талию. Резко стряхнув его руку, я отступила в сторону, но наткнулась на его товарища, успевшего зайти сбоку.

— Но-но, красотка, не будь такой несговорчивой. Мы славные парни и не обидим тебя. Пошли с нами, выпьем, потанцуем, повеселимся. Ты ведь любишь щедрых мужчин, милашка? — мужчины дружно захохотали, и еще чьи-то руки ухватили меня за талию.

— Уберите руки, — прорычала я, пытаясь вывернуться. Черт, как же неудобно в этих длинных юбках — все время путаются, норовя закрутиться вокруг ног.

— Ой, какая недотрога! — захохотал длинноносый, обдав меня запахом перегара и демонстрируя неровные зубы. — А вот мы тебя сейчас пощекочем, — и принялся лапать меня, пытаясь добраться до подмышек и проезжаясь потной ладонью по декольте.

Его подельники заржали и принялись выкрикивать «пощекочем, пощекочем» и тянуть ко мне ручонки.

Чувствуя, как меня начинает наполнять бешенство, я размахнулась и отвесила длинноносому оплеуху.

— Ах ты, тварь! — заорал он, хватаясь за лицо. Его товарищи на миг замерли, а затем нехорошо переглянувшись, начали сжимать вокруг меня кольцо.

Я снова замахнулась, готовясь биться до последнего, и в этот миг произошло два события.

На моей ладони образовался пульсирующий золотой шар, размером с яблоко. От моего замаха шар рванул вперед, врезался в лицо заоравшему от боли тощему и сбил его с ног.