Паладин (СИ) - "Sedrik& - Страница 79

Вход располагался в противоположной от башни стороне стен. Обычная арка врат с подвесным мостом через небольшой ров, сейчас мост был опущен и, судя по его состоянию, давно не поднимался — цепи успели изрядно проржаветь, полотно — врасти в берег, да и сам ров сильно заплыл и зарос — с подножия холма я вообще его не видел и не думал, что он есть. Тут, кстати, уже можно было различить некие шебуршания за стеной. Там явно кто-то был и что-то делал, кажется, даже с кем-то ругался — ветер порой доносил обрывки грубых гортанных фраз, воспринимаемых мной по большей части ругательствами. Хм-м-м, кажется, я не только свободно понимаю местные «светлые» расы и демонов, но и разумных монстров. Странно, но ладно. Мысленно пожав плечами, я в дополнение к уже развёрнутой ауре наложил на Нэроко заклинание «Усиления», подождал, пока она обновит на себе «Доспех мага», и, наконец, вошёл в арку врат.

Внутренний двор оказался довольно оживлённым местом. Несколько десятков гоблинов деловито сновали между примитивными шалашами и собранными из шкур и жердей домиками. Кто-то тащил дрова, кто-то что-то шил, кто-то… был занят разделкой человеческой туши. Или не совсем человеческой, но явно гуманоидной и светлокожей — поскольку сейчас эту кожу натягивали на раму дубильного станка…

Сложно описать, что я испытал в момент, когда рассмотрел эту кожу. Особенно высокоморальным, гуманным и трепетно относящимся к жизни всех и каждого из своих сородичей я никогда себя не считал. Мне было плевать на голодающих детей Африки, я не испытывал сочувствия к жертвам в Башнях-Близнецах, когда те протаранили самолёты, я был очень даже за возвращение смертной казни, да и сам бы с большим удовольствием перерезал пару глоток собственными руками, если бы не угроза репрессивного аппарата государства. Но вот когда я увидел буднично и деловито натягиваемую на раму человеческую кожу…

В груди стал зарождаться очень горячий и злой огонёк.

Если наличие внятной речи у гоблинов вызвало у меня некоторые сомнения, и даже краем мелькнули мысли, что можно спокойно договориться и уладить «недоразумения», то после такого… Нельзя говорить с тем, для кого ты — пища. Что бы и кто ни говорил, но если твой вид жрёт вид твоего собеседника и довольно почавкивает, то ни ты, ни собеседник не можете говорить и мыслить на одной волне. Демоны мне это уже наглядно показали. Если в этом мире есть вампиры… что-то мне подсказывает, что и с ними мы вряд ли подружимся, хотя если те когда-то были нормальными людьми и эльфами-кшарианцами… Вот только пусть решение принято и передо мной натуральные монстры-людоеды, это не отменяло нескольких факторов. Во дворе в основном были женщины и дети — те, кто шуршат по хозяйству. И это я тоже осознавал. А ещё видел по вторичным половым признакам и росту. И… во мне словно столкнулось два… даже не знаю, как это описать, две Идеи? Два подхода?

Выходец из благополучного и относительно мирного мира с цивилизацией и семьёй, что почему-то воспитывала не в равноправии, а по иным лекалам, и едва ли не на уровень костного мозга как-то внедряла подход, что «женщин обижать нельзя», равно как и детей, и вообще слабых, не мог просто так взять и поднять меч на женщин и детей, пусть и монстров. С другой же стороны — я видел, как они натягивают кожу какого-то несчастного на раму для сушки и разделывают то, что осталось от его тела. И мой разум прекрасно понимал, что когда эти дети вырастут, они пойдут резать, убивать и жрать. Они уже это делают… Но понимал я это разумом, а вот принять…

К счастью, от раздумий меня спас один из гоблинёнков, оказавшийся подле ворот и раньше всех увидевший наше появление. Совсем ещё мелкий — вряд ли в нём даже метр был, но в руках его было копьё, которым он, вопя что-то вроде «чилавека, ща на вертел насажу», попытался ударить меня снизу вверх под сюрко, явно полагая, что там брони нет или она слабее.

И я снёс ему голову на рефлексах…

После этого «цивилизованная» часть, что всё-таки не была совсем уж «снежинкой» и «общечеловеком», пожала плечами и отошла в сторону, а я принялся делать то, для чего пришёл — убивать гоблинов. За первой разрубленной тварью последовала вторая, третья, четвёртая… пятого я убил, просто пнув ему в спину подвернувшийся на пути камень, успешно пробив тем тщедушное тело насквозь, и ещё до того, как то упало, уже рубил шестого. Гоблинские женщины мало отличались от мужчин, да и то отличие в основном заключалось в наличии обветренных и обвисших сисек, как у каких-нибудь африканских дикарей, что было для меня благом — заставить себя видеть просто безликие враждебные фигуры вместо детей и женщин благодаря этому стало ещё проще. Свист моего клинка сопровождался хрипами, визгом и дорожками окропляющей землю крови, время от времени воздух прорезали отсветы «Морозного луча», что заставляли то одного, то другого карлика рухнуть на землю обмороженным трупом, попытки же сопротивления сломались почти сразу, едва гоблины поняли, что их убивают, а их примитивные копья, ножи и кинутые камни абсолютно бесполезны против мечника в полных латах, который стоит между ними и миниатюрной чародейкой, не давая добраться до неё. Вот только помимо гоблинов тут оказался и кое-кто ещё.

— Ы-ы-ы? Чиво миня будили? — небольшой холм из шкур, который я принял за ещё не обработанные трофеи местных жителей, пошевелился, и из него «вылупился» совсем уж страшный урод.

Было в нём два с небольшим метра, башка — лысая, черты уже скорее морды, чем лица, не обезображены ни интеллектом, ни намёком на симпатичность. Руки — непропорционально длинные и бугрящиеся мускулатурой, ноги — тоже; анатомия широкой (едва ли не полутора метров разворота плеч) спины явно подразумевала, что прямохождение — это не совсем про неё — существо вынуждено было находиться в полуприсяде и сутулиться, но оттенок кожи имело человеческий или почти. Это да наличие набедренной повязки, свидетельствующей о том, что передо мной всё-таки не совсем зверь, давало понять, что тут у нас всё-таки существо разумное, а не какой-то сторожевой монстр-мутант, причём это единственное, что на данный вывод намекало, потому как даже связная речь тут была очень сомнительна — у меня создавалось стойкое ощущение, что она не совсем связная и то, что я её понимаю — исключительно результат моего таланта полиглота, а не дикции существа.

— Вождя! Спаси, вождя! — заголосили оставшиеся гоблины, рванувшие от нас через двор к противоположной стене.

— Это что такое? — решил я на всякий случай отступить поближе к чародейке. Соваться на неизвестную зверушку было не то чтобы боязно, но мало ли? Может быть, я её ударом распополамлю, а может, это очередная хтонь, проснувшаяся благодаря Тёмным Временам, и нам с нэкой нужно срочно-срочно сваливать?

— Это огр, — просветила меня Нэроко. — Только молодой… кажется.

— Опасен?

— Для Медного авантюриста — да. Обычно их убивают отрядом — они не очень умные и ловкие, но сильные и у них прочная кожа, — проинформировала девушка.

— Хорошо, — значит, у меня шансы есть, и шансы неплохие. — Близко не подходи.

— Угу…

Наложив на клинок магическое усиление, я двинулся навстречу здоровяку. Мой манёвр не остался незамеченным, и окончательно проснувшийся монстр резко подхватил с земли дубину, чтобы с гортанным рёвом броситься на меня, занося её для удара. По скорости движения он явно превосходил тех мечников, что тренировались во дворе Гильдии Авантюристов, но не сказать что намного. Отклонив корпус и пропустив оружие врага перед собой, я сделал два шага вперёд и обрушил меч на согнутое колено твари. Новый, уже куда как более громкий вой стал наградой за хороший удар, равно как и небольшой фонтанчик крови, брызнувшей из свежеобразованной культи. Завалившийся навзничь огр оказался лёгкой жертвой — пусть он катался по земле, а туша его вполне могла подмять меня под себя, моей реакции было вполне достаточно, чтобы избежать такого развития сценария и просто добить монстра. Возможно, он бы и сам умер, даже скорее всего — кровью из него хлестало, как из пробитого шланга, но… лучше было не рисковать, да и лишние мучения, пусть и монстру, доставлять ни к чему, а так — один удар, и голова отделяется от тела, но…