Во все Имперские ТОМ 5 Наследие (СИ) - Беренцев Альберт - Страница 44

Верхняя часть головы у всех обезьян была срезана, мозги торчали прямо из распиленного черепа. Сами обезьяны явно были под какой-то наркотой, их глаза бессмысленно блуждали, связанные лапки подергивались.

— О, да! — азартно воскликнул Внутрянов, — Это мое любимое лакомство! Нет ничего приятнее, чем убить живое существо, медленно поедая его мозг, то есть, считайте, саму его душу, барон! Если у обезьян есть душа, конечно… А как это средство положительно влияет на потенцию! Я очень вам рекомендую, очень. Особенно перед вашей первой брачной ночью с молодой женой.

Холопки поставили перед нами обезьянок, та, которая предназначалась принцессе, захлопала глазами, даже издала какой-то звук.

Принцессу вырвало под стол…

Мда. Похоже, что мне соврали. Внутрянов не был самым отвратительным магократом в Российской Империи, он был натурально самым долбанутым человеком во всем мире.

— Что-то не так, барон? — поинтересовался князь, зачерпнув вилкой крупный кусок мозга макаки и отправив его себе в рот.

— Все так, — пробурчал я в ответ, — Но мы с женой, уж простите, вот этот ваш десерт есть не будем. При всем нашем уважении. Мы вполне сыты, князь.

Князь на это хохотнул:

— Чего? Десерт? Да вы с ума сошли, барон. О, нет. Это еще не он. На десерт у нас будут…

Когда Внутрянов сказал, что будет на десерт, Лада просто пошатнулась, а потом упала в обморок.

Глава 115 — S

«Ваше Величество!

Ко мне поступила интереснейшая информация — по слухам, русские обращаются к Вам с предложением купить у Вас Империю Инков.

Если слухи правдивы — я хотел бы, с Вашего позволения, это их предложение перебить.

А именно купить у Вас Амазонию, заплатив в полтора раза больше русских.

Мы с Вами старые друзья, а про нового Русского Императора, давайте будем говорить честно, никто из Нас толком ничего и не знает.

Впрочем, стоит ли напоминать Вам об этом?»

Император Голландии Гуго I Грутен

ОТВЕТ:

«Ваше Величество, спасибо за предложение и Ваш интерес, но Мне ни про какие предложения русских ничего неизвестно.

И Амазонию Я продавать никому не собираюсь.

Но если вдруг надумаю — Вы будете первым в очереди на покупку, уверяю Вас»

Император Франции Франк III Бонапарт

Когда мы с женой вышли от Внутрянова — уже стемнело. Ливень только что закончился, оставив лужи на брусчатке, а саму Березовую аллею пустой, ибо все местные обитатели попрятались по домам.

В темноте осеннего вечера мутно горели питаемые солярисом старинные фонари, еще слева от аллеи на стене здания кирхи сиял огромный иллюминированный крест. Тишина стояла такая, что я слышал, как капают капли с ветвей берез.

— Ну как вы, моя любовь? — спросил я у принцессы.

— Все еще подташнивает, — девушка мотнула головой, как будто отгоняя наваждение, — Этот князь Внутрянов — просто больной ублюдок, вот что.

— Да, но этот больной ублюдок в ближайшее же время может поднять сотни миллионов, если вообще не миллиарды рублей, — пояснил я, — Так что нам пока что придется поиграть в его друзей.

— И ты реально убьешь Кабаневича, как он требует?

— Я…

Я хотел ответить, но в этот момент у меня зазвонил телефон.

Программа-определитель номера высветила на экране надпись:

«Санкт-Петербург: Полицейская Управа Ижорского Квартала»

Я уставился на экран, раздумывая. Какого лешего полицейские звонят АРИСТО, магократы же вроде вне их юрисдикции? Да и какой еще нахрен Ижорский Квартал? Это же вроде где-то на юге Петербурга, даже южнее Царского села и Павловска. Я в этом квартале даже ни разу в жизни не бывал.

— Будешь отвечать? — спросила принцесса, глянув на мой смартфон.

— Буду, а куда я денусь-то, — я нажал на экран, — Алло, барон Нагибин.

— Привет, — проговорил девичий голос с легкой хрипотцой.

Голос я узнал сразу же. Да это же вампирка собственной персоной, телохранительница Малого! Вот только что она забыла в полицейской управе?

— Эм… Привет, — ответил я, — Вы звоните из полиции…

— Все в порядке, — быстро доложила девушка, — Я просто зашла позвонить.

Зашла позвонить? Впрочем, возможно сука снова сменила внешность, вот полицейские её и не узнали. В противном случае она бы уже была арестована. Или она и правда арестована, а это все полицейская ловушка?

Я прислушался к своей чуйке, чуйка была на расслабоне. Значит, все в порядке.

— Как там поживает наш друг? — спросил я, имея в виду Малого.

— Здоров, бодр, — доложила Кровопийцина, — Но только нам некуда идти. Денег у нас нет…

Ага. Ублюдки добегались.

Сначала эти мрази меня просто кинули, хотя я их прятал, а теперь у них, видите ли, кончились деньги, и им снова нужен барон Нагибин. Впрочем, я был не в том положении, чтобы быковать.

— Ладно. Мой хороший друг вам поможет, — заверил я вампирку, — Одно влиятельное лицо согласилось взять вас под свою защиту. У тебя есть тачло?

— Мотоцикл, — хрипло ответила Кровопийцина.

— Очень хорошо. Будьте на площади перед Царскосельским вокзалом, в полночь. Там есть норвежский ресторан…

— Да, знаю, — перебила вампирка.

— В сам ресторан не заходите. Влиятельное лицо подъедет и заберет вас. Это свой, ему можно доверять. Люди влиятельного лица будут в голландских шляпах. Они вас узнают. Ясно?

— Я все поняла, барон.

Я бросил трубку.

— Малой? — уставилась на меня принцесса.

— Именно он, — кивнул я, — Мудак до сих пор каким-то образом живой и на свободе. Видимо благодаря своей верной вампирке. Мне бы такую.

— У тебя есть я, муж, — отрезала принцесса, — И что же ты будешь делать? Судя по твоим рассказам, если ты отдашь Малого Внутрянову — тебя убьет твоя кураторша. А если отдашь кураторше — не сможешь вести дела с Внутряновым.

Я глянул на жену, потом ухмыльнулся:

— Есть третий вариант, моя любовь.

4 сентября 2022

Российская Империя, Павловск

Павловский Императорский парк

23:07

Шеф Охранного Отделения граф Соколов спускался с холма, где стоял дворец, к реке.

В парке царила темнота, освещен был лишь холм и дворец на нем, но внизу у речки было черным-черно, если не считать одного яркого пятна света.

Соколов ориентировался лишь на этот яркий свет разноцветных аур, мерцавший на берегу Славянки внизу, а еще подсвечивал себе дорогу фонариком на смартфоне. Хорошо хоть гравийная дорожка под ногами была ровной и спускалась к реке полого, а то Соколов вполне бы мог и свалиться с холма, а такое Шефу Охранного Отделения не положено.

Ручная чайка Соколова, жирный буревестник, металась где-то в темноте над головой графа и периодически кричала о чем-то своем.

Соколов спешил, когда он наконец подошел к Императору, то совсем запыхался.

Павел Второй стоял на берегу Славянки в ярком трехцветном пятне света. Свет давали ауры трех стражниц из Лейб-Гвардии, окружавших Государя. Все три девушки были в облегающих нарядах из черной кожи, шевроны их одеяний украшали Багатур-Булановские гербы и знаки собачьей головы — эмблема Лейб-Гвадии.

Первая техохранительница были индуской из древнего рода магов-кшатриев, вторая — рыжей ирландкой, третья, самая юная, вроде русской — из клана Цветковых.

Вообще девушек из живых русских родов обычно не брали в Лейб-Гвардию, но для Цветковой сделали исключение, её клан, хоть и был жив, но потерял свою магию. Такое иногда бывает, так было и с Цветковыми — там лишились магии все, кроме младшей дочки, которую еще Павел Первый и решил забрать в Лейб-Гвардию.

Ауры у всех трех девушек были разноцветными — у ирландки красная, у индуски — сине-фиолетовая, а у Цветковой — радужная, игравшая всеми цветами спектра.

Сияние магии искажало пространство, лицо и мундир Государя, окрашенные разноцветным волшебным светом, выглядели какими-то дикими и неотмирными. Телохранительницы внимательно следили за каждым движением Соколова, как собаки следят за костью.